<<Назад
   
"Тёмное Озеро"

   Глава 1
   "Тёмное Озеро"

   
   Зимний день короток, а особенно в декабре: пролетит, и не заметишь...
   Погода выдалась очень холодной, и большинство людей предпочитало сидеть дома: смотреть телевизор, читать книги или ругаться. Ведь, на их счастье, день был выходным. Но совсем не такой мальчишечий народ. Во всяком случае, некоторые мальчишки презрели холод, и пошли кататься на санках.
   А самые отчаянные даже отправились в лес за город, где горки были особенно крутыми. Среди таких отчаянных мальчишек был и Саша. Чтобы добраться до леса, ему надо было проехать две станции на метро. Что он и сделал. Поехал он не один, а со своими друзьями, и все они предвкушали катание, и только о нём и говорили.
   Потом ещё несколько минут на электричке, и вот они и в лесу. Катались сначала с открытой горки. Весело мчаться под крутой уклон, особенно если привязать снегокаты паровозиком. И просто дух захватывает, когда подпрыгиваешь на трамплинах!
   Помимо Сашиных друзей с той горки каталось весьма много народу. В основном, конечно мальчишки. Но были и взрослые, спортсмены. Взрослые катались на лыжах.
   Всё бы ничего, но с вершины этой горки видны были крыши московских домов. А Саше захотелось оказаться в настоящем дремучем лесу, где никого бы не было, никто бы не бегал, и было бы чуточку страшно.
   И когда друзья его в очередной раз устремились вниз, он не поехал с ними, а пошёл в лес. Он не собирался уходит надолго. Просто хотел найти такую горку, где никто бы не катался, промчаться с неё разок, и вернуться.
   Он даже представлял обрадованные лица друзей, когда он, пропавший, вдруг вернётся, целый и невредимый.
   Саша шёл сначала вдоль лыжни. Снег там был утоптан, а поэтому и следов не оставалось. Он так размечтался, что не заметил, как свернул с этой людной лыжни, на лыжню едва приметную...
   Шёл довольно долго, и вдруг понял, что стоит у склона большого оврага. Овраг окружали высокие, тёмные, заснеженные ели. А на дне оврага из снега вздымались опасные коряги.
   Саша замер, прислушался. Никаких голосов не было слышно. Вообще его окружало абсолютное безмолвие...
   Неожиданно вздрогнула еловая ветвь. Саша едва не вскрикнул
   А это снежная шапка упала на подледеневший белый настил.
   Мальчик провёл ладонью по лбу, и выдохнул:
   - Уф, и чего это я так перепугался? Прямо как девчонка. Позор на мою голову!.. Хорошо ещё, что никто не видел...
   И только он это сказал, как почувствовал, что кто- то за ним следит. Он внимательно огляделся. Никого не было видно. А, впрочем, под старыми елями было так темно, что там вполне мог кто-нибудь прятаться.
   Саше стало не по себе. И вновь он зашептал. Шептал так тихо, что никто не должен был его услышать. С губ его срывались густые белые облачка: ведь было очень холодно:
   - Надо же, какой я, оказывается, трус. Чего тут можно бояться? Маньяков? Да у любых маньяков на таком холоде носы бы отмёрзли. Не - маньяки сейчас в тепле, греются, весны дожидаются. Тогда чего же я боюсь? Лесных духов? Вот уж точно глупость! Никаких лесных духов не существует - это всё бабушкины сказки. И раз уж я пришёл сюда, так надо доказать, что я не пустобрёх, не трус. Кому доказать? А самому себе. Так что съеду с этого оврага. Там, на дне, правда, какие-то коряги, но я вижу, что коряги эти объехать можно.
   И вот Саша поудобнее уселся на снегокаты. Оттолкнулся ногами, и помчался вниз.
   Из-за надвигающихся сумерек, он не разглядел, насколько же на самом-то деле отвесные склоны. Его снегокаты развили огромнейшую скорость. Они едва не падали вниз. Мелькнула мысль - спрыгнуть. Но он тут же отверг её. Ведь это значило бы проявить трусость. И он уверил себя, что сможет проскочить между коряг.
   Вот одна коряга. Он едва успел вывернуться. Острая ветвь со свистом пронеслась возле его уха. И тут же перед ним выросла уже не коряга, а целый поваленный, покрытый льдом ствол.
   Мальчик отчаянно, из всех сил крутанул руль, но было уже поздно. Снегокаты врезались в ствол. Но они не переломились, а взмыли по пологой ледовой поверхности мёртвого дерева.
   И Саша почувствовал, что летит куда-то... неведомо куда. Он перевернулся в воздухе, и ещё успел подумать: "Ну всё - сейчас шею сломаю".
   А затем последовал сильный удар. Саша перестал что-либо видеть. Подумал, что он потерял сознание. А затем пробормотал:
   - Если я способен думать то, стало быть, я сознания не терял...
   И оказалось, что темно стало от вздыбившегося при его падении снега. А снег казался таким тёмным потому, что уж очень быстро сгущались коварные декабрьские сумерки.
   Но вот снег осел, и Саша понял, что перед ним стоит кто-то.
   И от неожиданности Саша всё-таки вскрикнул, причём довольно громко.
   - Тише! Она может услышать, - изрекло существо.
   Голос у существа был таким, словно бы вырывался из бочки. Но, в то же время, сами слова получались чрезвычайно выразительными, словно бы существо пело их. Что касается внешнего облика существа, то оно было чрезвычайно низким: едва доставало Саше до колен. Существо было одето в тулуп, основой которому послужили тонкие веточки и мох. На голове у существа была широкополая шляпа, сшитая из паутины.
   Эта шляпа скрывала большую часть лица неизвестного. Но виден был длиннейший нос, который постоянно шевелился, принюхивался. Из ноздрей, между прочим, торчал мох. Рта не было видно, так как нижнюю часть лица скрывала густая, покрытая инеем борода. Существо опиралось на чёрную палку. Ни варежек, ни перчаток на руках у неизвестного не было. Зато вместо кожи на ладонях было нечто похожее на древесную кору.
   - К-кто вы? - дрожащим голосом спросил Саша.
   - Леший, - ответило существо.
   И Саша сразу поверил, что это действительно леший. Он пролепетал:
   - Л-леший? Н-но ведь в-вы м- можете...
   - Ничего я не могу, - отрезал леший. - Правда, когда-то я был могучим колдуном. Но те времена давно канули в лету. Теперь в лесу иные хозяева. И сейчас я в таком отчаянном положении, что решился обратиться за помощью к тебе, человеческому детёнышу.
   - То есть, ко мне?
   - Ну, да, естественно! - ответил леший. - И медлить ни в коем случае нельзя. Ты согласен помочь мне?
   - Помочь? - растерянно переспросил Саша.
   - Ну да, кажется, именно это я и сказал, - проворчал леший.
   - Э-э, а не могли бы вы сказать...
   - Нет, не мог бы! Сейчас просто нет времени на объяснения. От тебя только требуется сказать: согласен ты помочь или нет.
   - Но... но, по крайней мере, скажите, ведь от этого никому никакого вреда не будет, да?
   - Нет. Только польза.
   - Ну, тогда да - согласен. Если это только в моих силах.
   И как только Саша сказал, что он согласен, так леший потащил его снегокаты (а Саша так и сидел на них).
   Удивительным казалось, как такое маленькое существо, как леший, может развивать такую огромную скорость. Ведь снегокаты не просто ехали, они неслись так, что ветер в ушах звенел. Едва ли даже взрослый профессиональный бегун смог бы развить такую скорость на грунтовом покрытии.
   А леший нёс Сашу по дну оврага. Он искусно вилял между корягами и брёвнами. И всё же Саше было не по себе. Ему казалось, что если не в эту, то в следующую корягу он точно врежется. И тогда уж точно костей не соберёт.
   А потом мальчик закричал:
   - Э-эй, а как же я назад-то возвращаться буду?! Ведь уже ночь наступает!
   - Да тише ты, не кричи! - шикнул на него леший, и, продолжая бежать, пояснил. - Я тебя обратно отвезу...
   - Ладно. Тогда расскажите, какая именно помощь от меня потребуется.
   - А чего рассказывать! - угрюмо изрёк леший. - Будто не знаешь?
   - Откуда ж мне знать?
   - А-а, ну да пень с тобой! Ладно, слушай. Ведьма в нашем лесу поселилась. Жуткая она, и имени у неё нет. И управы на неё никакой нет. Одного за другим губит она волшебных жителей лесных. А из тех, кто ещё остался, колдовством своим силы она высасывает.
   - А я и не знал, что в лесу какие-то волшебные существа обитают, - сказал Саша.
   - А вам людям и не положено знать. У вас свой мир, у нас - свой. Да только вот сегодня без твоей помощи никак не обойтись. Вот в чём дело. Есть в нашем лесу озеро круглое. А вода в нём тёмная, ако око воронье. Чернота та от листвы прелой, что на дне тлеет, исходит. В центральной части озера тёмного так глубоко, что, коли камень кинуть, так он только через час до дна дойдёт. И в озере том живёт русалка-Огневласка. Хранит она амулет волшебный, за котором ведьма охотиться. Зимой спит русалка на дне под корягой. Но каждую звёздную ночь должна она всплывать и на звёзды глядеть, ибо без их света жить она не может. И в центре озера никогда лёд не замерзал, всегда была полынья, из которой она всплывала. Узнала про это ведьма и подсыпала в полынью порошок колдовской. И вот, когда вчера ночью всплыла Огневласка: замёрзла неожиданно в полынье вода. Волосы её дивные в лёд оказались вмороженными. Теперь она не может на дне укрыться. А ведьма может в любую минуту прийти и поглотить её. Тогда завладеет ведьма амулетом, и все мы погибнем. Я уж пробовал Огневласку высвободить: посохом своим по льду стучал, да слишком крепок лёд колдовской - не разбился. И вот теперь надежда на тебя.
   - Что же я могу сделать?
   - Ведь вы люди можете огонь без колдовства добыть. Так?
   - Ну, возможно.
   - Значит, ты разведёшь костёр, лёд растопишь и...
   - Ну а вы то что? Хоть бы колдовством растопили.
   - Растопил бы, да вот заклятье огненное забыл, - смущённо ответил леший. - Уж я себя по голове посохом бил- стучал. Уж я себя ругал-ругал, ничего не помогло. И дело тут не в старости моей, а в том, что ведьма сил меня лишает...
   - Понятно. Может быть, я помогу.
   Саша начал рыться в многочисленных карманах своего зимнего пальто. Ведь на прошлой неделе, когда ещё не было так холодно, он ходил вместе с родителями в лес - они разводили костёр. Один коробок спичек он припрятал: подумал, может потом пригодиться. И об этом коробке он вспомнил только теперь.
   Наконец нашёл этот измятый коробок. Он лежал в одном из внутренних, потайных карманов.
   И вот снегокаты приехали к тёмному озеру. Озеро это окружали древние каштаны и клёны. Но, помимо этих мрачных, покрытых шишковатыми наростами деревьев, росли на берегу и молодые, изящно выгнувшиеся к воде берёзы.
   Вообще место было совершенно безлюдным.
   Леший сказал:
   - Сюда даже лесники не захаживают. И ни на одной карте ты этого озера не найдёшь.
   Было уже так темно, что Саша едва различал противоположный берег, хотя до него было не более ста метров. Леший протащил снегокаты к центру озера. Там лёд был очищен от снега, и видны были огненные волосы, которые в этот лёд вмёрзли. Рядом чернела большая куча хвороста.
   - Это я уже приготовил, - пояснил леший. - Так что давай: разводи огонь. Спасай...
   Тут леший напрягся, вытянулся, замер. Его длинные уши зашевелились, встали торчком, прямо как у зверя.
   - Что? - шёпотом спросил Саша.
   Леший приложил к губам палец.
   И тут из тёмного леса раздался звук. Будто треснула большая ветвь. И тут же треснула ещё одна ветвь. И ещё одна. И ещё. Потом нечто ухнуло, зашипело. И раздался протяжный, яростный вой.
   - Волки? - шепнул Саша.
   - Ведьма, - ответил леший, и в голосе его почувствовал мальчик страх.
   Тогда Саша бросился к хворосту. Выбрал самые тонкие веточки. Попробовал зажечь их с помощью спичек. Ничего не получалось: веточки слишком промёрзли...
   Тогда Саша сообразил, что в этом случае помогла бы бумага. Дрожащими руками начал он копаться в карманах. Хотя было очень холодно, руки у него дрожали больше от страха.
   Наконец, в карманах джинсов нашёл какие-то бумажки. Вынул. Это были деньги. В основном мелочь - десятирублёвки. Саша был отнюдь не богатым мальчиком, и это были практически все его сбережения. Но он ни секунды не задумывался, стоит ли их использовать в качестве растопки. Просто он чувствовал, что его жизнь висит на волоске. Никогда ему ещё не было так страшно!
   И вот он скомкал деньги и поджёг их. И мелкие веточки занялись. Язычки пламени обвили их.
   - Так, хорошо, - очень напряжённым голосом проговорил леший. - Денег не жалей. Я тебя потом награжу: золотишко у меня найдётся.
   Саша осторожно подложил более крупные ветки, и они тоже занялись. Костёр разгорался.
   И тут новый неистовый вопль прокатился по лесу. Так не мог кричать ни зверь, ни человек. Казалось, что злоба, отчаяние и ужас воплотились в этом вопле. От этих звуков кровь стыла, а мысли путались, и хотелось просто бежать без оглядки в черноту.
   Саша так перепугался, что сразу кинул целый ворох веток. И этим почти затушил робкий костерок. Мальчик рухнул на колени и начал дуть на угли. Закашлялся от дыма, и глаза у него слезились, но всё же он продолжать дуть. Углей становилось всё меньше, а огня уже почти не было.
   И тогда начал дуть леший. Он дул беспрерывно: как затяжной порыв ветра. И вдруг огонь вспыхнул, объял разом всю груду хвороста.
   Ослепительные огненные языки взвились метров на пять вверх, и разогнали ночную мглу. Сразу стало жарко.
   По лесу прокатился новый вопль. И такая в нём была сила и ярость, что даже огонь вздрогнул.
   - Ведьма огонь увидела, - сказал леший. - Теперь она сюда со всех сил несётся. Времени уже почти не осталось...
   Лёд, который схватил волосы Огневласки, был очень твёрдым: таял он нехотя, но всё-таки таял. Постепенно волосы Огневласки освобождались от ледового плена, а огонь не причинял им никакого вреда.
   И вдруг Саша почувствовал, будто усеянная ледяными иглами глыба впилась ему в спину и в затылок. И тогда леший прошептал:
   - Она уже здесь. Она смотрит на тебя. Ни в коем случае не оборачивайся. Подойди поближе к огню.
   Сашино сердце отбивало частую дробь, так же и зубы его танцевали чечётку; а всё тело покрыла холодная испарина. Он подошёл к огню так близко, что огненные языки едва не прикасались к нему. Теперь его лицу было горячо, а спину и затылок леденил взгляд ведьмы.
   Губы едва его слушались. И только с очень большим трудом смог пролепетать Саша:
   - Она страшная?
   - Да, - тихо ответил леший.
   - Очень?
   - Очень.
   И раздался похожий на вой вьюги звук. Саша спросил:
   - Что она сейчас делает?
   - Колдует, хочет костёр затушить, - ответил леший.
   Налетел снежный вихрь. Огонь выгнулся ко льду, затрепетал. Угли шипели. Вихрь усиливался. Горящие головешки разлетались в стороны. Саша попытался загородить огонь грудью.
   Вихрь так сильно толкал мальчика в спину, что он уже не мог удержаться на ногах. Он падал прямо в костёр! Отшатнулся назад, и тут со всех сторон раздался треск.
   - АРРРР! АРРРР!!! - неистово завыла ведьма, ибо это лёд проломился, и русалка Огневласка оказалась на свободе.
   Саша забыл о страшной, нависшей над ним беде, и завопил: "УРА!". Ведь, всё-таки, это была победа!
   Но тут раздались удары...
   Саша хотел обернуться, но тут захрипел леший:
   - Не оборачивайся... Она уже здесь... Я её держу... А-А-А!!! - леший протяжно закричал. - Силы мои убывают... Ты, главное, не оглядывайся... Нельзя тебе её видеть! Нельзя!.. Ты на снегокаты садись!..
   Саша бросился к снегокатам.
   - Сейчас я на них заклятье наложу, и поедут они... - хрипел леший.
   Тут раздался отвратительный и булькающий звук, и понял Саша, что это леший захлёбывается своей кровью.
   И всё же леший шептал заклятье, и, теряя последние силы, удерживал могучую ведьму.
   Сашины снегокаты стояли возле кромки чёрной, ледяной воды. И вот вода бликами огненными засверкала. Мальчик знал - это русалка Огневласка. И он крикнул ей громко:
   - Спаси меня!..
   Русалка всплыла, и схватила его за руку. Она вжала в его ладонь некий овальный предмет, и даже через варежку Саша почувствовал, что предмет этот горячий.
   Русалка шепнула:
   - За этим амулетом ведьма охотится. Она уже ко мне близко подобралась. Не сегодня, так завтра озеро отравит, и захватит его. Так что тебе отдаю. Храни его как величайшее сокровище...
   - Но что мне с ним делать?
   - Сейчас не могу сказать! Времени нет! Но он сам тебе подскажет... Обещай, что сохранишь его!
   - Да, обещаю! - выкрикнул Саша.
   И, как он только это сказал, снегокаты вздрогнули, и, быстро набирая скорость, покатились к краю тёмного озера.
   Страшно завыла ведьма. Сильный ледяной вихрь ударил Сашу в бок, едва не сбросил со снегокатов. Мальчик из всех сил в руль вжался, и удержался-таки.
   Вой ведьмы возрос до таких пределов, что у Саши зазвенело в ушах. И в этом неистовом клокотании мальчик смог разобрать слова: "Обернись! Взгляни на меня!".
   И почувствовал Саша, как его голова, сама собой начинает поворачиваться.
   Из последних сил закричал леший:
   - Не оборачивайся! Иначе погибнешь! Лети сквозь ночь! Лети в город!..
   Снегокаты ещё ускорились, и мчались уже как хороший скакун. Через несколько мгновений тёмное озеро скрылось за древесными стволами. Саша пытался управлять снекотами с помощью руля, но руль его совсем не слушался. Снегокаты сами объезжали бессчётные плотно стоящие деревья и коряги.
   И тут тяжеленная ледяная масса навалилась на Сашину спину. Он задрожал, услышал клокотанье:
   - Брось амулет! Тогда я сохраню тебе жизнь! Лешего больше нет! Русалка не поможет тебе! Если ты не отдашь амулет тебе ждёт страшное! Ты и представить себе не можешь, что тебя ждёт!..
   Когда Саша услышал, что лешего больше нет, он впервые испытал в отношении ведьмы не страх, а злобу. Ведь он уже успел привыкнуть к этому забавному, ворчливому лешему, а ведьма уничтожила его.
   Он хотел крикнуть: "НЕТ!", вобрал в лёгкие побольше воздуха, но воздух оказался таким обжигающе холодным, что Саша просто закашлялся.
   - Не хочешь?!! - выла ведьма. - Ну, тебе же хуже!!!
   И Саша почувствовал, что ведьма приближается. Становилось всё холоднее, а её взгляд давил на мальчика словно горный утёс. Он не мог пошевелиться. Он даже не дрожал. Он вообще не чувствовал своего тела. Но всё же он шевелил побелевшими губами, и шептал:
   - Нет... ты не получишь амулета... я обещал, что сохраню его, и я выполню своё обещание...
   И только он прошептал это, как снегокаты ещё ускорились. Теперь они мчались уже как хороший гоночный автомобиль. И ведьма начала отставать.
   Вот снегокаты помчались вверх по склону оврага. На верхней его кромке взмыли в воздух, и пролетели, по меньшей мере, полсотни метров. Приземлились они весьма плавно и продолжили своё стремительное движение.
   И вновь завывала от ярости ведьма. От воплей ссыпался с деревьев снег, и даже некоторые ветви ломались.
   А снегокаты уже выехали на хорошую лыжню, и помчались по гладкой поверхности ещё быстрее прежнего. И тогда отчётливо прозвучали в Сашиной голове такие слова:
   - Дерзкий мальчишка! Знай же, что отныне ты проклят!
   И словно ледяная игла врезалась в Сашино сердце. Он поперхнулся, он закашлялся. От сильной боли потемнело у него в глазах, но всё же он держался.
   - Да! Ты проклят! - хрипела ведьма. - Я наслала самое сильное из известных мне заклятий! Теперь в твоей жалкой человеческой душонке поселился ледяной змей! Он уже жалит тебя! Он наполнит тебя ядом! Скоро-скоро ты станешь на путь зла! Ты совершишь страшные преступления! Тогда тебе не место будет среди людей! И ты сам прибежишь ко мне! Ты будешь молить о прощении! Ты захочешь стать моим учеником! И тогда я вылакаю остатки твоей душонки! И ты будешь моим верным слугой! Но уже не человеком! Отнюдь не человеком! Ха-Ха-Ха!
   Хохот ведьмы болью пульсировал в Сашиной голове. Он прикусил нижнюю губу. Он из всех сил старался сдержать рвущийся вопль ужаса. Но, в конце концов, не вопль вырвался из него, а сухой кашель.
   Ледышка всё сильнее колола его сердце, всё глубже впивалась в него...
   Но вот хохот ведьмы отступил, а вместе с тем и Саше полегчало.
   Он смог поднять голову и увидел, что снегокаты вылетели на ту самую горку, где он днём катался с друзьями. На горке никого не было.
   Это совсем не значит, что у Саши были плохие друзья. Ведь они ждали его целых два часа, звали его; а потом решили, что он уже уехал домой. Время было позднее, их ждали домашние, и они уехали. Зато далеко-далеко, над кронами деревьев приветливыми электрическими жемчужинами сияли окна Московских новостроек.
   С огромнейшей скоростью помчались снегокаты вниз. Сделали рекордный прыжок на трамплине, но это не принесло Саше никакой радости.
   А потом сила колдовского движения оставила снегокаты. Но они уже разогнались до такой скорости, что полностью остановились только через километр. Как раз возле железнодорожной платформы.
   А ещё через десять минут Саша ехал на электричке в сторону Москву. Так получилось, что, помимо него, в вагоне никого не было.
   Тогда Саша осторожно достал амулет, и разглядел его внимательно.
   Амулет был овальной формы. Изображены там были берёзы, над тёмным озером склонившиеся. Но воды озера не были совсем уж тёмными. Скорее они имели цвет старого золота - свеченье из их глубин вздымалось. Что же касается берёз и почвы, то они все были переполнены солнечным светом. А в небе этого света было так много, что он даже глаза слепил.
   Саша снял варежку, и тепло хлынуло от амулета в его ладонь. Это ласковое тело дошло до его сердца, и холод, который так терзал его, отступил...
   И тут Саша услышал рычанье, и одновременно с этим резкая вонь ударила ему в ноздри. Мальчик вздёрнул голову, и тут вскрикнул и отдёрнулся к окну.
   Оказывается, пока он любовался амулетом, к нему подошёл бомж. Время от времени Саше доводилось видеть бомжей в метро или на улицах. Но этот бомж, несомненно, был самым отвратительным из всех, которых когда-либо видел мальчик.
   Под разорванной, гниющей одеждой виднелось тело, покрытое язвами, струпьями и тоже гниющее. Несколько глубоких шрамов уродовали его и без того мерзкое, распухшее лицо. У бомжа не было глаз, а также ушей; нос его ввалился внутрь черепа.
   - Отдай... - зашипел бомж, и потянул к Саше трясущуюся, но всё равно сильную руку.
   Вонь усилилась.
   Саша вскочил на ноги, и плотно сжал амулет в руке. Трясясь от отвращенья, он крикнул:
   - Чего вам надо?!
   - То, что у тебя в руке!
   - Но вы же не можете видеть!
   - Я всё могу! - рявкнул бомж, и неожиданно в руке его оказался нож. - Отдай!
   - Нет!
   Саша перепрыгнул на соседнюю скамейку, а на том месте, где он только что стоял, свистнул нож.
   Ещё один удар. На этот раз Саша выставил перед собой снегокаты. Лезвие разодрало пластиковые полозья, но и само от ветхости переломилось. Мальчик из всех сил толкнул бомжа снегокатами и тот повалился на пол. Саша бросился к выходу.
   Бомж попытался подняться, но тут силы оставили его: и он завыл, крутясь по грязному полу.
   Электричка уже тормозила на Московском вокзале. На платформе стояли люди, и тут Саша понял, что бомж уже ничего не сможет ему сделать.
   Мальчик остановился в дверях и крикнул:
   - Откуда вы узнали, что у меня в руках амулет? Ведь у вас нет глаз!..
   Бомж схватился за голову, и стонал. Он отрывисто выкрикивал слова:
   - ...У меня так мало воли осталось!.. Я... Я... Всё пропил... И квартиру... и жизнь... и... и... разум!.. Она овладела мной... Она сказала... что я должен убить тебя... и... и... отобрать вещь... а потом... идти в... в лес... и отдать ей... Я не смог... теперь она... сожрёт меня... я не могу сопротивляться... я так ослаблен... у меня нет воли... О госпожа! Госпожа! Я приду к тебе!.. А-а-а! Не жми мне так голову! А-а-а! Убей меня! А-А-А!..
   Истошные вопли бомжа заполняли вагон, вырывались они и на платформу. Заинтересованные люди подошли поближе. Как только двери раскрылись, Саша выскочил, и бросился к метро.
   В одной руке он сжимал снегокаты, а в другой - амулет. И он шептал:
   - Амулет! Ты только не оставляй меня! Дай мне сил до дома добраться. Ведь там за меня уже родители волнуются.
   И вот он в метро. Несмотря на то, что час был поздний, на этой привокзальной станции народу было весьма много.
   Саша встал на эскалатор, поехал вниз. Кругом были люди: некоторые болтали, некоторые на ходу дремали.
   И вновь почувствовал Саша ледышку, которая сердце его жалила.
   Ещё сильнее сжал он амулет. И шептал он страстно:
   - Пожалуйста... пожалуйста, помоги мне. Спаси от ведьмы...
   И вот почувствовал он, как сильный тепловой поток хлынул от амулета не только в его тело, но и во все стороны. И задрожал воздух, а некоторые контуры исказились.
   Но по-прежнему никто ничего не замечал, и эскалатор полз вниз к станции, где грохотали электрички. И тут Саша увидел на соседнем, поднимающемся вверх эскалаторе некое стремительное, неестественное движенье.
   Кто-то мчался вверх, и расталкивал стоявших на ступеньках людей.
   Вдруг глубокий, всеобъемлющий голос зазвучал в Сашиной голове: "Это будет через несколько недель. Берегись!"
   Саша увидел, что по соседнему эскалатору бежит вверх он же, Саша. Только тот другой Саша был худым, как скелет, и бледным, как сама смерть. Щёки у того Саши впали, а под глазами залегли полукружья синяков. И тот другой Саша кричал страшным голосом: "Дорогу! Пропустите меня!".
   Некоторые люди расступались, но иные не понимали, что к чему, и таких Саша сбивал. И тут оказалось, что за Сашей гонится некто. Всё, что успел увидеть Саша настоящий, так это то, что этот некто был стремителен и широк в плечах. Он был одет в длинный плащ, а кожа у него была тёмно-красной, и блестела. Этот некто расталкивал людей с такой силой, что они просто перелетали на соседние дорожки.
   И тут настоящий Саша понял, что он уже стоит на станции метрополитена. И там, на полу лежали мёртвые люди. Они были изувечены, они кровоточили.
   Саша закричал.
   ....
   - Мальчик, что такое?! Мальчик! - одна из женщин-уборщиц усиленно трясла его за плечо.
   И тогда Саша обнаружил, что он действительно стоит на станции. И только вот трупов никаких не было. Зато вокруг него собралось уже человек пятнадцать зевак.
   - Что с тобой, мальчик? - повторила свой вопрос женщина.
   - Да так, ничего. Пустяки, - Саша попытался улыбнуться, но вместо улыбки у него вышла вымученная гримаса.
   К платформе подъехала электричка. Тогда Саша растолкал зевак, и выкрикнул:
   - А-а, вот она - моя электричка.
   И вот он уже в электричке. Он прижал амулет ко лбу, и шептал:
   - Пожалуйста, помоги мне. Пожалуйста, скажи, что мне сделать, чтобы избежать такого страшного будущего.
   И услышал в ответ:
   - Найди Ипполита Игнатьевича Иглоушкина.
   
