<<Назад
   
"Словно Артур в Авалоне..."

Артур Артурович Бессонов занимался тем, что скупал разные устаревшие, удешевлённые предметы, а потом в мирах отсталых и неразвитых продавал их втридорога.
   Скажем, если на Земле какой-нибудь стереовидеопроектор с возможностью сенсорных ощущений-наслаждений выходил из моды, и продавцы были рады избавиться от него за двадцать кредиториев, то, скажем, на Полуксе-166, такую штуковину брали за двести, а при удачной сделке, и за триста кредиториев.
   Однако, на том же Полуксе-166 обитали такие негодяи-отщепенцы, что могли и вовсе ничего не заплатить, злополучный стереовидеопроектор отобрать, и на последок попотчевать свинцом.
   Поэтому Артур Артурович Бессонов предпочитал иметь дело не с землянами, а с туземцами. Скажем, вблизи какой- нибудь неприметной звезды открывали планету Земного типа, а на ней - цивилизацию гуманоидов в зачаточной феодальной, а то и вовсе - рабовладельческой стадии развития. Таких горе-цивилизаций открывали ежедневно по десятку, и занимались ими в основном не учёные, а всякого рода авантюристы, охотники за сокровищами.
   Нередко эти дикари принимали Артура Артуровича за своего божка, ловили каждое его слово, а уж за "диковинку" отдавали всё, что у них было. На какой-то планетке получил А.А. Бессонов тонну чистого золота - можно было месяц пожить на дорогом курорте, но, впрочем, и не более того (цена серебра, золота, платины и иных прежде "ценных металлов" резко упала после того, как их научились синтезировать из глины).
   Естественно Артур Артурович отдохнул, попил пивка, погулял с курортными красотками, и вот снова в пути. Выбрал он мир наскоро исследованный зондом. В докладе помимо прочего значилось: "Цивилизация - гуманоиды. Основное занятие - земледелие. Войн не знают. Неагрессивны. Матриархат... Состав атмосферы пригоден для дыхания землян".
   Вот она - эта планетка. Скучная до зевоты. Сине-голубая, с белыми барашками облаков, с зелёными мазками лесов, тёмно- жёлтой бугристостью гор. Моря, пустыни, реки - всё как и полагается. Всё нетронутое, свеженькое.
   Артур Артурович действительно зевал. Ему казалось, что он видел это уже тысячу раз. К тому же действительно хотелось спать. Он уже третий день не мог заснуть. А.А. мучила бессонница...
   
   * * *
   
   Посадка выдалась мягкая: без тряски, без перегрева. И травы, и цветы, на которые ступил А.А., оказались такими мягкими, такими тёпло-душистыми, такими безмятежными, что А.А. даже не стал спрашивать у бортового компьютера - замечена ли какая-либо опасность (впрочем, если бы что-нибудь было, корабль сам его предупредил).
   Артур Артурович подмял под себя эту красотищу, блаженно потянулся, а потом долго смотрел в небо. Маленькие пушистые облачка белого цвета застыли высоко-высоко. Ветерок вздыхал, нашёптывал колыбельную, глаза сами слипались. Тогда А.А. пролепетал:
   - Пожалуй туземцы несколько часов перетерпят без моих "даров". Ну, а я пока вздремну...
   Артур Артурович, несмотря на бессонницу, был категорически против снотворного. Его организм не переносил снотворное. Как раз он попробовал, а потом его едва откачали - так на иных действует яд.
   Он надеялся, что умиротворённая атмосфера планеты сделает то, что не могли самые "дремотные" классические композиции, которых он, пытаясь заснуть, намеренно слушал.
   Итак, веки слиплись, голова налилась тяжестью; тело словно бы проваливалось в бесконечную перину, однако сон всё никак не приходил. Чувство было дурацкое...
   Артур Артурович стенал, ворочался с бока на бок, и при всём том знал, что ни к чему хорошему это не приведёт - через пару часов поднимется он не отдохнувший, раздражённый, и поплетётся, проклиная всё и вся, к туземцам.
   И тогда он применил то последнее средство, которое иногда помогало. Артур Артурович представил облачко, из этого облачка выбегали белые, пушистые барашки. Один за одним перепрыгивали они через шест, а Артур их считал. Когда досчитал до двести пятьдесят второго барашка, долгожданный сон, наконец, сморил его...
   