   
   
   
   Глава 2
   "Взгляд в будущее"

   
   Когда Саша, наконец, появился дома, родители набросились на него с упрёками, но при этом не могли скрыть и радости, что он всё-таки вернулся. Ведь они уже и не знали, что думать; собирались даже в милицию звонить.
   Саше было жалко своих родителей. Он извинился, и сказал, что у него всё в порядке. Но он был таким бледным, таким несчастным, таким перепуганным, что родители не успокоились. Они расспрашивали мальчика, что же случилось, а он отвечал, что заблудился в лесу.
   А потом Саша зевнул, и сказал, что очень-очень хочет спать.
   - Хоть бы поужинал, - сказала его мама.
   Но Саше совсем не хотелось ужинать. Он прошёл в свою комнату. Сел за столом, приложил амулет к губам и зашептал:
   - Скажи, пожалуйста, что мне дальше делать...
   Амулет безмолвствовал. И ещё несколько раз мальчик обращался к нему с этим вопросом, и не получал никакого ответа.
   Вдруг что-то ударило и сильно заскребло в его окно. Саша прошептал:
   - Я живу на десятом этаже. Стало быть, это может быть только ветер...
   Скрип усилился. В сердце кольнула ледышка. И Саша почувствовал раздражение. Захотелось кому-нибудь сделать больно, или сломать что-нибудь.
   И тут он услышал голос:
   - Впусти меня.
   - Что? - дрогнувшим голосом спросил мальчик.
   - Открой форточку. И я войду. Не бойся меня, я твой друг.
   Саша бросил взгляд на окно. К счастью, оно было закрыто тёмными занавесками, и он не видел, кто там на улице.
   - Так... так... - шептал мальчик. - Надо сосредоточиться. Вспомнить, что говорил амулет. Это было имя. Такое странное имя. Из трёх "И". Ипполит Игнатьевич Иглоушкин. Мне надо его найти. Но как? Думай... думай. Так, попробую через интернет.
   Он включил компьютер и через пару минут уже погрузился в международную сетку. В поисковике набрал "Ипполит Игнатьевич Иглоушкин", и получил одну единственную полностью соответствующую запросу ссылку.
   Саша попал на доску объявлений, где значилось буквально следующее:
   "Помогу увидеть будущее. Помогу в борьбе с нежитью. Маг Ипполит Игнатьевич Иглоушкин", а ниже был московский адрес, но без телефона.
   Саша поморщился. Он знал, что в последнее время много развелось всяких магов да кудесниц, которые действительно были магами надувательства.
   Ледяная игла вновь впилась в Сашино сердце, и он проворчал:
   - Ни за что не пойду к этому мошеннику!
   Он уже собирался выключить компьютер, как вновь услышал голос с улицы:
   - Впусти меня.
   И тогда Саша прошептал:
   - Я не могу остаться наедине с этим. У меня должна быть хоть какая-то надежда. Хотя бы этот колдун...
   Он схватил бумажку, и переписал адрес. Только он успел это сделать, как погас свет, из соседней комнаты раздался голос отца:
   - Опять электричество отключили!
   Саша замер в темноте. И вновь за окном раздался скрежет, и голос попросил мягко:
   - Впусти же меня. Здесь так холодно. Я замерзаю. Ведь ты хороший мальчик, да? Ведь ты не позволишь своему другу замёрзнуть?
   Саша бросился к своей кровати и, не раздеваясь, нырнул под одеяло. Там он сжался комочком, задрожал, заплакал.
   Скрежет не прекращался. И некто всё просил, чтобы Саша открыл окно.
   Мальчик прижал амулет к губам, и шептал:
   - Пожалуйста... помоги мне!
   Амулет засиял мягким успокаивающим светом, и Саша заснул.
   