   * * *
   
   Проснулся Артур Артурович от блеяния. Поднялся, потянулся; зевнул, но уже не от усталости, а просто так, для порядка. Вечерело. Приятная оранжевость окутала мир, местное солнце разрослось, почти коснулось горизонта, и огромным оранжевым оком глядело на свой мир.
   И тут Артур Артурович увидел барашков. Белые, пушистые барашки паслись неподалёку, и блеяли. Было их очень много, и они уже пощипали много чудных трав и цветов.
   - Совсем такие, каких я себе перед сном представлял. - озадаченно пробормотал Артур Артурович, почесал лысый затылок, а потом, не до чего не додумавшись, махнул рукой. - ...Ладно, пойду к туземцам... Э-эй, Эдик, пошли...
   "Эдиком" он обзывал грузового робота, которого приобрёл как устаревшую модель, по дешёвке. Однако Эдик был вполне достойным помощником, и помимо таскания тяжести умел ещё выставлять защитное поле, записывать контакты и прочие милые пустячки...
   С виду Эдик напоминал длинную платформу на гусеницах; из платформы выгибались длинные и цепкие металлические руки. Сейчас на платформе высилась изрядная груда всяких магнитофонов, видеопроекторов, электронных плугов, и прочей никому на Земле не нужной мишуры.
   Эдик, сотрясая почву, покатилась, а Артур Артурович решил пройтись за ним босиком. Было очень приятно - земля прогибалась, Артуру казалось, что он ступает по недавно выпеченному караваю.
   Хорошее настроение разрушилось, когда он обнаружил, что бараны следуют за ним. Он закричал на них, руками замахал, он приказал магнитофону, чтобы он издал несколько резких звуков - всё тщетно. Пока Артур стоял, стояли и барашки, когда он начинал двигаться - и они двигались за ним.
   - У-у, чёрт, настырные твари! - ругался он. - Неужели придётся идти к туземцам с таким эскортом!.. Можно было бы расстрелять их, да всё ж жалко. Люблю я барашков - без них бы вообще никакого сна не было...
   Скоро он увидел поселение туземцев. Ничем, в общем-то не примечательное селение. Ветхие тростниковые домишки, все одинаково-кособокие, никаких украшений. В поселении было очень тихо, и, если бы не синеватый дымок мирно подымающийся из труб, можно было бы подумать, что здесь вообще никто не живёт.
   "Может, узнали о моём приближении и попрятались?" - подумал Артур Артурович, потому что ни раз и не два сталкивался с такой реакцией.
   Но нет - вон сидят, да и ходят. Самые обычные гуманоиды: две руки, две ноги, все признаки двух полов - мужского и женского. Ах, волос на голове ни у кого нет, но это и не важно. Ах, у каждого по три глаза; третий глаз на лбу - и если другие два мутные, то этот светлый, но глядит в никуда, в пустоту - это уже заметное отличие, но уродством не кажется, скорее - украшением.
   Артур Артурович подумал: "Ну, сейчас заметят, и начнётся. Шум-крики, беготня-суета. Вот интересно - богом или сатаной меня здесь посчитают?"
   И вот он вступил в селение, поймал на себе несколько безразличных взглядов...
   - Здравствуйте. - громко сказал Артур.
   Голос его был тут же переведён на местный диалект.
   - Здравствуйте. - тихим, лишённым каким-либо чувств голосом ответил ближайший туземец.
   - Я пришёл к вам с неба! - торжественно доложил Артур, и для убедительности указал пальцем вверх - там уже высыпали привычно-незнакомые созвездия.
   Туземец ничего не ответил, он смотрел на небо, или на деревья, или на Артура, или на робота-Эдика, но оставался совершенно безучастным.
   "Может больной какой?" - подумал Артур и на всё селение заорал:
   - Я пришёл к вам с неба!!!
   Эхо умерло, и тогда туземец тем же умиротворённым тоном прошептал:
   - Да, это так...
   Артур был в замешательстве - такой реакции, а точнее - отсутствия реакции он нигде не встречал, он забормотал сбивчиво:
   - Я пришёл к вам, чтобы ... некоторые... наши... чтобы...
   Однако, тут выяснилось, что в местном языке просто нет таких понятий как "вещи", "купить", "поменять"...
   Тогда он указал на блестящий хлам с Земли и спросил:
   - Это вам нужно?
   - Нет. - прозвучало в ответ.
   - Но... проведите меня к вашему...
   Слова-понятия "вождь" тоже не оказалось. Не было у них вождей.
   - Подойдите сюда! - закричал Артур.
   Туземцы подошли.
   Вот это я вам! - Артур указал на привезённое.
   - Нам это не нужно.
   - Тогда... тогда что же вам нужно?
   - Вот это. - туземцы указали на барашков, которые толпились поблизости.
   - Зачем?
   - Есть...
   - А-а, есть-кушать. Ну, так мы с вами .... ...
   Слова "заключим сделку" тоже оказались непереводимыми. Артур рассудил: "Ладно. Утро - вечера мудренее. Что-то меня опять в сон потянуло. Завтра на рассвете хоть на жестах объясню им, что за барашков придётся им что-нибудь отдать..."
   - Он улёгся на платформе Эдика, сказал, чтобы робот включил защитное поле...
   Было так тихо, что он забыл, что находится посреди туземного поселения. Вновь стал представлять барашков. Досчитал до трехсот семидесяти шести, и тогда заснул...
   