   * * *
   
   Следующим утром Сашу разбудила мама. Она сказала:
   - Представляешь, электричество до сих пор не включили. Не могут определить, где поломка. А отключился только наш подъезд.
   Тут она поёжилась:
   - Бр- р, а как у тебя в комнате-то холодно. Прямо невозможно здесь находиться. Ты поэтому прямо в свитере лёг?
   - Ага, поэтому, как же! - раздражённо крикнул Саша.
   Ледяная игла по-прежнему жгла его сердце, и он чувствовал раздражение. Ему очень хотелось делать неприятно людям, и высмеивать их. Все люди, а особенно родные, были ему очень неприятны.
   Но уже в ванной он переложил амулет во внутренний карман рубашки, ближе к сердцу. И тогда сковывавший его сердце холод отступил. Ему стало жалко маму, и за завтраком он извинился.
   Надо было идти в школу, но вместо школы он поехал к Ипполиту Игнатьевичу Иглоушкин. Так получилось, что этот человек жил на другом конце Москвы. К тому же Саша долго не мог найти его дом.
   В общем, он потратил на дорогу целых два часа.
   А дом Ипполита Игнатьевича Иглоушкина был очень примечательным. Стоял этот дом в безлюдном переулке, и представлял собой деревянное, ветхое строение позапрошлого века. Стены этого дома перекосились, а все окна были забиты деревяшками.
   Саша сверился с адресом: это был тот самый дом.
   - Неужели он переехал? - в отчаянии спросил Саша.
   Этот Ипполит Игнатьевич был его единственной надеждой. И именно поэтому Саша решил идти до последнего: проверить этот страшный, заброшенный дом.
   Он подошёл к единственному подъезду. Толкнул дверь, и она раскрылась с низким, басовитым скрипом.
   Под ногами его метнулась упитанная чёрная кошка.
   - Фу ты! - Саша провёл ладонью по лбу.
   Далее его ждал подъём по ветхой, скрипучей лестнице, в окружении обшарпанных стен. На третьем и последнем этаже он остановился перед потемневшей от времени деревянной дверью. На двери была табличка:
   "Ипполит Игнатьевич Иглоушкин. Маг".
   Саша постучал. Никакого ответа. Постучал ещё раз. Опять никакого ответа. Он уже собирался уходить, как вдруг почувствовал, что на него смотрят.
   "Должно быть в глазок наблюдает" - подумал Саша, и сказал громко:
   - Здравствуйте! Я пришёл к вам по объявлению, насчёт магии!
   И тут тяжёлая морщинистая ладонь легла на его плечо. Саша закричал, отшатнулся, ударился спиной об дверь.
   Сзади к нему подошёл горбатый, лысый старик. Вместо одного глаза у старика был рубин. Лицо у него было вытянутое, а подбородок очень выступал вперёд, прямо-таки башмачком загибался. Вообще этот старик был похож на гоблина.
   - В-вы Ипполит Игнатье... - дрожащим голосом начал Саша.
   - Да. Я Ипполит Игнатьевич Иглоушкин. - ответил гоблин. - Чем могу служить?
   - Меня преследует нежить, - признался Саша.
   - Очень интересно. Ну что же, пройдёмте- пройдёмте.
   Колдун отстранил Сашу, и зазвенел большой связкой ключей. Он бормотал:
   - Так это от подвала... это от темницы... это от упокоища... это от тайной гробницы... а-а, вот и от квартиры...
   Щёлкнул замок, дверь раскрылась.
   - Прошу, - жестом гоблин пригласил Сашу войти.
   Мальчик переступил порог, и очутился в очень просторном, но затемнённом помещении. Ведь окна были заколоченными. Зато в центре помещения стояла метровая сфера звёздного неба, от неё исходило тусклое, матовое свечение.
   И Саша разглядел стеллажи с древними, толстыми фолиантами. На столе высилась груда свитков, и стояли три высоких не зажженных свечи.
   - Прошу! - колдун указал Саше на старинное кресло.
   - Благодарю, - мальчик уселся.
   Кресло было очень мягким и удобным. И Саша расслабился, почувствовал доверенность к этому существу.
   - Перекусить не желаете? - поинтересовался чародей.
   - Нет. Спасибо. А скажите, к вам много ходят?
   - Нет. Ты первый.
   - Так я и думал! Все предпочитают волшебников поддельных, а про настоящего никто не знает...
   - Да, ладно, чего уж там. Я не жалуюсь, - ухмыльнулся кудесник, и улыбнулся, обнажив остро выточенные алмазные зубы. - Ну так я слушаю.
   И Саша начал рассказывать. Ипполит Игнатьевич Иглоушкин стал первым, кому он рассказал все свои мрачные приключения. Он ничего не утаил, а в конце даже протянул ему амулет.
   Но маг даже не прикоснулся к амулету. Он сказал Саше:
   - Положи его к самому сердцу, и никому не показывай.
   Так Саша и сделал. Нависла напряжённая тишина. Наконец Саша не выдержал и решился спросить:
   - Ну, как моё дело? Плохо, да?
   - Очень плохо, - проворчал Иглоушкин.
   Саша сжался, прошептал:
   - Что? Безнадёжно?
   - Не совсем безнадёжно, - сказал колдун. - И это хорошо, что ты ко мне обратился. Потому что кроме меня вряд ли тебе кто- нибудь смог бы помочь.
   - Ну, и что же мы будем делать? - робко прошептал Саша.
   Чародей ответил:
   - Прежде всего, мы должны отправиться в будущее...
   - Как, вы и на это способны? Как в машине времени?! - изумился мальчик.
   - Ну, не совсем как в машине времени, - ответил Ипполит Игнатьевич. - Твоё тело останется здесь, а сознание отправится в будущее.
   - И что же я увижу там?
   - То, что тебя ждёт.
   - Но ведь это может быть таким страшным!
   - Ты что, боишься?
   - Нет.
   - Вот и замечательно. А то я уж начал опасаться, что ты - трус. Но я должен предупредить: то, что ты увидишь там, может оказаться страшным. И даже очень страшным. Но самое главное: если мы узнаем, что тебя ждёт, то сможем это предотвратить. Понимаешь?
   - Ну, в общем - да. Я, стало быть, увижу, вернусь сюда, и не стану делать то, что делать не стоит.
   - Вот именно. А теперь смотри на сферу звёзд...
   Кудесник подошёл к излучающей матовый свет звёздной сфере и плавным движеньем повернул её...
   Сфера вращалась совершенно беззвучно. Саше казалось, что он видит сновидения, которые летели из созвездий, и тёплым мёдом оседали на его веках.
   А волшебник шептал:
   - Твои веки тяжелеют. Ты закрываешь глаза. Вместе со звёздами ты отправляешься вперёд во времени...
   И Саша оказался в туннеле. Вокруг него летели матовые звёзды. Их тусклый, тёплый свет обволакивал мальчика, успокаивал.
   Голос чародея едва касался его:
   - ...Сейчас ты окажешься в такой минуте будущего, которое многое объяснит...
   
   * * *
   
   Саша очутился в комнате с зарешёченными окнами. За большим столом сидел пожилой мужчинами с широким лицом и печальными глазами. А напротив этого мужчина сидел он же, Саша, но только тощий, растрёпанный и глубоко несчастный.
   И вот мужчина сказал тоном сочувствия:
   - Итак, Александр N, вы решили всё-таки рассказать о том, что было?
   - Да, - выдохнул Саша. - Я больше не могу носить это в себе. Это просто разрывает меня!
   Его бледные губы задрожали, а из слёз покатились слёзы.
   Тогда мужчина вздохнул:
   - Ну- ну, если вы, молодой человек, ещё не в состоянии...
   - Нет- нет! Я расскажу...
   То, что Саша из будущего рассказывал, Саша из прошлого видел столь же отчётливо, будто он сам при этом присутствовал. Причём та часть истории, которую он уже знал, прошла мимо него.
   
   Рассказ Саши из Будущего.
   
   "...Я ничего не рассказывал родителям ни об амулете, ни о ведьме. Да и зачем? Ведь они всё равно не поверили бы мне. Амулет я всегда носил с собой, он меня согревал, но была ещё и ледышка в сердце. Эта ледышка - проклятье ведьмы - она мне спать не давала. Она леденила меня. Час за часом она отмораживала все хорошие мои чувства. Я постоянно грубил, ругался. Мне постоянно хотелось сделать что-нибудь гадкое.
   Уже несколько дней я прогуливал школу. Чем занимался? А просто шлялся по улицам, по магазинам, и воровал. Мелкие карманные кражи. Мне не нужны были те вещи, которые я крал. Мне просто доставляло удовольствие делать людям плохо. И представлял, как они расстроятся или разозлятся, обнаружив пропажу, и радовался этому. Несмотря на то, что крал я много и часто: никто этого не заметил.
   Однажды я забрёл в магазин, где торговали музыкальными инструментами. Я долго там околачивался, прикидывая, как можно было бы свистнуть, например, гитару. И тут ко мне подошёл некий человек в длинном чёрном плаще и в широкополой шляпе. Он был очень высок, и широкоплеч. Лица его я не мог разглядеть, так как оно постоянно оставалось в тени. Всё же я разглядел, что кожа у него ярко-красного цвета. Он сказал густым, приятным баритоном:
   - Здравствуй, Саша.
   Тогда я очень испугался. Мне подумалось, что стало известно о моих кражах, и он из милиции, чтобы задержать меня. Я хотел бежать, но он перехватил меня за руку. Сила в нём была огромная.
   - Не бойся. Я твой друг, - так говорил незнакомец.
   Затем он спросил:
   - Ты хочешь получить какой-нибудь из этих инструментов?
   Он кивнул на стеллажи музыкального магазина.
   - Нет, что вы! - воскликнул я.
   - И правильно, - кивнул он. - Всё это недостойные тебя побрякушки. Ведь в тебе дар величайшего музыканта...
   - Что вы, что вы. Я никогда и не думал об этом.
   - А ты загляни в своё сердце...
   Тут он очень сильно сжал мою ладонь. Одновременно с этим ледышка в моём сердце разболелась так сильно, как никогда прежде не болела. В глазах моих потемнело...
   И тогда я понял, что действительно всегда хотел стать музыкантом. К тому же, чувствовал в себе дар композитора. А ещё я понял, что всегда завидовал тем музыкантам, которые добились успеха на своём поприще. То была лютая, чёрная зависть. Я буквально ненавидел их. Я считал, что они грабители и бандиты, что они преступные путём отобрали у меня славу.
   - Ты хочешь отомстить им? - вкрадчиво спросил незнакомец.
   - Да! - прохрипел я яростно.
   - Ты хочешь забрать у них то, что по праву принадлежит тебе?
   - Да! Да! - ледышка прямо-таки раздирала моё сердце.
   - Замечательно. Тогда пойдём из этого затхлого магазинчика.
   И вот мы очутились на улице. Незнакомец делал очень широкие шаги, и по-прежнему сжимал меня за руку. Мне приходилось буквально бежать за ним.
   - Куда мы так торопимся? - спросил я.
   - Отбирать то, что по праву принадлежит тебе, - ответил он.
   - А как вас зовут?
   - Зови меня как хочешь. Можешь просто Некто.
   - Хорошо. Буду звать вас Некто. Стало быть, мы будем отбирать у музыкантов их инструменты, да?
   - Ха-ха-ха! - рассмеялся Некто. - Зачем тебе много инструментов? Думаю, тебе хватит одного. Зато это будет самый лучший инструмент на всём свете.
   - У кого же именно музыканта этот инструмент?
   - У целой дюжины.
   - Что?
   - Саша, почему ты вбил себе в голову, что мы будем отбирать этот инструмент? Мы будем его делать.
   - Из чего же?
   - Неужели ты ещё не догадался?
   - Нет.
   - А ты взгляни в своё сердце.
   Я взглянул в своё сердце, и увидел, что оно уподобилось леднику. И на этом леднике был высечен ответ: "Из музыкантов".
   - Мы будем делать мой инструмент из музыкантов? - спросил я.
   - Да, конечно же, - улыбнулся Некто.
   - Но... но...
   Я не нашёл, что тут можно возразить. Нечто страшное стояло за этими словами, но я не испытывал ни страха, ни отвращения. Я даже стремился к чему-то тёмному, дабы утолить ту злобу, которая распирала меня изнутри.
   И вот мы вошли в подъезд. Поднялись на лифте. Некто подошёл к одной из дверей, нажал звонок.
   - Кто здесь живёт? - спросил я.
   - Первый из этих гадких музыкантов, - ответил Некто.
   Тут дверь открылась, и на пороге предстал высокий, очень худой и бледный мужчина. По-видимому, до того, как мы позвонили, он репетировал. Во всяком случае, в одной руке он держал скрипку, а в другой - смычок.
   - Добрый день, - сказал музыкант.
   Некто ухмыльнулся и сказал:
   - Не могу вам сказать: "добрый день", потому что для вас он отнюдь не добрый. Не могу сказать вам "здравствуйте", потому что здравствовать вам уже не придётся. Впрочем, и хворать тоже.
   - Что... - начал было музыкант, но не успел договорить.
   Некто приложил свою ладонь к его лбу. Мужчина побледнел больше прежнего, глаза его закатились. Он рухнул бы на пол, если бы Некто не подхватил его. Так легко, будто музыкант ничего не весил, Некто понёс его вглубь квартиры.
   Скрипка выпала из рук музыканта, Некто наступил на неё, и скрипка с треском переломилась на две части.
   Я стоял на пороге. Испытывал одновременно и отвращение, и страх, и злорадство в отношении музыканта. Ведь я же так хотел, чтобы людям было плохо, и вот теперь мои мечты воплощались в реальность.
   Некто прикрикнул на меня:
   - Ну, что же ты такой непутёвый сообщник? Неужели тебе говорить, чтобы ты закрыл лестничную дверь...
   Я закрыл дверь, и медленно пошёл в комнату, куда Некто отнёс музыканта. Дверь оказалась запертой; но я слышал очень неприятные звуки: треск и чавканье, которые из-за двери доносились.
   Я положил руку на дверную ручку, попробовал открыть, но дверь оказалась заблокированной изнутри. Я дёрнул сильнее.
   Тогда с другой стороны раздался сосредоточенный голос Некто:
   - О, наверное, ты ещё не готов к этому зрелищу. Поэтому подожди, пока я добуду из этого музыканта первую часть твоего инструмента...
   Пять минут прошло, пока Некто не вышел из комнаты. Он сразу же закрыл дверь, и сказал мне:
   - Ни в коем случае не заглядывай туда. Иначе - очень пожалеешь...
   И тут я вздрогнул, так как увидел в руках Некто сцепленный из окровавленных костей предмет.
   Перехватив мой взгляд, он улыбнулся, и сказал:
   - Вот оно - начало твоего инструмента. Подожди, сейчас я вымою его.
   Он прошёл в ванную, включил там воду, и начал напевать какую-то дурашливую песенку. Я зажался в тёмный угол в коридор, и наблюдал, как из-под двери в комнату скрипача медленно вытекает густая, тёмно- красная жидкость. Это была кровь.
   И тогда я понял, что надо бежать. Но не успел. Некто как раз вышел из ванной, и протянул мне блистающий белизной предмет. Это были не просто человеческие кости. Это были избранные, и как ни кощунственно это звучит - изящно сплетённые между собой кости. Должно быть, эти кости были вырваны из самых разных частей тела скрипача.
   Некто сказал:
   - Это только заготовка, одна двенадцатая твоего инструмента, но всё же попробуй...
   Я отшатнулся. Вжался спиной в лестничную дверь.
   Тогда Некто увидел кровь, которая натекала из-под двери скрипача. Он нахмурился, и сказал:
   - Ах, это... непорядок...
   Он взмахнул рукой. Тогда кровь встала дыбом, и наползла на стену, где застыла, отображая некую инфернальную картину.
   Некто буквально запихнул костяной предмет в мои руки. Я почувствовал, что от этих костей исходит тепло живого тела. Руки мои сжались, и предмет затрещал.
   - Осторожней, - попросил Некто. - Ведь этот инструмент, как и всякое настоящее произведение искусства, очень хрупкий. Проведи по нему пальцами.
   И тогда я, послушный его воле, провёл дрожащими пальцами по тонким, плавно выгибающимся из предмета косточкам. И тут же квартиру заполнили звуки скрипки. Это была такая искренняя игра, что я был зачарован. Но, между тем - эта мелодия была воплощением ужаса...
   - Прекрасно, - кивнул Некто. - Этот инструмент черпает чувства прямо из твоего сердца, и воплощает их в мелодию. Пока это только скрипка, но вскоре к ней присоединяться и иные инструменты. И они не будут звучать, как оркестр: сплетённые вместе, они родят звучание совершенно нового инструмента. Этот инструмент покорит людей. Он заставит их сердца разрываться. Причём, в буквальном смысле...
   - Я не хочу, - запротестовал я, но слабым был мой голос.
   Некто сжал мою руку, и прохрипел мне на ухо:
   - Хочешь, мой мальчик. На самом деле, очень-очень хочешь...
   Он убрал инструмент в свою одежду, и потянул меня из квартиры.
   И вот мы уже на улице. Он вновь тащил меня за руку, и делал свои широченные, стремительные шаги. Мне приходилось бежать.
   - Что вам от меня надо? - спросил я.
   - Неужели ты ещё не догадался? - удивился он. - Конечно же: амулет...
   - Амулет... амулет... - забормотал я. - Я вам его отдам. Только отпустите меня...
   Некто усмехнулся:
   - О, нет, мой маленький друг. Как же я могу забрать амулет, и не отблагодарить тебя? Ведь это было бы настоящим воровством, не так ли?
   - Ничего. Я вам его подарю...
   Тогда он очень-очень сильно сжал мою ладонь. В глазах моих потемнело...
   ...Очнулся я уже в Подмосковье. Нас окружали заборы, за которыми виднелись роскошные дачи. Мы остановились перед одной из оград. Некто нажал на кнопку звонка.
   Через пару минут нам открыл пожилой прислужник, в аккуратном чёрном костюме. Он поклонился, и спросил вежливым голосом:
   - Что вам угодно?
   - Не твоего ума дело, - ответил Некто, пренебрежительно махнул ладонью, и прислужник исчез.
   Мы прошли на участок. По аккуратной, окружённой яблоневыми деревьями дорожке направились к роскошной вилле.
   Некто говорил:
   - Видишь, как он устроился? Какие хоромы себе отстроил? Ну, ничего возмездие уже близко.
   - А кто здесь живёт? - робко спросил я.
   - Известный тенор, - ответил Некто.
   - Тенор? - переспросил я. - Но ведь это... это не совсем инструмент... это... это просто голос...
   И Некто ответил мне тоном учителя, который повторяет урок нерадивому ученику:
   - Голос - такой же инструмент, как и скрипка. И мы получим его. Просто заберём его горло и голосовые связки...
   Я задрожал, зашептал жалобно:
   - Пожалуйста, пожалуйста, не надо. Я вас очень прошу...
   - Тише, - приказал Некто, и я не мог ему не повиноваться.
   Мы остановились перед этой роскошной дачей. Судя по всему, на первом этаже никого не было, зато со второго этажа доносилась классическая музыка. Там, на втором этаже был балкон, достаточно широкий, для того, чтобы на нём разместилось общество человек в тридцать.
   - Эй! Выходи! - громко крикнул Некто.
   Музыка замолкла, и послышался красивый, сильный голос тенора:
   - Кто там?
   - Старые друзья! - ответил Некто.
   Дверь на втором этаже открылась, и на балкон вышел полный, розовощёкий мужчина. Он уставился на нас, спросил:
   - Что-то я вас не помню.
   - Сейчас вспомнишь, - очень мягко ответил Некто.
   А затем мой спутник прыгнул и оказался на балконе. Этот невозможный для человека прыжок дался ему без всяких усилий. Тенор сдавленно вскрикнул, отшатнулся назад, но было уже поздно. Некто прыгнул на певца, сбил его с ног...
   Кирпичная ограда балкона скрыла от меня то, что было дальше.
   Но я услышал громкий хруст, а затем несколько капель крови упали на снег у моих ног. А потом ещё одна капля попала мне на щёку. И вот тогда я понял, что надо бежать.
   Я бросился обратно по дорожке. Я ожидал, что Некто окрикнет меня, или набросится сзади. Но он был занят своим страшным делом...
   Так я выбежал на улочку, и там буквально врезался в красивую женщину, которая, вместе со своими детьми возвращалась с прогулки по лесу. Эта женщина схватила меня за руку, и спросила:
   - Мальчик, кто ты?
   - Саша, - дрожащим голосом ответил я, и попытался вырваться, потому что в любое мгновенье мог появиться Некто.
   Но эта женщина крепко держала свою добычу, то есть меня. Она внимательно изучала моё лицо, и спрашивала:
   - А что ты делал у меня дома?
   - У вас дома? - переспросил я.
   - Да-да, ведь ты именно оттуда выбежал.
   И тогда я понял, что эта женщина, и шедшие с ней дети - семья тенора. А также я понял, что женщина заподозрила во мне воришку.
   Мне было очень страшно. Я вырывался и молил её:
   - Отпустите меня. Пожалуйста! Пожалуйста!
   Тогда женщина обратилась к своему сыну. Мальчику лет пяти:
   - Гоша, беги спроси у папы: ничего ли не пропало? И в любом случае: пускай он вызовет милицию. Нечего всяким оборванцам лазить по нашей собственности...
   Мальчик бросился на дачу, а я закричал ему:
   - Нет! Ни в коем случае не ходи туда! Слышишь?!
   И такое отчаяние было в моём голосе, что мальчик обернулся. И одновременно с дачи раздался яростный вой. Это Некто заметил, что я сбежал.
   Красивая женщина заметно побледнела, и пробормотала упавшим голосом:
   - Господи, что там?!
   Тут она стала трясти меня за плечо, и выкрикивать:
   - Отвечай, что там! Немедленно!
   И тут я дёрнулся с такой отчаянной силой, что мне удалось вырваться. Из всех сил, какие у меня были, я бросился бежать по улице. Женщина кричала истошно:
   - Спасите! Грабят! Лю-ю- юди!!
   И вновь я услышал неистовый вопль Некто. Хотя я не оглядывался, - я знал, что он догоняет меня.
   И мне бы не удалось убежать, и он схватил бы на той улочке, если бы не автобус. Лучше бы он меня схватил тогда. Тогда, быть может, удалось избежать стольких жертв.
   Но, к несчастью, там была остановка, и к ней как раз подъехал автобус. Только я запрыгнул внутрь, как дверь захлопнулась, и автобус поехал.
   Я оказался единственным пассажиром. Дорога была пустынной, и водитель гнал автобус гораздо быстрее разрешенного: спешил к Московским окраинам.
   Окна в салоне были покрыты морозным узором. Но я перебежал на заднюю площадку, и начал дуть на стекло. Вскоре оно оттаяло, и я увидел, что за нами по полю несётся тёмный вихрь. Конечно, ядром этого вихря был Некто, и он преследовал меня.
   Но вот автобус пересёк по мосту Кольцевую дорогу, и оказался в Москве. На первой же остановке я выпрыгнул и бросился к станции метро, которая была рядом.
   Когда я спускался на станцию, то услышал сверху страшные крики, и понял, что это Некто ворвался в метро вслед за мной.
   Но вот я запрыгнул в электричку. И там попытался себя успокоить, приговаривая, что теперь он меня не найдёт. Ведь Москва такой большой город... Конечно, глупо было так думать.
   На следующей станции я выскочил из электрички и бросился к выходу. И тут вновь услышал страшные крики. Обернулся, и тут увидел картину, которую уже никогда не забуду.
   Некто вырвался из туннеля. Он запрыгнул на платформу, и теперь пробивался ко мне. Он был разъярён, а люди, которые попадались ему на пути, становились случайными жертвами. Он просто разрывал их...
   Я хотел кричать, да не мог, словно бы кто-то мне горло сжал.
   Но всё же смог броситься к эскалатору. Я пробивался вверх, расталкивал тех, кто попадался мне на пути. И слышал нарастающие крики. Некто нагонял его.
   И вот понял я, что мне не убежать. В переходе я бросился к милиционеру, вцепился ему в руку, и закричал, чтобы он поскорее арестовал меня. Арестовали меня не сразу, но всё же арестовали.
   И вот я здесь...
   Вы спросите, почему Некто больше не преследует меня? Мне кажется, он исполнил то, что хотел. Он погубил мою душу, и отобрал амулет... Да, да - амулета больше нет. У Некто было достаточно времени, чтобы выкрасть его".
   
   Вот что рассказал Саша из будущего пожилому мужчине с широким лицом и печальными глазами. Так как рассказ был весьма продолжительным, мужчина успел выкурить несколько сигарет.
   Потом он обернулся, и спросил:
   - Всё записано?
   И тут только Саша из прошлого заметил, что в углу есть ещё один столик. За этим столиком повернувшись к ним спиной кто-то сидел.
   Последовал ответ: "Да!", и этот голос показался Саше из прошлого знакомым. Также и Саша из будущего сжался, и выкрикнул:
   - Это он! Это Некто!
   Тут незнакомец встал, обернулся к ним. Саша из будущего облегчённо вздохнул, и пробормотал:
   - Я опознался...
   Этот Саша из будущего увидел нечто иное, а вот Саша из прошлого увидел именно Некто. У этого существа была неестественно красная кожа, а глаза были чёрными, как воронье крыло.
   Он подошёл к сейфу, убрал туда папку с делом Саши из будущего, закрыл сейф, а затем обернулся к Саше из прошлого и спросил:
   - Что, думаешь, ты самый умный?..
   Саша из прошлого попытался бежать, но не мог и с места сдвинуться. Некто приближался к нему, и приговаривал:
   - Скоро сюда придёт Ведьма! О, она уже почуяла тебя, паршивец!
   Что касается человека за столом и Саши из будущего, то они не слышали странных слов Некто. Они как бы отошли на второй план, и Саша из прошлого уже не слышал, что говорил человек за столом.
   И тогда Некто протянул к Саше из прошлого руку, и сжал его горло. Саша хотел закричать: "Помогите!", но один лишь слабый стон вышел из него.
   Некто усмехнулся, и спросил:
   - Она приближается! Ты слышишь?
   И тут почувствовал Саша, как трясётся помещение. А потом железная дверь выгнулась от страшного удара. Человек за столом и Саша из будущего по-прежнему ничего не замечали.
   Некто говорил вкрадчиво:
   - Сейчас ты увидишь ведьму. Она настолько ужасна, что даже я не могу смотреть на неё без содрогания. Ну, а твой жалкий разум просто помутиться, когда ты увидишь её...
   Ещё один удар обрушился на дверь. Железо выгнулось больше прежнего, в нём появились трещины, из этих трещин хлынула клокочущая тьма.
   Тогда Саша собрал все свои силы, и закричал:
   - Ипполит Игнатьевич, спасите меня!
   Некто нахмурился и пророкотал:
   - Никто тебя не спасёт! Даже и не надейся!
   Из последних сил кричал Саша:
   - Вытащите меня отсюда!!
   Некто ещё сильнее сжал его горло. Саша задыхался, кашлял, он уже не мог кричать.
   И тогда что-то холодное растеклось по его лицу. Некто и всё остальное поблекло, растворилось...
   
   
   
   
   
   Глава 3
   "Ледяная игла и Демон"

   
   Саша очнулся на том же самом мягком кресле, из которого началось его путешествие в будущее. Ипполит Игнатьевич Иглоушко стоял перед ним, в руках он держал стакан, из которого окатил мальчика холодной водой.
   Сфера звёзд не вращалась, не источала тёмно-матовое свеченье. Саша чувствовал себя очень уставшим. Тем не менее, он заговорил первым:
   - Спасибо вам огромное, что спасли меня! Знали бы вы...
   - Я всё знаю, - ответил Ипполит Игнатьевич.
   - Всё знаете?! - изумился Саша.
   - Да, я видел всё то же, что и ты...
   - Так почему же не вытащили меня сразу, как только появился этот... Демон?
   - Так ведь мне тоже сначала пришлось вернуться сюда, потом я тряс тебя за плечо, но твой дух был слишком далеко. И только когда я плеснул на тебя водой, ты очнулся...
   Вроде бы Ипполит Игнатьевич всё объяснил, но раздражение не покидало Сашу. Ледяная игла терзало его сердце. И он огрызнулся:
   - Из-за вас я чуть не погиб! Ничего вы не можете! Да никакой вы не волшебник! Просто выживший из ума старик!..
   Саша почувствовал, что сделал Ипполиту Игнатьевичу больно, и усмехнулся.
   А волшебник сказал:
   - Ведь это ледышка в сердце тебя таким делает. Ведьма тебя околдовала...
   Мальчик знал, что чародей говорит правду, но раздражение его не оставило, даже усилилось. Он выкрикнул:
   - А вам какое дело?! Вам, наверное, забавно наблюдать за моими мученьями!
   И тогда маг повелел:
   - Приложи амулет к своему сердцу!
   Глаза колдуна пламенем засияли. И тогда Сашина рука сама собой потянулась к карману. Он достал амулет, и приложил его к сердцу.
   Приятнейшее тепло распространилось по его телу. И холод отступил от его сердца. И тогда сказал мальчик:
   - Простите меня, пожалуйста. Я сам не понимал, что творю.
   Искренним был его голос, и кивнул колдун, и сказал:
   - А я тебя и не виню. Ты - бедный ребёнок, и взвалили на твои плечи такую тяжесть, которую и взрослый не выдержит.
   - Я вовсе не ребёнок, - возразил Саша, но без всякого раздраженья.
   - Хорошо. Будь по-твоему. Стало быть, не ребёнок.
   - А скажите: то, что я увидел прямо вот никак- никак нельзя изменить? - спросил Саша.
   Когда мальчик задавал этот вопрос, голос его дрожал от волнения.
   И на это Ипполит Игнатьевич ответил:
   - Насчёт того, что ты видел, можешь не беспокоиться: этого точно не будет. Именно потому, что мы заглянул в будущее, мы сможем предотвратить эти события. Те музыканты останутся целыми и невредимыми, и в метро никакой бойни не будет.
   - Очень хорошо! - воскликнул Саша, и даже улыбнулся.
   - А теперь будем думать, что дальше делать, - сказал чародей.
   - Вы сказали "мы"? - переспросил Саша. - Стало быть, вы не оставите меня?
   - Конечно, не оставлю, - ответил колдун. - Ведь оставить тебя сейчас без моей помощи - это равносильно убийству.
   - О, это просто здорово, что не оставите!
   Саша широко улыбнулся, но тут же лицо его стало серьёзным, сосредоточенным. Он спросил:
   - А что вам известно про этот амулет? Зачем он понадобился ведьме?
   - К сожалению, это неведомо мне, - молвил Ипполит Игнатьевич, и вздохнул, задумался.
   Проговорил вполголоса:
   - Впрочем, в тайном книгохранилище под Москвой есть одна бесценная магическая книга. Ежели доберусь до неё, так смогу узнать про этот амулет...
   И тут вновь ледяная игла начала терзать Сашино сердце. И мальчик воскликнул громко:
   - Ты врёшь, старик! Всё ты знаешь! А ну быстро рассказывай!!
   Чем больше Саша сердился, тем сильнее терзала его игла. И вот он почувствовал такое раздражение, что схватил стоявшую на полке массивную чернильницу и запустил её в чародея.
   Но Ипполит Игнатьевич просто взмахнул рукой, и чернильница застыла в воздухе. Выплеснувшиеся из неё брызги также замерли. А затем брызги уподобились бабочкам и залетели обратно в чернильницу.
   Волшебник повёл рукой, и чернильница плавно вернулась на место.
   Сашины глаза сузились. Уголки его губ дрожали. Лицо его стало крайне неприятным. Он хрипел:
   - Всё это жалкие фокусы! Любой сможет!..
   Кудесник взмахнул двумя руками. Незримая сила подхватила Сашу, отнесла его к креслу, и мягко, но настойчиво усадила.
   Мальчик хотел вскочить, броситься на Ипполита Игнатьевича, но не смог даже пошевелиться. Тогда он закричал:
   - Ты за это ответишь! Я тебе глаза вырву!
   Маг щёлкнул пальцами, и Сашин рот оказался склеен плёнкой.
   Ипполит Игнатьевич говорил:
   - Ты хороший парень, но ледяная игла отравляет тебя. Ещё немного и ты станешь настоящим убийцей. А это и нужно Демону и Ведьме. Они ведь не только хотят амулет у тебя отнять, но и душу твою загубить. И это даже более серьёзно, чем мне показалось вначале. Придётся делать операцию. Я вытащу иглу из твоего сердца...
   Колдун отошёл, и тут же вернулся, но теперь в руках его оказались два скальпеля. Это были не простые скальпеля. Подобно солнцу сияли они.
   Сашины глаза расширились. Он из всех сил пытался вырваться, но ничего у него не получалось.
   - Не бойся, - мягким голосом говорил волшебник. - Я сделаю это безболезненно, а, благодаря моему колдовству, не останется никаких шрамов.
   Саша сделал последнюю, отчаянную попытку вырваться, но тут веки его отяжелили, и он заснул...
   И тут же очнулся. Он был в той же самой комнате. Ипполит Игнатьевич стоял перед ним, и улыбался. Чародей спросил:
   - Ну, как самочувствие?
   - Очень хорошо себя чувствую, - ответил Саша, и это было чистой правдой.
   А потом мальчик почувствовал, что в сердце его больше нет ледяной иглы. И он сказал очень искренне:
   - Простите меня, пожалуйста.
   - Ничего-ничего. Ты не виноват, - ответил колдун.
   - А можно я на эту иглу посмотрю? - попросил Саша.
   - Не советовал бы тебе. Зрелище малоприятное.
   - Я вас очень прошу!
   Волшебник подошёл к шкафу, открыл его и достал колбу. Поднёс его к Саше. И Саша увидел, что за стеклом извивается отвратительный, полупрозрачный, синеватого цвета червь.
   Саша вздрогнул, пролепетал:
   - Это что - было во мне?
   - Да. Я же предупреждал: лучше тебе на это не смотреть.
   - Уберите, пожалуйста, - попросил мальчик.
   И чародей исполнил эту просьбу.
   Саша прошептал:
   - Уж больно темно стало, надо бы свечи зажечь.
   И действительно: в помещении стало уже очень темно. И в проёмах между досками, которыми были забиты окна, нависала чернота.
   - Ох, а сколько времени-то? - спросил Саша.
   - Шесть часов вечера, - ответил Ипполит Игнатьевич. - Тебе, кстати, дома ещё не ждут?
   - Нет, у меня ещё есть время, - соврал Саша.
   Кудесник дотронулся указательным пальцем правой сначала до одной, а потом до второй свечи. И свечи загорелись, осветили помещение. Оказалось, что помимо огромного количества древних фолиантов, там, в отдельном уголке стояли ещё и приборы, и колбы, и риторы, и иные приспособления словно бы взятые из лаборатории средневекового алхимика.
   И рядом с этими приборами, на чёрном шкафу сидела сова. Раньше она дремала, но когда колдун зажёг свечи, сова распахнула свои огромные глазищи, и уставилась на Сашу.
   - Здравствуй, - машинально произнёс Саша.
   - Здравствуй, - ответила сова.
   От неожиданности мальчик даже подскочил.
   - Чего уставился? - спросила у него сова. - Никогда говорящих сов, что ли не видел?
   - Не видел, - пробормотал Саша, и тут же обратился к чародею. - Ну, а теперь наконец-то - про амулет расскажите!
   - Тише... - неожиданно напряжённым голосом потребовал Ипполит Игнатьевич.
   - А? Что такое? - тоже напрягся Саша.
   - Тебе говорю: тише. Слушай.
   И вот мальчик замер, даже не дышал.
   На улице выл холодный зимний ветер. Таким страшным, голодным голосом выл, будто это был не ветер, а волк голодный.
   И в ветре этом Саша услышал пронзительный, злобный голос. Он бормотал что-то на непонятном языке. Страшными были его слова. Лютая злоба чувствовалась в них.
   - Кто это? - шепнул Саша.
   - Демон, - выдохнул Ипполит Игнатьевич.
   И только он сказал это слово, как снизу раздался неистовый вопль. Так не мог орать ни человек, ни целая группа людей. Хотя, казалось, что эти безумные звуки вырываются сразу из сотни глоток.
   - Действительно - это он... - прошептал Саша. - Быть может, нам лучше свечи затушить?
   - Нет, - ответил колдун. - Он нас уже выследил. Разъярился потому, что ты встретился со мной. Ведь он рассчитывал, что никто ему не помешает. А темнота нам ничего хорошо не даст. Он больше любит темноту, чем свет. И видит он в темноте лучше всякого зверя.
   И тут раздался такой звук, будто кто-то очень тяжёлый бежал вверх по стене этого ветхого, деревянного дома.
   На те доски, которые прикрывали окно, обрушился сильнейший удар. В нескольких местах доски переломились.
   - А ведь я заколдовал их от разрушения, - произнёс Ипполит Игнатьевич.
   С улицы раздался злой голос:
   - Твоё колдовство ничего не стоит! Против меня ты - ничто. Так что выдавай мне мальчишку, и, быть может, я тебя пощажу.
   От следующего удара одна из наоконных досок отлетела. В образовавшийся проём тут же начала всовываться рука. Кожа на запястье этой руки была ярко-красной, так что не вызывало сомнений, кому она принадлежит.
   Вообще же на руке была чёрная материя аккуратного кожаного плаща. Рука всё втягивалась и втягивалась в комнату. Вытянулась на три, потом на четыре метра. Саша смотрел, как к нему приближается эта змеюка, и даже пошевелиться не мог.
   Первым сбросил с себя оцепененье Ипполит Игнатьевич. Он громко хлопнул в ладоши, и тут же распахнулась дверь в чулан. Из чулана хлынул целый поток чёрных кошек. Эти кошки вцепились в ручищу Демона...
   Дом содрогнулся от яростного вопля. Рука отдёрнулась обратно на улицу.
   - Не любит он кошек, - произнёс Ипполит Игнатьевич.
   Затем чародей и Саша бросились на лестницу. Говорящая сова шумела крыльями над их головами.
   Саша первым распахнул лестничную дверь, и тут же отшатнулся, и захлопнул её. Мальчика трясло от ужаса и отвращения, он пробормотал:
   - Там... бомж... безглазый... с топором...
   На лестничной площадке стоял тот отвратительный, гниющий бомж, который чуть не убил Сашу в пригородной электричке. Теперь в руках у бомжа был громадный, мясницкий топор. И, хотя он не мог ничего видеть, воля ведьмы направляла все его действия.
   И вот топор врезался и пробил дверь. В пробоине появилось ржавое, но очень тяжёлое лезвие. Лезвие исчезло, и тут же вновь появилось, но уже в другом месте. От этого неистового напора дверь должна была рухнуть...
   Тогда Ипполит Игнатьевич молвил чуть слышно:
   - Хорошо. Тогда мы отступим по тайному ходу.
   - Я задержу его, - сказала сова.
   Волшебник подтолкнул Сашу в ванную. Там имелось овальное зеркало в человеческий рост. Ипполит Игнатьевич толкнул зеркало, и оно провернулось, стало к ним ребром. Оказалось, что за зеркалом был потайной ход.
   В это время из коридора раздался грохот, удары, страшные ругательства.
   - Ну вот: бомж попал в когти моей Ипполиты.
   - Вашей "кого"? - переспросил Саша.
   - Ипполиты, - повторил чародей. - Меня зовут Ипполит, а мою сову Ипполита. Чего тут непонятно? Ладно, бежим скорее.
   - А как же сова?
   - О, за неё можешь не волноваться. Она за себя может постоять, - ответил колдун. - Скорее- скорее. Ведь Демон - не бомж, его не задержат надолго ни кошки, ни Ипполита.
   Кудесник подтолкнул Сашу в проём, и сам шагнул следом. Затем он закрыл зеркало. Сразу стало темным-темно. Но Ипполит Игнатьевич щелкнул указательным и средним пальцами по большому пальцу правой руки, и на их кончиках засияли два зелёных огонька, высветили ведущий под большим углом вниз ход.
   - Не жжётся? - спросил Саша.
   - Что?
   - Пальцам вашим не жарко?
   - А, нет. Пошли скорее. Демон уже ворвался в мою квартиру, и обнаружил, что мы сбежали...
   