   * * *
   
   Проснулся Артур от сильного блеянья. Приподнялся и увидел, что все улочки поселения заполнены белыми барашками. Некоторых уже поймали туземцы, зарезали и теперь поджаривали. Запах был очень аппетитным.
   И тут Артура осенило:
   - А ну-ка, Эдик - давай запись за последнюю ночь...
   Над платформой появилось объёмное изображение.
   Вот отображение платформы, вот Артур ложится, глаза закрывает, и тут над ним появляется облачко. Из облачка этого начинают выпрыгивать белые барашки...
   - Это всё планета... - пробормотал Артур. - Каким-то образом она преобразует мои фантазии в реальные, физические тела. Не знаю, почему именно барашков, почему не красоток, например...
   Тогда он обратился к трёхглазому туземцу:
   - Скажите, у вас есть...
   И оказалось что нет у них ни слов, ни понятий - "фантазия", "воображение", "чувство". Размывчатое слово "размышление" было заменено непоколебимым "знание".
   - У вас нет...
   Слова "религия", "война", "противник", "исступление", "грех" также отсутствовали.
   - Но барашки то вам нужны! - с какой-то уже обречённой торжественностью вскричал Артур.
   - Пойдём. - ровным голосом сказал туземец.
   - Куда?
   - В место для сна.
   - А ... идти? - понятия "далеко" и "близко" оказались непереводимыми.
   Туземец пошёл, а Артур, верхом на Эдике, последовал за ним.
   Оказалось, что всё-таки - не далеко. На краю селения стоял земляной холм, с маленькой пещеркой. Туземец сделал приглашающий жест, молвил:
   - Заходи.
   - Эдик, если что - ну ты знаешь - применяй крайние меры. - сказал на земном языке Артур.
   Он вошёл в пещерку. Увидел там ложе, а на ложе - чей-то давно истлевший скелет.
   Призрачные вуали слетели со стен, окутали его тело - он почувствовал сильную сонливость, успел крикнуть:
   - Эдик - это ловушка! Действуй!..
   Но, обернувшись, увидел, как Эдик и груженное на него земное барахлишко растаяли в воздухе, будто были лишь сном, мороком.
   ...А настоящий сон вытеснял реальность - Артур оседал на ложе.
   - Зачем? - прошептал он.
   - Для еды. - отвечал туземец. - Очень удобно. Не нужно охотиться. Из этой пещеры всегда будут выходить эти белые, пушистые...
   - Нет! Нет! - из последних сил хрипел Артур. - Когда я окончательно засну, уже никаких барашков не будет...
   - Ты не заснёшь полностью...
   "Проклятый дар воображения" - подумал Артур, и совсем уж вяло, видя выпрыгивающих из белого облака барашков: "...я словно Артур в Авалоне".
   
   
   

КОНЕЦ.
02.01.02