   
   
   
   
   Глава 4
   "Двойник"

   
   Ход, по которому Ипполит Игнатьевич вёл Сашу, неожиданно распрямился.
   На кончиках пальцев чародея по-прежнему горели два зелёных огонька. Они высвечивали примерно десять метров, но в этой окружности никаких стен не было. Мальчик прислушался. Где-то, на значительном расстоянии шумела вода, высоко над их головами отдавалось гулкое эхо.
   - Где мы? - шёпотом спросил Саша.
   - Под Москвой, - ответил маг.
   - В канализации, что ли?
   - Эм-м. Ну, если это и канализация, то ни на какие карты она не занесена.
   - А где...
   - Тшшшш, - чародей зажал его рот ладонью.
   Саша насторожился, и вот услышал грохот, и яростный, нечеловеческий вопль.
   Тогда Ипполит Игнатьевич произнёс:
   - Он нас выследил... бежим...
   Волшебник схватил Сашу за руку, и потащил его с такой скоростью, что мальчик едва успевал переставлять ноги.
   Неистовый вопль повторился. На этот раз - ближе. Тогда Ипполит Игнатьевич дунул на свои пальцы, и бывший на них зеленоватый огонь сразу потух, как тухнет свеча.
   Теперь Саша уже ничего не видел. Он просто послушно переставлял ноги, и трясся от страха.
   Вдруг его лица коснулось нечто холодное. Перенапряжённые нервы сдали, и мальчик громко закричал. Эхо от его вопля заметалось под сводами.
   - Тише ты! - шикнул на Сашу Ипполит Игнатьевич. - Это просто паутина была. А сейчас пригнись. Здесь с потолка глыба свисает...
   Саша пригнулся, и всё же задел затылком каменную глыбу. Было очень больно.
   Затем мальчик почувствовал, как кудесник махнул рукой. Послышался грохот.
   - Что вы сделали? - спросил Саша.
   - Просто перегородил каменной глыбой проход. Это хоть ненадолго задержит его, - ответил колдун.
   Они побежали дальше. Сзади раздались громкие удары: демон пробивал осевшую на пол каменную глыбу.
   - А сейчас прыгай! - приказал Ипполит Игнатьевич.
   Саша из всех сил прыгнул. Он почувствовал, что летит над пропастью. Услышал шум воды далеко- далеко под собой. И... он не долетел до противоположного берега!
   Если бы чародей не вытянул его следом за собой, так непременно упал бы Саша в зловонную клоаку.
   Они отбежали немного, и вновь почувствовал Саша, что взмахнул Ипполит Игнатьевич рукой. Сзади раздался скрежет.
   - Что вы делаете? - спросил мальчик.
   - Пропасть, через которую мы сейчас прыгали, расширяю, - прозвучало в ответ. - Демону не так легко через неё будет перебраться.
   И они побежали дальше. Сделали несколько поворотов. А потом Ипполит Игнатьевич вновь щёлкнул пальцами, и на кончиках их затрепетал совсем слабый огонёк.
   И увидел Саша, что они находятся внутри трубы. Труба эта вся насквозь проржавела и растрескалась. Причём из трещин свисал тёмный мох.
   Они сделали ещё несколько шагов, и вдруг оказались у круглого люка, который перегораживал трубу.
   - Ну, вот мы и попались, - вздохнул Саша, и из всех сил сжал в ладони амулет.
   - Не волнуйся, - ответил Ипполит Игнатьевич.
   Затем волшебник достал из кармана свою большую связку ключей, и начал перебирать их, приговаривая:
   - Так... так... всё не то... это от усыпальницы... это от кладовой... это от церберовой норы... а вот он, нужный нам ключик...
   Он выбрал заржавевший, покрывшийся мхом ключик, и пропихнул его в скважину, которая, оказывается, имелась в люке. Раздался треск, ключик переломился, но и люк медленно открылся. Поток смрадного воздуха ударил Сашу в лицо, заставил его сморщиться, закашляться.
   Волшебник сказал:
   - Вот здесь и начинается самая настоящая канализация. Ты иди прямо, и вскоре увидишь ведущую вверх лестницу. Поднимайся по ней. Там должен быть открытый колодец. Окажешься ты на Московской окраине. Сразу беги к метро и домой возвращайся. Там тебя уже давно ждут.
   - Ну, а вы как же?
   - А я демона задержу.
   - Но он же вас...
   - Ничего он мне не сделает. Я хорошо эти лабиринты знаю. Ух, побегает он за мной! Помимо того, я доберусь до книги магической и про амулет твой из неё разузнаю.
   Труба содрогнулась от сильного удара.
   Чародей подтолкнул Сашу в люк, молвил:
   - Когда в следующий раз встретимся, всё расскажу. А сейчас - беги.
   Саша бросился по смрадному туннелю. Позади него захлопнулся люк.
   А вот и лестница. Саша поднялся по ней. Это был какой-то мрачный, не освещённый дворик. Мальчик сделал несколько шагов по скрипучему снегу...
   Земля содрогнулась от титанического вопля. Затем последовали удары. Саша повалился лицом в снег, и задрожал...
   А потом он понял, что эти доносятся снизу, из канализации. Тогда Саша пробормотал:
   - Надо же: какой я трус!
   И он побежал.
   Через некоторое время он вылетел на большую улицу, ну а оттуда уже не сложно было и до метро добежать.
   
   * * *
   
   До своей квартиры Саша добрался без приключений. Но уже на пороге он замер в нерешительности.
   Ведь было уже больше девяти вечера. Он представил, как должны были волноваться его родители, и ему стало так жалко их! Он совсем не боялся, что его будут ругать. Но вот увидеть заплаканную маму - это было действительно страшно.
   Наконец он пробормотал: "Ладно. Ведь чем дольше я здесь стою, тем больше они волнуются".
   И вот он достал ключ, и открыл дверь. Он ожидал, что родители сразу же броситься к нему. Но, оказывается, в комнате у родителей громко был включен телевизор. Они даже ничего не услышали.
   "Странно" - подумал Саша: "А ведь, если бы волновались за меня, так к каждому звуку из коридора прислушивались..."
   Он не решился включить свет в коридоре. В потёмках быстренько разулся, разделся и проскользнул на кухню. И каково же было его изумление, когда он обнаружил, что ужин весь съеден.
   Он полакомился йогуртом, выпил апельсинового сока, закусил печеньем, и тут услышал шаги. Подумал: "Ну, сейчас начнётся".
   На кухню вошла мама. Она не выглядела огорчённой или встревоженной. Будничным тоном она спросила у Саши:
   - Все уроки сделал?
   - Э-э-э... - растерянно протянул Саша.
   - Что значит твоё "э-э-э"? - спросила мама.
   - Вроде как... - пожал плечами Саша.
   - "Вроде как", это значит очередная двойка по математике?
   - Нет да. То есть: да нет.
   - Вот что я скажу. Хватит тебе в эти компьютерные игры играться. Всё хорошо в меру. Вон бледный какой стал...
   Мама выпила сливки, и поспешила к телевизору. Саша слишком устал, чтобы обдумывать это происшествие. Он просто пожал плечами, и пробормотал:
   - Ну всякое бывает...
   Затем он направился к себе в комнату.
   Вот раскрыл дверь. Да так и замер на пороге. Лицо его вытянулось, рот раскрылся, а глаза округлились.
   Дело в том, что за компьютером сидел его двойник. Этот второй Саша внешне ничем от первого Саши не отличался.
   Двойник очень быстро писал какую-то программу.
   Когда настоящий Саша вошёл, двойник обернулся к нему, и улыбнулся. Но, даже когда двойник улыбался, лицо его оставалось злым; а в глазах его прямо-таки пылала ненависть.
   - А-а, это ты. Явился, не запылился, - протянул Сашиным голосом двойник.
   Затем добавил:
   - Проходи, не стесняйся. Чувствуй себя как дома.
   Сашины мысли запутались. Вот он шагнул в комнату.
   - Дверь закрой! - приказал двойник.
   И Саша исполнил это желание.
   - Подойди ко мне! - командовал двойник.
   Саша просто не мог отвести своего взгляда от глаз двойника. Тот гипнотизировал его, и говорил с раздражением:
   - Вообще, честно говоря, не ждал тебя увидеть. Мой владыка должен был разобраться с тобой. Ты, кстати, знаешь, кто мой владыка?
   Саша молча кивнул.
   - Так кто же? - спросил двойник.
   - Демон, - ответил Саша.
   - Правильно. Это он сотворил меня. Я займу твоё место, и сделаю столько преступлений, что люди проклянут меня, а точнее - тебя. Гррр... Ты не должен был здесь появляться. Значит, что-то сорвалось... Что же мне с тобой делать?.. Ладно, подожду, пока вернётся мой владыка... А пока... пока время для развлечений!.. Подожди немного, я только завершу одну любопытную программу...
   Двойник вновь плюхнулся на стул перед компьютером и продолжил строчить программу. Саша хотел бежать, но двойник просто кинул на него взгляд, и мальчик почувствовал, что не может больше двигаться. Подобно статуе стоял он посреди комнаты и смотрел, как его двойник набивает программу.
   Через некоторое время двойник спросил:
   - Знаешь, что я делаю?
   Саша попытался ответить, но оказалось, что и рот больше не слушается его.
   Двойник говорил:
   - Очень хорошая программа. Напрочь сотрёт несколько крупных коммерческих баз данных. Ох, сколько будет стрессов, криков, и даже, быть может, самоубийств. Конечно, всё это мелочи, но приятно... Ну, вот и готова программка. Отправляю...
   Двойник включил модем и отправил свой страшный вирус сразу по нескольким адресам. Затем он повернулся к Саше, и молвил:
   - Ну а теперь займёмся тобой. Давай-ка танцуй!..
   Саша отрицательно замотал головой.
   - Что? Ты не хочешь? - ухмыльнулся двойник. - Что же. Я могу тебе помочь.
   И вот во лбу двойника открылась маленькая дверка. И оттуда выскочил игрушечный скрипач на пружине. Скрипач тут же начал играть. А Сашины руки и ноги пришли в движение. Он дёргался из стороны в сторону, он выделывал какой-то безумный, стремительный танец.
   Двойник ухмылялся, а иногда даже и в ладоши хлопал. Он приговаривал:
   - Так-так. Замечательно. А ты ещё не хотел. Вот какой из тебя танцор получился... Ты, можешь, удивляешься, откуда во мне этот скрипач. Так вот: я механическое существо. Меня Владыка создал! Он великий механик!
   Всего несколько минут протанцевал Саша, а уже запыхался. Капли пота скатывались по его лицу. Рубашка прилипла к его телу.
   - Что, тяжко? - осведомился двойник. - Ничего-ничего. Это только начало. Я ведь до самого утра гонять тебе буду...
   Саша собрал свою волю, попытался вырваться, но не тут то было: он больше не управлял своим телом. Управлял им скрипач.
   Двойник зло усмехался, и приговаривал:
   - Какие же вы всё-таки жалкие существа, люди. Мните из себя чуть ли не богов, а на самом деле такие слабые. Вот захочу и направлю тебя в комнату к родителям. По моему желанию, ты их убьёшь. Что побледнел? Что дрожишь? Страшно? Разозлился? Ха-ха! Злоба - это здорово! Это по- нашему...
   И в это время раздался скрежет. Кто-то скрёб стекло.
   - Хм, неужели уже мой владыка явился? - удивился двойник. - Ну, тем для тебя хуже. Уж от него то пощады не жди...
   Двойник шагнул к окну, и через занавеску раскрыл форточку. Он сказал громко и торжественно:
   - Добро пожаловать, мой господин!..
   Занавеска надулась, нечто массивное рванулось в комнату.
   Улыбка увяла на лице двойника, когда он увидел, что это не демон, а сова Ипполита. Он выставил перед собой руки, но сова облетела их, и вцепилась двойнику в голову.
   Она несколько раз крутанула голову. Она слетела с плеч, и покатилась по полу. Но никакой крови не было. Голова крепилась на туловище с помощью резьбы, а внутри были всякие микросхемы, шестерёнки и прочее барахло.
   Голова говорила возмущённо:
   - Я буду жаловаться...
   - Никому ты не будешь жаловаться, - прикрикнула на неё Ипполита, и обратилась к Саше. - Ну, как ты?
   Саша только-только пришёл в себя, и вытер пот, который выступил на его лбу после неистовой пляски. Он пробормотал:
   - Да ничего. Живой, вроде бы. А как это ты додумалась мне на выручку прилететь?
   - Так меня Ипполит Игнатьевич послал. Он почувствовал, что тебе плохо...
   - А он сам-то как? Живой?
   - За него не волнуйся. Он пока демона в канализации удерживает. Пока что демон думает, что он не только за Ипполитом Игнатьевичем, но и за тобой гоняется, но скоро он обнаружит, что обманут. И тогда заявится сюда. Он проверит, кто здесь: твой двойник, или же ты настоящий.
   - Что же делать?.. Я же не могу сбежать? Оставить здесь этого двойника... Представляешь, что будет с мамой? Утром она входит в комнату, смотрит, а я на полу без головы валяюсь...
   - Это безобразие... - подала голос голова двойника. - Я думаю, что мой господин устроит вам долгую и мучительную экзекуцию...
   Саша поднял с пола голову, которая ничем не отличалась от его собственной головы, и начал её разглядывать. Повернул шею, заглянул внутрь. Внутри было так много микросхем, что аж в глазах рябило...
   Тут безголовое туловище поднялось, и, вытянув перед собой руки, направилось к Саше, дабы отобрать у него свою голову.
   Совместными усилиями Саше и Ипполите удалось справиться с туловищем. Они накрепко привязали его к стулу, а оно продолжало дёргаться, так что стул елозил по полу.
   И вот сказал Саша:
   - Кажется, кое-что придумал. Надо его перепрограммировать так, чтобы он не вредил, а исполнял мои обязанности. Тогда я могу спокойно уйти, а мама ничего не заметит.
   - Это было бы идеальным вариантом, - сразу согласилась сова-Ипполита. - Ведь демон не станет делать доскональной проверки его программы. Он оставит здесь этого миролюбивого двойника, а мы будем уже далеко...
   - Это замечательно, но есть одна проблема, - молвил Саша. - Я не силён в программировании. А чтобы изменить его программу, нужен настоящий специалист. Среди моих друзей таких нет. Им бы только поиграть... Хотя на самом то деле, есть!
   Саша улыбнулся, и замолчал в смущении.
   - Как же его зовут? - спросила Ипполита.
   - Не его, а её, - пробормотал Саша. - В том то и дело: она девчонка. Аня её зовут. У нас в классе учится. Она вообще по всем предметом отличница, но в программировании - просто гений. Сейчас времени то сколько? А-а, полдесятого. Позвонить ей что ли?.. Она вообще в соседнем доме живёт. Не знаю, придёт ли?.. Ладно, попробую...
   И Саша позвонил Ане. Прежде он ей всего два раза по поводу домашнего задания звонил. Но она нисколько не удивилась, когда узнала его голос.
   - Привет, - сказал Саша.
   - Привет, - ответила Аня.
   - Чем занимаешься? - спросил Саша.
   - Программирую, - ответила Аня.
   - Что?
   - Игру новую.
   - А-а, тут такое дело... ну... в общем, не могла бы ты зайти?
   - Когда?
   - Сейчас.
   - Нет, уже поздно. Если дело какое, так завтра после школы.
   - А-а, ну да, - мрачным голосом произнёс Саша. - Ладно. Всё тогда. Прощай навеки.
   - Почему навеки?
   - Да так, - и пробормотал растерянно. - Что же с этим роботом делать?
   - С роботом? - Анин голос засиял интересом. - У тебя что - робот?!
   - Ну да... - вздохнул Саша.
   - Ух, здорово! Откуда?
   - Этот робот мой двойник. Но плохой двойник. Его надо перепрограммировать...
   - Всё, я бегу! - крикнула Аня.
   Не прошло и пяти минут, как в коридоре раздался звонок. Саша бросился открывать. Это была Аня.
   Девушка сказала:
   - Извини, я задержалась.
   - Да что ты... - начал было Саша, но Аня подала ему свою шубку, и говорила громко и стремительно:
   - Я задержалась потому, что забыла спросить код твоего подъезда. Пришлось подбирать.
   - Как же ты так быстро подобрала?
   - По специальной формуле, которую сама разработала. Так. Ну посмотрим, где этот робот.
   Она прошла в Сашину комнату. Там увидела привязанное к стулу туловище, голову, и сову. Девушка воскликнула:
   - Ух, вот это действительно здорово! Класс! Можно сказать, что попала в фантастический роман. Спасибо, что пригласил, Саша...
   - Да не за что, - смущённо пробормотал мальчик.
   Между прочим, Аня принесла с собой чемоданчик. Раскрыла, и там оказались всевозможные приборчики, среди которых были хваты, щупы, и прочие ужасные для всякого робота инструменты.
   Глаза двойника расширились, он простонал:
   - Не надо!
   - Надо, лапочка. Надо, - сказала Аня.
   - Я буду кричать! - воскликнул двойник.
   - Не будешь, - молвила Аня, уверенно запустила пальчик в его шею, и что-то там щёлкнула.
   Теперь голова раскрывала рот, но никаких звуков не издавала.
   С помощью проводов и своих приборов, Аня подключила голову к компьютеру. Загрузила какую- то свою программу...
   Пробормотала:
   - Так-так, сейчас посмотрим...
   На экране появилась схема внутреннего устройства голова.
   - Ага... схема весьма сложная, но мы и не такие делали! - ухмыльнулась Аня.
   - Ух, Аня, ну ты настоящий монстр! - восторженно воскликнул Саша.
   - Я не монстр, я ещё только учусь, - улыбнулась Аня, и достала из своего чемоданчика большую отвёртку.
   С этой отверткой она направилась к голове. Глаза у головы стали такими большими и круглыми, что, казалось, непременно вывалятся.
   Голова попыталась укусить Аню, но девушка ловко от неё увернулась, расправила волосы на затылке робота, повертела там отверткой, и вот сняла крышечку. Внутрь запустила несколько тоненьких проводков, и через специальный прибор тоже подключила их к компьютеру.
   Она пояснила:
   - Теперь я подключилась прямо к его блоку памяти... Та-ак, посмотрим, что у него там записано... ужас... ужас... сплошные отрицательные директивы. Ладно, начинаем изменять их на положительные...
   - Аня, а что ты дома сказала? - спросил Саша.
   - Сказала, что к тебе иду. Сказала, что у тебя робот появился, и его надо перепрограммировать.
   - И... что родители?
   - А они у меня прогрессивные. Сказали, что работа с роботом пойдёт мне на пользу. Ну типа повышения квалификации...
   Саша знал, что папа у Ани академик, а мама... тоже академик!
   - И надолго они отпустили?
   - Как с этой задачей справлюсь, так и вернусь.
   - А если до утра не справишься?
   - Значит, до утра не вернусь.
   - Всем бы таких родителей!
   - Ладно, пока я тут программирую, ты рассказывай.
   Саша вздохнул, прокашлялся, и начал рассказывать. Он рассказал всё, начиная от своих лесных приключений, и до того, как позвонил ей. Даже и путешествие в будущее он очень подробно описал.
   Когда он закончил, было уже далеко за полночь.
   Аня ничему не удивилась, и всему поверила. Она сказала:
   - Очень занимательная история, и я рада, что тоже стала её участницей, - она обратилась к сове. - Так, стало быть, тебя зовут Ипполитой?
   - Да, - ответила сова.
   - Очень приятно познакомиться.
   - Аналогично.
   - Так, ну всё. Готово, - Аня потянулась. - Программирование завершено, можно испытать нашего электронного Сашу.
   Она сама отключила от головы все проводки и приборы, после чего привинтила её к телу. Двойник сказал тихо:
   - Я запрограммирован так, чтобы изображать типичное поведение Саши дома и в школе. Но в том случае, если меня будет проверять Демон, я должен показать себя злыднем...
   - Аня, ты гений! - воскликнул настоящий Саша.
   - Я не гений, я ещё только учусь, - улыбнулась Аня.
   И тут Двойник подал голос:
   - Мои сенсоры слышат голос Демона. Он приближается сюда.
   Саша побледнел, а вот Аня совсем не испугалась. Она сказала:
   - Вот здорово: теперь ещё и с демоном повидаюсь.
   - Надо бы спрятаться, - молвила сова.
   - Под диван, - предложил Саша.
   Саша и Аня кое-как забрались под диван, а сова уселась на полке, прикрыла глаза: она очень натурально изображала чучело.
   - Ну у тебя и пылища под диваном, - вздохнула Аня. - А ещё мешки какие-то. Что в мешках-то?
   - Стихи, - вздохнул Саша.
   - Чьи?
   - Ну, мои.
   - А чего же не говорил, что пишешь?
   - Да они такие... в общем, я стеснялся...
   Но тут раздался громкий хлопок. Саша и Аня замерли.
   Двойник сказал подобострастным голосом:
   - Здравствуйте, о Владыка!
   И лежащие под диваном увидели, как к полу прикоснулись две ноги в чёрных, лакированных башмаках. Раздался голос Демона:
   - Это действительно ты?
   - Да, владыка.
   - Сейчас проверю. Отверну тебе голову. Так что, если ты уже человек: сразу признавайся.
   - Я ваш слуга. Я робот.
   - Так... так... - Демон запыхтел. - Действительно отвертывается. Вот и резьба. Ладно, теперь я вижу, что ты мой робот. А ты ничего подозрительного не заметил?
   - Нет.
   - Стало быть, он где- то в другом месте прячется. Но где? Вот вопрос, - задумчиво произнёс Демон.
   И в это мгновенье пыль попала Саше в нос, и он чихнул.
   - Эй, что там у тебя под диваном? - спросил Демон.
   - Кошка, - ответил двойник.
   - Почему же ты ей до сих пор не сделал ничего плохого?
   - Как же не сделал? - искренне удивился двойник. - Я превратил её в кусок сыра. Скоро её съест крыса.
   - Молодец. А что ещё плохого успел сделать?
   - Да так, мелочи всякие. Перепрограммировал несколько компьютерных серверов в банках. Теперь жди экономического кризиса. Ну, ещё нарушил работу телевидения. Завтра все телевизоры будут одни помехи показывать. И всё посредством этого компьютера.
   - Молодец! - похвалил Демон робота, и так хлопнул его по плечу, что даже стены содрогнулись. - Ладно, ты оставайся здесь, а я полечу ловить этого негодного мальчишку...
   И Демон улетел через окно.
   
   
   
   
   
   Глава 5
   "Бегство"

   
   Саша открыл глаза, увидел перед лицом запылённый мешок со своими стихами, и понял, что он заснул под диваном. И неудивительно: ведь накануне ему пришлось столько пережить, столько бегать!
   А вот Ани поблизости не было. Саша позвал:
   - Аня, ты где?
   - Не кричи. Я здесь, - раздался голос сверху.
   - Где? Я тебя не вижу.
   - Я на диване сижу.
   - Что ты там делаешь?
   - Твои стихи читаю.
   - Ну, и к-к-к-как? - заикаясь от волнения, спросил Саша.
   - Да как сказать...
   - Ясно. Тогда лучше не говори. А где двойник?
   Раздался голос двойника:
   - Я тоже здесь. И я собираюсь в школу.
   - Кстати, я запрограммировала его как отличника, - сказала Аня. - Так что все учителя сегодня будут изумлены.
   - Да, уж... - вздохнул Саша.
   Надо сказать, что успеваемость у Саши была ниже среднего. И это не потому, что он был неспособным мальчиком. Просто он был очень ленивым. Впрочем, он любил самолёты, и всё, что было связано с полётами. В самолётах он очень хорошо разбирался.
   Саша выбрался из-под дивана, и почувствовал себя очень голодным. Двойник прочитал его мысли, и сказал:
   - Сейчас принесу покушать...
   И он принёс с кухни завтрак. Сказал Саше:
   - Вот, пожалуйста, кушай.
   - А ты как же? - спросил Саша.
   Тут вступила Аня:
   - Эх ты. Не голова, а пустой котелок. Ведь он же робот. Знаешь, что будет, если он позавтракает?
   - Закоротит что ли? - смущённо пробормотал Саша.
   - Вот именно! - фыркнула Аня.
   А робот сказал очень вежливым тоном:
   - В меня вставлен элемент питания "Hell-666". Благодаря ему, я получаю энергию прямо из ада. Вы уж извините за откровенность.
   - Да уж ладно, чего там, - вздохнул Саша. - И не к такому привык...
   Он набросился на завтрак, и съел почти всё, когда вспомнил, что Аня совсем ничего не ела. И он обратился к ней:
   - Не желаешь ли покушать?
   - Да ты сам кушай. Тебе поправляться надо, - вздохнула Аня.
   - А-а, ну ладно, - Саша со спокойным сердцем доел завтрак.
   А потом Саша спросил:
   - А, кстати, где Ипполита?
   Тут с другой стороны стекла раздалось постукивание. Аня открыла форточку, и в комнату влетела сова Ипполита.
   Вот что она рассказала:
   - Демон ищет тебя, Саша. Во многих местах он побывал, много сил потратил, но всё тщетно. Очень разъярился он, ибо не думал, что с такими проблемами доведётся ему столкнуться. Он вновь в подземелья московские бросался, хотел Ипполита Игнатьевича схватить, и всю правду из него вытрясти. Но Ипполит Игнатьевич дал ему достойный отпор. И вот теперь бросился Демон в лес к ведьме. У неё есть такое блюдечко колдовское. Если взглянуть в него, так можно увидеть, где нужный тебе человек находится. Так что он может увидеть эту квартиру, Саша. Тогда он поймёт, что его обманули, вернётся, и камня на камне здесь не оставит. Он на такое способен, ты уж поверь мне!
   - Ну что же, тогда я ухожу. А ты, Аня, наверно, в школу пойдёшь?
   - Нет, я с тобой, - ответила девушка.
   - И не страшно? - спросил Саша.
   - Страшно, но этим и интересно. Понимаешь, шанс поучаствовать в таких приключениях только раз в жизни даётся. А многим и вообще ни разу не даётся. Так что, я считаю, глупо было бы такую возможность не использовать.
   - Но ведь это же не аттракцион. Это чревато... - начал было Саша, но Аня его прервала:
   - Знаю, чем это чревато. Ну и что ж из того? Если бы все всегда дома отсиживались, и считали, что кто-то другой за них с нечистью всякой справится, так давно бы уже зло в этом мире победило. И не возражай мне больше, Саша. Я чувствую, что должна помочь тебе. Только подожди, сейчас я родителей предупрежу...
   Аня быстро набрала свой домашний номер:
   - Алло... Да, я у Саши... Видишь ли, у него проблемы с потусторонними силами... Да-да, конечно я постараюсь ему помочь... Да, буду осторожна... Не спускаться в ад? Это уж как получится... Не знаю, когда вернусь, но постараюсь вернуться... Не волнуйтесь... Всё, целую...
   Саша слушал с открытым ртом, а когда Аня повесила трубку, выдохнул:
   - Продолжаю удивляться твоими родителями. Они что всему этому поверили?
   - Да. Они академики, и у них совершенно необычное видение мира, - ответила Аня. - Для них нет ничего удивительного в том, что действительно существует параллельное измерение, откуда пришёл этот демон. Но, в любом случае, они будут за меня очень волноваться. И мне их жалко.
   - Пора уходить, - напомнила Ипполита. - Сейчас я вас оставлю, но скоро вернусь, и мы пойдём в место, назначенное Ипполитом Игнатьевичем.
   После этого сова вылетела в окно.
   Чемоданчик с Аниными приборами был уже собран и закрыт. А вот Саша ещё целых пять минут потратил на сборы.
   Но, к счастью, мама слишком занята была просмотром телевизионной мыльной оперы на кухне, а поэтому не заметила, что её сын раздвоился.
   Саша, его двойник и Аня одновременно выскочили из квартиры, и побежали вниз по лестнице.
   У выхода из подъезда Саша сказал:
   - Пусть первым выходит э-э... уважаемый двойник, ну а мы подождём и последуем за ним.
   Двойник не стал возражать. Он вышел из подъезда. Саша и Аня подождали ещё пять минут, и тоже вышли. Возле подъезда стояли две бабки, и очень энергично обсуждали, сколько какая колбаса стоит, и какая колбаса лучше.
   Одна бабка увидела Сашу, и глаза её округлились. Она воскликнула:
   - Ох, да что же это брат-близнец что ли?!
   - Вы о чём? - спросил Саша.
   Тут вторая бабка забормотала:
   - Ведь только пять минут назад проходил. И вежливый такой! Сказал: "Здравствуйте!". Ведь никогда таким не был. Мы ужо обрадовались: вот, думаем, хороший мальчик. А тут опять ты!
   Саша испугался, что эти бабки расскажут об этом его маме, и он стал оправдываться:
   - Что вы, что вы - нет никакого двойника. Это я здесь проходил и поздоровался с вами. Ну а потом вспомнил, что учебник дома забыл, и вернулся...
   - Нет! - воскликнула первая бабка. - Мы ж тут стояли, мы усё видели. От нашего внимания ничто не ускользнёт, даже и мышка. Не возвращался ты.
   - Не возвращался! - погрозила Саше пальцем вторая бабка. - Ну а, стало быть, не чисто тут. Что-то на колдовство похоже. Чур тебя!
   И первая бабка тоже крикнула:
   - Чур тебя!..
   Здесь Саша рассудил, что разговаривать с этими бабками без толку, махнул на них рукой, и сказал Ане:
   - Ладно, чего уж там. Пошли...
   Но Аня задрала голову, и произнесла негромко:
   - Ой, Саша. Похоже, что он уже вернулся...
   - Что?! Ипполит Игнатьевич?! - радостно воскликнул Саша.
   Но, когда он задрал голову, то понял, что вовсе не Ипполит Игнатьевич пожаловал, а Демон. Чёрная, клубящаяся туча стремительно спускалась к ним к ним с неба.
   Бабки схватились за руки, и прокричали хором:
   - Ой! Шо енто?!..
   А Саша понял, что им уже не убежать. А ещё он понял, что немедленно должен что-нибудь придумать.
   Он сказал Ане:
   - Укройся за лавкой!
   Девушка не стала возражать, она перемахнула через лавочку, которая стояла возле подъезда, и почти полностью скрылась в сугробе.
   Ну а Саша шёл навстречу Демону, и говорил громко:
   - Мой владыка! Случилась беда!..
   Чёрная туча опустилась на землю, и сжалась в фигуру Демона. Он внимательно вглядывался к Саше, который подошёл к нему вплотную.
   - Мой владыка, - повторил Саша. - Этот мальчишка побывал в своей квартире. Он схватил портфель и бросился в школу, я пытался его догнать, но он оказался слишком ловким...
   - А-р-р-р!!! - подобно хищному зверю прорычал Демон. - Я видел это через блюдо Ведьмы: вы действительно бежали по лестнице. Но с ним была ещё какая-то девица. Не знаешь, кто она такая?
   - Нет. Только мельком её видел.
   - Так, сейчас он, наверное, в школе, - пророкотал Демон. - Проклятый мальчишка! Уже надоело за ним гоняться!.. О-о, сейчас я сделаю что-то ужасное!..
   Демон почернел, заклокотал и вновь превратился в тучу. И эта туча устремилась в сторону Сашиной школы.
   Саша обернулся. Его зубы застучали, а колени затряслись. Аня выпрыгнула к нему из-за скамейки. Она обняла его и улыбнулась:
   - Ну ты просто молодец! Как ловко придумал!
   - А знала бы ты, чего мне это стоило, - дрожащим голосом пролепетал Саша. - Ведь он мог меня проверить: голову отвернуть...
   И тут Саша почувствовал, что кто-то накрепко вцепился в его руку. Тоже самое почувствовала и Аня. Они обернулись, и поняли, что - это бабки их держат. Лица у бабок были вытянутыми и тряслись. Но глаза были выпученными и злыми.
   - У-у, сотонисты! - взвизгнула одна бабка.
   - Диаволопоклонники! - пропищала вторая.
   - Сейчас в милицию вас отведём! - бормотала первая.
   - Уж там то вас приговорят! И сожжут! - орала вторая.
   Саша пытался высвободиться, но хватка у бабок оказалась мертвенная. Аня говорила:
   - Вы поймите, сейчас не средние века. На костре за связь с дьяволом не сжигают.
   - А вас сожгут!!! - торжествовали бабки.
   - Нам некогда с вами спорить, он может вернуться, - сопел Саша.
   Глаза бабок налились хищным огнём. Они рокотали:
   - Ужо когда вас к стеночке прэпрут да косточки поломають, да поджарють, вот тогдэ во всём сознаитесь! А нам премья будет!
   Тут Аня кивнула на ледяную полосу, которая начиналась в нескольких шагах от подъезда. Молвила:
   - Туда тяни!
   И вот мальчик и девушка совместными усилиями потянули бабок на лёд. Те покатились, не удержались, и с превеликим грохотом повалились.
   Саша и Аня бросились бежать. Вскоре к ним присоединилась Ипполита. Сова сказала:
   - Следуйте за мной!
   И полетела перед Сашей и Аней, которые бежали из всех сил, так как им вовсе не хотелось ещё раз встретиться с Демоном.
   
   * * *
   
   В тот день, в одной из средних московских школ случилось чрезвычайное происшествие. Вообще-то единственное, чем отличалась эта школа от иных школ, было то, что в ней учились главные герои этого повествования: Саша и Аня.
   В тот день отличница Аня не пришла, что было удивительно, так как она никогда не прогуливала, и никогда не болела. Классная руководительница позвонила Ане домой, и услышала от её мамы, что Аня борется с потусторонними силами. Зная, что Анина мама - академик, классная сделала вывод, что за этой хитрой формулировкой кроется тот простой факт, что девочка всё-таки заболела.
   Первый урок вела как раз классная. Это был английский. Классная вызвала Сашу, и едва-едва подавила зевоту. Ведь она знала, что ничего путёвого от него не услышит, и поставит ему либо двойку, либо, в лучшем случае - тройку. Но Саша её изумил. Домашнее задание он ответил просто безупречно, да с таким истинно английским произношением, что "училка", открыла рот, и держала его открытым до тех пор, пока Саша не закончил рассказывать. Также изумлены были и ученики. Слышались их восторженные или же завистливые голоса:
   - Ну ты даёшь... Санёк - монстр... Да он всё прочитал!... Зазубрил... Как так можно!..
   - Пять с плюсом, - растерянно проворковала классная.
   И в это мгновенье кто- то настойчиво постучал в дверь.
   - Да, да, войдите... - произнесла классная.
   Вошёл высокий, широкоплечий мужчина в чёрном плаще. Кожа у незнакомца была ярко-красной.
   - Простите, вы кто? - спросила учительница.
   - Демон, - ответил незнакомец.
   - У-у-ух ты! - прокатилось по классу.
   - А вам кого? - пролепетала учительница.
   - Вот его! - и демон ткнул пальцем в Сашу.
   И Саша заговорил:
   - Вы ошиблись, владыка! Я не настоящий Саша...
   - Отдавай амулет, паршивец! - взвыл демон.
   - У меня нет никакого амулета, потому что я...
   - А вот сейчас проверим: голову тебе отверну.
   С этим восклицанием демон действительно стал отворачивать Саше голову. И тут все увидели, что Сашина голова крепиться к туловищу посредством резьбы. А самые внимательные заметили, что внутри были микросхемы, платы, проводки и даже вентиляторы для охлаждения.
   Девочки тоненько запищали и грохнулись в обморок. Училка громко вскрикнула, привстала и... тоже грохнулась в обморок. Мальчишки сидели, вытаращив на это чудо глаза, и бормотали:
   - А Санек то наш - роботом был... фантастика... пришельцы...
   Демон отшвырнул Сашину голову в угол, и прорычал:
   - Обманули! Ар-р-р!!! Вы будете умирать долго и мучительно!
   Ученики сжались, задрожали. Демон метнул на них испепеляющий взгляд, зарокотал:
   - Да не вы! Хотя и вами бы я тоже занялся, да некогда! Дела! А вы - спите! Забудьте всё, что видели!
   Демон дыхнул на них, и все, кто были в классе захрапели. Затем Демон выскочил в коридор. Вскоре его шаги замолкли в отдалении...
   Безголовый Саша прошёл в угол, поднял оттуда голову, ввинтил её в туловище, а затем вышел из класса.
   Ещё через пару минут все ученики, и их учительница разом очнулись. Они ничего не помнили. Учительница схватилась за голову, и прошептала:
   - Здесь была Александр N, или нет?
   Сидевшая за первой партой отличница произнесла испуганным голосом:
   - Нет, что вы. Его сегодня с утра не было.
   - Так почему же я ему пять с плюсом поставила? - изумилась учительница.
   - Не знаем, - шёпотом ответили ученики и многозначительно переглянулись.
   После этого урок был продолжен...
   
   
   
   
   Глава 6
   "Подземное Царство"

   
   Саша и Аня выбежали на безлюдную улицу, и там сова Ипполита сказала им:
   - Сейчас бегите к вокзалу... на второй остановке выходите.
   Саша воскликнул:
   - Но ведь там тот самый лес, где я с ведьмой встретился!
   - А вы на небо посмотрите, - посоветовала Ипполита.
   Небо было ясным, сияло солнечным светом. А вообще, как и полагается в такой ясный зимний день, было очень холодно.
   Сова сказала:
   - Из-за этого света ведьма в своей норе спряталась, и до вечера не выйдет. Но вы поторопитесь. Ведь демон хоть и не любит солнечный свет, может под ним и летать и бегать... Скорее - в метро, и к вокзалу. Демон где-то близко. Я его чувствую, и попытаюсь отвлечь.
   Ипполита взмыла в небо, а Саша и Аня бросились к метро.
   
   * * *
   
   Пересели на пригородную электричку и до нужной им станции доехали без приключений. На платформу вышли, настороженно озираясь, так как ожидали, что опять может наброситься демон...
   И вдруг Аня схватила Сашу за руку, и воскликнула:
   - Ой, смотри! Идёт!
   Саша инстинктивно загородил хрупкую девушку, но тут же вскричал радостно:
   - Ипполит Игнатьевич!
   К ним приближался колдун Ипполит Игнатьевич. Напомню, что внешность у него была весьма специфической. И горб, и загибающийся башмачком подбородок, и рубин вместо глаза.
   Саша бросился к чародею, крепко пожал ему руку, и рассмеялся громко.
   - Аня, Аня! - кричал он на всю платформу. - Это друг! Он нам поможет ведьму победить! Ну что - узнали про амулет?!
   - Ти-ише! - зашипел на него маг.
   Мальчик ойкнул, и больше ничего не кричал. Тем не менее, из-под платформы выглянула облезлая собака. Собака эта обнажила острейшие клыки, зарычала, и вдруг бросилась к лесу. Причём бежала она с такой скоростью, что совершенно немыслимо было за ней угнаться.
   Чародей вздохнул:
   - Ну вот, теперь о нас узнает вся нечистая сила. И всё из-за твоей несдержанности!
   Саша пролепетал:
   - Но ведь у ведьмы есть волшебное блюдо, через которое она и так за нами может наблюдать.
   - Действительно, есть такое блюдо, - согласился Ипполит Игнатьевич. - Через него она может следить за вами, но не за мной. Ведь я волшебник, и могу защититься от этих чар. Также я создал ауру незримости в радиусе десяти метров...
   - Извините, - поник плечами Саша.
   - Ладно, не стоит переживать насчёт того, чего уже нельзя исправить, - рассудил волшебник.
   - А зачем вы нас позвали в это эм-м-м... весьма неприятное место? Это как-то связано с моим амулетом, да? - вежливо спросил Саша.
   - Это очень хорошее место, - поправил его кудесник. - Только ведьма отравляет его своим присутствием. И это действительно связано с амулетом. Но не задавай лишних вопросов. Пойдём скорее. Скоро вы всё узнаете...
   А они и так с самого начала этого разговора шли от платформы к лесу. Причём шли очень быстро.
   Через несколько минут Ипполит Игнатьевич, Саша и Аня ступили в лес.
   Остановились возле древнего дуба. Ствол был таким толстым, что даже если бы они втроём взялись за руки, так не смогли бы его обнять. Огромные, раскидистые ветви высились над ними древесным замком.
   - А теперь доставай амулет, - сказал чародей.
   Мальчик достал этот чудесный, сияющий солнечным светом предмет, и протянул его волшебнику.
   Ипполит Игнатьевич осторожно подхватил амулет, и дотронулся им до коры дуба. И тут же кора зашевелился. А расположенное прямо напротив ребят дупло начало сжиматься и разжиматься, словно рот.
   И изо рта раздался голос. Причём этот голос был настолько низким, что даже в ушах гудело.
   - Кто посмел потревожить мой сон вековечный? - спросил дуб.
   - Я... - пробормотал Саша.
   - Оставь меня в покое, а иначе я тебя раздавлю, - угрожающе пророкотал дуб, и оглушительно зевнул.
   Тогда Ипполит Игнатьевич спросил:
   - Ну, а меня ты узнаёшь?
   На целую минуту воцарилось молчание. Затем дуб произнёс:
   - Как же, как же. Старый знакомый. Целый век не виделись.
   - А если быть точным, то сто тридцать шесть лет, - вымолвил чародей.
   - Очень приятно встретиться... - прогудел дуб, и тут же ещё раз зевнул, и с трудом выговорил. - Но спать ещё приятнее...
   Кудесник сказал:
   - Ведь не из простого любопытства потревожили мы твой сон. Ведьма угрожает этому лесу. Неужели ты ничего не чувствуешь?
   И дуб ответил:
   - Что-то чувствую. Также и иные деревья чувствуют. Но это почти совсем нас не касается...
   - Но ведь прежде, в далёкие века, вы, деревья, были иными, - молвил Ипполит Игнатьевич. - Вы разговаривали...
   - И сейчас мы время от времени разговариваем. Стоит только прислушаться к шелесту в кронах.
   - Но вы разговариваете только между собой, а не с людьми, как было прежде.
   - Люди сами виноваты, - зевнул дуб. - Они слишком отдалились от природного естества.
   - Люди - не деревья, - назидательно сказал кудесник. - Конечно, они во многом виноваты, но почему бы вам ни простить их? Почему бы ни помогать добрыми советами, даже сейчас?
   - Почему-почему, - заворчал дуб. - Дремать куда приятнее. Но даже и в нашем сонном шелесте люди могут услышать много мудрого.
   - Ладно, оставим эту тему, - молвил Ипполит Игнатьевич.
   При этом лицо колдуна стало очень печальным, и в тоже время - просветлённым. По-видимому, он вспоминал какие-то далёкие, романтические времена.
   Он смахнул набежавшую слезу, и сказал:
   - Ведь мы по важному делу пришли к тебе. Пропусти нас в подземное царство.
   - Что? - изумился дуб. - Ты сказал "вас"?.. Послушай, тебя я ещё могу взять, потому что ты не человек. Но ведь эти двое: человеческие детёныши!..
   И тут зазвенел, загудел ледяной ветер. Понеслась густая метель. Разом стало темно, и так холодно, что и Саша и Аня застучали зубами. Снежные вихри закрыли свет солнца.
   И тогда Ипполит Игнатьевич произнёс:
   - Это ведьма. У неё даже больше сил, чем я думал. Она загородила ненавистное ей солнце, и теперь носится по лесу, ищет нас. У неё особый нюх, и она быстро нас найдёт. О дуб, помоги же нам!
   - Тебя возьму, детей - нет, - упрямился дуб.
   - Тогда они погибнут! - воскликнул чародей.
   - А что мне с того?
   - Нет. Это не правда. У тебя ведь вовсе не злое сердце, - увещевал его маг.
   - Точно - не злое. Просто безразличное. Особенно к людям.
   Неистовые завывания ветра усиливались. И уже слышался в этом вое голос ведьмы.
   Аня схватила Сашу за руку, прижалась к нему.
   - Спаси этих детей! - воскликнул Ипполит Игнатьевич. - Ведь они ни в чём не виноваты! Спаси их! Именем этого амулета - заклинаю!..
   - Ну, раз такое дело... - проворчал дуб. - Только учтите: владыки подземного мира скорее всего не выпустят этого мальчишку, и эту девчонку обратно...
   Где-то поблизости затрещали ветви. Нечто чёрное и массивное метнулось в снежной круговерти.
   - Ладно... закройте глаза... - потребовал дуб.
   Все трое закрыли глаза.
   Но Саша всё-таки подглядывал. И он видел, как дупло-рот раскрылось ещё шире, и вдруг втянуло их внутрь. Они полетели вниз по деревянному туннелю.
   А сверху раздались неистовые удары. Саша раскрыл глаза и воскликнул:
   - Это ведьма до дуба добралась! Что она с ним сделает?
   - Не сломает, - ответил Ипполит Игнатьевич. - Сил у неё, конечно, много, но с этим дубом она не справится. Ведь он - давний страж ворот Царствия Подземного.
   - Что-то я об этом царствии слышала, - молвила Аня.
   - В книге сказок, наверно, читала, - сказал волшебник. - Также это царство царством мёртвых называют.
   
   * * *
   
   И вот деревянный туннель, по которому они падали, закончился.
   Ипполит Игнатьевич, Саша и Аня приземлились. Причём, несмотря на то, что падали они очень быстро, посадка оказалась мягкой.
   Они огляделись. В нескольких метрах над их головами сиял древесным светом проход, из которого они только что выпали. Впрочем, каменные створки быстро закрыли этот проход, так что и освещение заметно ухудшилось.
   И всё же можно было разглядеть, что они стоят на полу, выложенном из массивных каменных плит. От древности многие плиты растрескались. Стены тоже были покрыты камнями. На одной стене висел молот, приподнять который смог бы только сказочный великан.
   А рядом с этой стеной темнели массивнейшие врата. Причём врата были закрытыми. Из створок выступали медные головы драконов.
   Ипполит Игнатьевич подошёл к вратам, приложил к ним амулет... Ничего не произошло.
   - Ах, ты, досада какая! - воскликнул чародей, и несколько раз провернул рубин, который был вставлен в его глазницу.
   - Что-то не так? - спросил Саша.
   - Когда я здесь в последний раз был, ворота были открытыми, - ответил чародей.
   - А когда вы здесь в последний раз были? - любопытствовал мальчик.
   - Сто тридцать шесть лет тому назад, - вымолвил маг.
   - О-о, да за такой срок их тысячу раз могли открыть и тысячу раз закрыть.
   - Нет, ты не прав, - задумчиво покачал головой кудесник. - Это у людей всё в спешке: каждый день открывается и закрывается. А здесь, в подземном царстве, всё неизменно. И, если ты что-то здесь увидел, то можешь быть уверен, что это останется точно таким же и через сто и через двести лет. Но ворота закрыты. Из этого можно сделать вывод, что случилось нечто чрезвычайное.
   - Но ведь можно что-нибудь придумать? - спросил Саша.
   - Да, - кивнул колдун. - Есть заклятие, которое откроет эти врата. Но это сложное заклятие, и я его очень давно не произносил. Могу ошибиться...
   - Если ошибитесь, так ещё раз прочтёте! - попытался ободрить его мальчик.
   - Нет, уже не прочту, Саша. Только одна попытка даётся. Видишь ли ты головы драконов медных, кои из двери выступают?
   - Ну, вижу...
   - Так вот. В том случае, если я хоть одним звуком волшебным ошибусь, так они пламень выдохнут, и. Впрочем, взгляни вон в тот угол, и ты увидишь, что с нами будет...
   Саша посмотрел, в ту сторону, куда указывал Ипполит Игнатьевич, и невольно вздрогнул, и ойкнул. Там сидели, стояли или же лежали почерневшие остовы. На некоторых из них была броня, но броня эта не спасла её обладателей от страшного драконьего пламени.
   Волшебник говорил:
   - В давние годы находились смельчаки, которые, наслышавшись о богатствах подземного царства, спускались сюда. Но никто не возвращался...
   Маг говорил наставительную речь, Саша глазел на остовы, а про Аню они совсем забыли. А потом услышали скрежет, обернулись к вратам, да тут и ахнули.
   Оказывается, Аня раскрыла чемоданчик со своими инструментами, достала чрезвычайно тонкую отвёртку и теперь отвинчивала одну из драконьих голов.
   - Назад! - закричал Ипполит Игнатьевич.
   - Не мешайте мне... - сосредоточенно проговорила девушка.
   Из головы дракона повалил синий дым.
   - Сейчас сгоришь! - закричал чародей.
   - Прошу, не мешайте мне!
   Тут девушка быстро достала из чемоданчика маленький прямоугольный приборчик, вытянула из него два проводка, и подсоединила их к драконьей голове. Затем она пощёлкала какими-то кнопочками, и дым прекратился.
   - Ты настоящая волшебница! - воскликнул Ипполит Игнатьевич.
   Ещё через пару минут Аня полностью отвернула драконью голову, и она с превеликим грохотом рухнула на пол.
   Теперь на месте головы во вратах чернела округлая дыра. Девушка достала из чемоданчика фонарик, посветила в дыру, и вздохнула:
   - Да-а-а, механизм не сложный, но старый, заржавелый. Придётся повозиться, чтобы завести его...
   Затем она выбрала из чемоданчика ещё несколько приборов, и сказала Саше:
   - А ну-ка, подержи меня за ноги...
   Итак, она пролезла в дыру, а Саша держал её за ноги. Он приговаривал:
   - Ты осторожней там. Огнеопасно всё- таки...
   Аня ничего не отвечала, но только сосредоточенно пыхтела. Несколько раз из проёма вылетали ржавые винты. Последний из этих винтов ударил Сашу по лбу, он дёрнулся назад, и вытянул из проёма также и Аню.
   Одновременно с этим механизм во вратах заскрежетал, загудел, и сами врата начали раскрываться. Оставшаяся драконья голова усиленно шипела, пыталась огнём дыхнуть.
   Аня поднялась, вытерла платком закопчённое лицо, и сказала:
   - Не бойтесь. Я доступ горючего газа перекрыла, так что теперь эта голова только шипеть и может...
   Наконец, когда врата раскрылись достаточно широко, чтобы можно было пройти, Ипполит Игнатьевич изрёк торжественно:
   - Добро пожаловать в подземное царство.
   
   * * *
   
   Сразу же за воротами начиналась огромная зала. Высеченные из гранита округлые колонны вздымались на десятки метров вверх.
   А под сводами нависали источающие малахитовый свет сталагмиты. Возле стен стояли каменные изваяния всевозможных чудовищ. А между чудищами располагались сундуки. Каждый сундук был открыт, и над каждым возвышалась либо гора золотых монет, либо гора драгоценных камней.
   Саша подумал, что, если взять хоть бы одну горсть крупных брильянтов, так можно долгие годы жить припеваючи. Он
    представил самый современный компьютер, гору мороженого, поездку на далёкие, сказочно-солнечные острова...
   Саша незаметно отстал от Ипполита Игнатьевича и Ани, затем метнулся к сундуку, над которым возвышались дивно сияющие брильянты.
   - Нет! Остановись! - страшным голосом прокричал Ипполит Игнатьевич, но было уже поздно.
   Саша уже схватил брильянты, и запихнул их в карман.
   И тут сидевшее рядом с сундуком рогатое страшилище зашевелилось. Оно уставилось на Сашу недобрыми красноватыми глазищами. Затем, вытянуло к нему когтистую лапу.
   Мальчик едва успел отскочить назад.
   Чудище распрямило выточенные из камня мускулы, стряхнуло набравшуюся за века пыль, и тоже прыгнуло. Саша едва-едва успел укрыться за колонной.
   Ипполит Игнатьевич протянул к ожившему истукану руки, и прочёл заклятье. Чудище не обратило на него совершенно никакого внимания. Зато оно вновь метнулось на колонну, за которой укрылся Саша. Колонна покрылась трещинами, переломилась, и всей своей многотонной массой рухнула на страхолюдину.
   От падения колонны поднялось очень много пыли. Видимость сократилась на трёх метров. Аня бросилась туда, где в последний раз видела Сашу, закричала:
   - Саша!.. Саша!..
   И тут из клубов пыли вышел грязный, растрёпанный, но живой и улыбающийся Саша. Он сказал:
   - Надо же какой тупой страж!..
   И тут из пыли донёсся угрожающий рык.
   И тогда Ипполит Игнатьевич сказал:
   - С этим стражем ты так просто не управишься. Он хоть и тупой, но непобедимый. Так что положи-ка на место то, что без спросу взял...
   Тут все увидели уродливую тень, которая приближалась к ним. Саша бросился к сундуку, и положил на место брильянты. Тогда страж спокойно прошёл на своё место, уселся там, прикрыл глаза, и превратился в каменную статую.
   Аня, Саша и Ипполит Игнатьевич шли дальше.
   Саша сказал:
   - Надо же, какие мерзкие твари!
   - Не говори так, - шикнул на него Ипполит Игнатьевич.
   - А что я, собственно говоря, сделал? - насупился Саша. - Ну, хотел взять несколько камешков драгоценных. Их вон здесь сколько. Лежат, никому ненужные.
   - Не ты их добыл, не твои они, а поэтому не суди, для чего они нужны, - посоветовал чародей. - Я бы сказал, что поступок твой гораздо более мерзкий, чем страж сей. Это воровство.
   - Ну да! Как же - воровство! - обиженно засопел Саша.
   - А как же ещё называется, когда ты без спросу берёшь то, что тебе не принадлежит? И тут дело не в количестве. Пусть ты даже немножечко взял, всё равно - это воровство.
   - Нет! Нет! - Саша так обиделся, что на глазах его даже слёзы выступили.
   - Ну а как же это можно назвать? - суровым, но спокойным голосом вопрошал Ипполит Игнатьевич. - Быть может, половинным воровством? Нет, - это всё отговорки для успокоения совести. Но не бывает половинной подлости, половинного предательства; равно не бывает половинной преданности, половинного благородства и половинной чести. Этого либо нет, либо есть, серединного не дано. Некоторые обманывают себя, чтобы совесть успокоить. Вот и ты совершил преступление подлое и мерзкое. Это то же самое, как если бы ты вошёл в магазин огромный, товарами заполненный. Подумал бы: их здесь так много, возьму-ка себе немного. Но не удалось, страж тебя поймал. И туп не страж, а ты...
   - Ну, уж... ну уж... - Саша вытирал всё новые и новые слёзы.
   - Да, туп. Почему ты думал, что драгоценности украденные счастье принесут? Отродясь такого не было. Если кто-то честным трудом богатство себе заработал, так счастлив с этим будет. Но, коли украдено, так никакого счастья. Всё равно, с умом потратить не сможет...
   Саша уже давно понимал, что Ипполит Игнатьевич правильно говорит. И ему очень хотелось, чтобы земля разверзлась и поглотила его. Так ему было стыдно. И особенно он стыдился Ани. Теперь он в её сторону даже и взглянуть не решался. И она молчала.
   Наконец Саша произнёс с большим, искренним чувством:
   - Простите! Простите меня, пожалуйста!.. Я клянусь, что никогда больше такого не повторится.
   - Что же, мне кажется, ты достаточно наказан, - ответил Ипполит Игнатьевич. - И покаялся искренне. А теперь - тихо. Мы входим в залу спящих...
   Сквозь раскрытые врата прошли они в залу, которая была ещё больше первой. И, как только они в неё вошли, полное безмолвие окружило их. Зала была затемненной, но всё же, если приглядеться, то можно было увидеть, что возле стен высятся массивные каменные гробы.
   И Саша спросил так тихо, как только мог:
   - Кто здесь покоится?
   И Ипполит Игнатьевич тоже очень тихо прошептал:
   - Те, кто верил в богов подземного царства. Те, кто поклонялся их. Те, кто стремился заснуть здесь. И вот они здесь, спят уже больше тысячи лет. Не будем тревожить их сон. Это бесстрашные, но суровые и безжалостные люди. Вряд ли ты поймёшь их, вряд ли они поймут тебя. Так что - тише...
   Они всё шли и шли, а эта зала всё никак не кончалась. Ничто не шевелилось, не было никаких звуков, и всё же все чувствовали, что за ними следят. И от этих взглядов дрожь пробирала.
   Но всему приходит окончание, вот и эта зала осталась за их спинами.
   Двери следующей залы были закрыты, но, когда гости подошли к ним, то засияли они холодным синим светом, и бесшумно раскрылись.
   Вошли они в третью залу. Была она не такой большой, как прежние, но по убранству превосходила все их. Достаточно сказать, что стены и колоны были выточены из чистого золота.
   В центре залы возвышался трон созданный из единого брильянта. На троне этом сидели два истукана. Были они созданы из чёрного металла. Причём чернота эта была настолько чёрной, что даже обжигала глаза. Если бы такой металл попал в руки учёных, то они оценили бы его в тысячи раз более дорогим, чем платина.
   Это были владыки подземного царства: муж и жена. И они спали. Храп их был настолько низким, что человеческие уши его практически не улавливали. Зато пол и стены мелко тряслись, дребезжали.
   При каждом выдохе из недр владык вырывались синие облачка. Вообще же в этой зале было очень холодно.
   Ипполит Игнатьевич подошёл к основанию трона, и прокричал:
   - Здравствуйте! Мы в гости к вам пожаловали!..
   Владыки продолжали храпеть.
   Тогда Аня раскрыла свой чемоданчик.
   - Только не вздумай их разбирать, - предупредил её колдун.
   - Не волнуйтесь, не стану, - ответила девушка.
   Она достала из особого отдела несколько малюсеньких баночек, и смешала их содержимое в пробирке. Полученный раствор отчаянно зашипел, загудел, запузырился.
   Девушка взобралась по телу истукана к его рту, и плеснула туда половину пробирки. Затем перескочила на второго владыку и вылила в его рот то, что оставалось в пробирке.
   И вот она уже опять внизу, рядом с Ипполитом Игнатьевичем и Сашей. Она потирала руки, и приговаривала:
   - У-ух, ну и холодное же у них дыхание. Ещё бы немного там побыла и точно в ледышку превратилась бы.
   - А что ты с ними сделала? - спросил Саша.
   - Так это особый химический раствор для разогрева. Вот сейчас они отогреются и проснуться...
   Из ушей, из ноздрей и из ртов великанов повалил густой жёлтый дым.
   - Вот и начинается, - сказала Аня.
   Дым сгущался, валил сильнее и быстрее, вот уже и языки пламени начали проскальзывать в нём. Вдруг истуканы раскрыли глаза. И глаза оказались ещё более чёрными, чем тела их.
   И они спросили голосами достаточно громкими для того, чтобы загудело в ушах, но не достаточными для того, чтобы окончательно оглохнуть:
   - Зачем пришли?
   Ипполит Игнатьевич знал, что владыки подземного царства не любят лишних слов. Поэтому он сразу перешёл к делу.
   Он протянул к ним амулет, и сказал:
   - В колдовской книге сказано, что вы можете рассказать про этот амулет.
   - Кинь его мне! - пророкотал владыка.
   Колдун бросил амулет, и тот оказался в чёрной ладони. Тот сказал:
   - Да, я знаю, что это такое. В нём - сила леса. В нём - колдовство давних лет. Он может многое. Вот одна из возможностей: оденьте его на шею статуи, и статуя оживёт, и служить вам будет до тех пор, пока не снимете. А ежели к ране его приложите, так затянется рана. Но ведьма выпьет силу в нём заключённую, так лес зачахнет. Коли в колдовском огне сжечь его, а пепел в воздухе развеять, так воздух испортится, и многие люди, вдохнув его, хворью сердечной поражены будут и умрут вскоре.
   - Вот какая, это, оказывается, опасная вещь, - молвил Саша.
   Истуканы продолжали:
   - Но той силы светлой, которая в этом амулете заключена, достаточно для того, чтобы преследователей ваших навеки изничтожить, и лес от разрушения уберечь.
   - Так как же?! - воскликнул нетерпеливый Саша.
   Владыка ответил:
   - На наковальне Солнца молотом богатырским его разбейте. Амулет в тесто золотое растечётся. Из теста копьё вылепите. Копьё в сердце демона метните, а можете и в сердце ведьмы. Всё одно: они меж собой силой нерушимой, силой адской связаны. Не могут друг без друга жить. Как один погибнет, так и второй вместе с ним в ад падёт.
   - А как же нам эту наковальню найти? - спросил Саша.
   - В самом сердце Москвы она находится, - ответила супруга истукана. - Взойдите на место Лобное. Увидите в центре его углубление. И в углубление это вы несколько капель крови пролейте. Затем возьмитесь за руки, поднимите головы к небу, да вскричите громко: "Славься жизнь!". После этого под ногами вашими потайной ход откроется. И уж по ходу этому без труда вы до наковальни Солнца доберётесь.
   - Понятно, - сказал Саша. - Что же, мы пошли. Отдавайте, наш амулет.
   Истукан нахмурил брови, а в глазищах его завращались яростные, чернейшие вихри. Он пророкотал:
   - Вообще-то, вас никто отсюда не выпускал. И до сего дня никто из вошедших сюда людей не выходил обратно.
   Тут его супруга вымолвила голосом более мягким:
   - Всё же надо учесть, что привели их сюда чрезвычайные обстоятельства.
   - В таком случае, мы должны посовещаться, - произнёс истукан.
   - И как долго вы будете совещаться? - спросил Саша.
   - Не твоё дело! - отгрызнулся владыка.
   Но его супруга снизошла до ответа:
   - Обычно наши совещания продолжаются от трёх недель, до трех лет. В зависимости от важности дела. Но я боюсь, что теперь у нас нет и трёх минут.
   - Что такое говоришь? - изумился истукан.
   - Дело в том, что я чувствую: что-то приближается сюда. Ты уж доверься моим чувствам. Так что нельзя больше задерживать наших гостей. Только я сделаю им небольшой подарок...
   Владычица взмахнула чёрной своей рукой, и тут раскрылся один из многих сундуков, которые стояли вдоль стен. Из сундука этого змеей поднялась золотистая цепочка. Затем цепочка эта пролетела к руке истуканша.
   - Дай-ка мне амулет, - попросила она у своего супруга.
   - Нет, ну это уже ни в какие рамки не лезет, - отозвался он, но все же протянул амулет.
   Супруга прицепила золотистую цепь к амулету, и пояснила:
   - Теперь вы можете вешать амулет на шеи любых статуй, которые попадутся на вашем пути. Статуи будут служить вам. Цепочка имеет свойство растягиваться, так что поместиться даже на самой широкой шее. А как только вы снимете амулет, так статуя перенесётся на то место, от которого началось её путешествие.
   Она перекинула амулет к Саше. Мальчик надел его на шею, и почувствовал приятнейшее тепло, которое сердце его согрело.
   Владычица сказала:
   - А теперь, внимание!
   И тут же раздался треск. По сводам залы разбежались трещины, посыпались оттуда камни. Один камень больно ударил по плечу Сашу.
   - Что это?! - воскликнул мальчик.
   И тогда владыка поднял чернейшие свои очи к потолку, и пророкотал:
   - То, что преследовало вас, добралось досюда! Бегите же скорее, пока я не испепелил вас за то, что растревожили наш покой!..
   Потолок продолжал крошиться. Теперь уже целые каменные глыбы срывались оттуда. Одна из таких глыб упала на затылок истукана, но не причинила ему никакого вреда.
   Вслед за камнями посыпалась земля, а из земли вырвалось нечто среднее между корнями и змеями. Эта отвратительная масса колыхалась, извивалась, и расползалась по изувеченному потолку в сторону.
   И тогда Ипполит Игнатьевич, Аня и Саша бросились из залы.
   Но всё же Саша оглянулся и увидел, как великаны воздели к потолку свои ручищи. С их пальцев срывались молнии, и испепеляли змеи-корни. Раздавались яростные, демонические вопли. Сожжённые конечности падали на землю, но тут же на их месте появлялись новые.
   И, наконец, так много стало этой гадости, что истуканы уже не могли с ней справиться. Тогда змеи-корни устремились за беглецами.
   А ребята и Ипполит Игнатьевич бежали по зале усопших. Потревоженные шумом, вставали из своих гробов древние, суровые воители. Пустыми были их глазницы, но всё же видели они лучше любого зрячего.
   Они вставали перед змеями-корнями, и рубили их мечами, кололи копьями, давили своей железной обувью. Змеи-корни обвивались вокруг их рук и ног, отрывали их и раздавливали. Но тут же появлялись новые конечности, новые мечи и новые копья.
   На несколько мгновений наступление змей-корней захлебнулось, но вот поползли они по потолку, и там уже не могли их достать мёртвые...
   Ипполит Игнатьевич, Аня и Саша бежали уже через залу наполненную сокровищами. Здесь Саша предложил:
   - Быть может, надеть этот амулет на шею одного из этих охранников, а? Оживёт и нам послужит?
   - Нет. Это не поможет, - ответил Ипполит Игнатьевич.
   Сзади раздался рокот-грохот, они обернулись, и увидели, что целый поток змей-корней врывается вслед за ними в эту залу. Эта мерзкая, колышущаяся масса приближалось слишком быстро, так что, казалось, нет никакой возможности убежать от неё.
   И тогда сказал чародей:
   - Бегите к выходу! Там, под туннелем взмахните вот этим платком, и туннель откроется.
   Он протянул Ане чёрный платок, на котором яркими серебринками сияли звёзды.
   - А как же вы? - спросила девушка.
   - А я врага задержу! Скорее бегите и ни в коем случае не оглядывайтесь!
   Тогда Аня и Саша взялись за руки, и из всех сил бросились к выходу из этой залы. Сзади раздался грохот, яростное шипенье, стены содрогнулись; затем неистовый вопль сотряс воздух.
   Всё же у самых ворот они оглянулись. И увидели они, что Ипполит Игнатьевич воздел к потолку руки, и колыхавшаяся там масса бросилась на него. Она пыталась разорвать чародея, но не так то легко это было осуществить. Ипполит Игнатьевич выкрикивал заклятья и изо рта его и из глаз, и с кончиков пальцев и даже из ушей сыпались молнии.
   Змеи-корни собрались в единую массу. Это было нечто среднее между щупальцем и рукой великана. Эта масса подняла Ипполита Игнатьевича в воздух, стала метать его из стороны в сторону.
   Но он продолжал читать заклятья, и тем самым удерживал чудовище. Но он уже устал, пот катился по его лицу, прерывисто поблёскивал заменявший глаз рубин.
   И вот он вывернулся к Саше и Ане и закричал:
   - Что же вы стоите?! Бегите скорее! Я приказываю!
   Ребята бросились из залы. Видя, что добыча уходит, враг совершил самый неистовый рывок. Змеи-корни обратились в чёрную всёпоглощающую волну цунами.
   Но и кудесник выкрикнул наиболее сильное из имевшихся в его запасе заклятий. Шаровидная молния вырвалась из его груди и врезалась в потолок.
   Потолок рухнул. Тонны камня и земли погребли под собой и Ипполита Игнатьевича и врага.
   Аня и Саша уже стояли под закрытым люком. Аня, глотая слёзы (так ей было жалко Ипполита Игнатьевича), взмахнула волшебным платком.
   И тут же люк над их головами начал раскрываться. И уже виден был древесный, ведущий к земной поверхности туннель.
   Саша проговорил очень мрачно:
   - Никогда ещё не терял друга. Даже и не знал, что это так тяжело! Аня, Аня, как ты думаешь: может так оказаться, что он жив!
   Девушка ответила:
   - Мне бы очень хотелось. Человек бы там не выжил, но ведь он не человек. Он пожертвовал своей жизнью ради нас... Ой, смотри!
   Аня испуганно схватила Сашу за руку.
   Проход в залу был завален каменными глыбами. Но вот эти глыбы зашевелились, и из-под них заструились к ребятам изрядно помятые, но всё равно живые змеи-корни.
   Аня покрепче схватила Сашу, и ещё раз махнула рукой. И тут же незримая сила подхватила их и с огромнейшей скоростью понесла вверх по туннелю.
   Снизу ещё донёсся приглушённый яростный вопль, но тут же смолк в отдалении. Ещё целую минуту неслись они по деревянному туннелю.
   Кстати, Аня не расставалась со своим чемоданчиком. Она прицепила его к боку, и он совсем ей не мешался...
   Но вот их движение замедлилось. И они вылетели из дупла того самого дуба, от которого началось их путешествие в Подземное Царство.
   Этот дуб остался невредимым. Древнее заклятье защитило его. А вот соседним деревьям повезло меньше. Некоторые из них были вырваны с корнем, некоторые переломаны в середине. А некоторые и вовсе раздроблены, и только щепки от них остались. Снег был разворошен, смешен с комьями мёрзлой земли. В общем, зрелище было мрачнейшее: напоминало последствия интенсивной бомбардировки.
   Как только Аня и Саша упали на грязный снег, дуб громко зевнул, и вымолвил лениво:
   - Странно, что выпустили вас из царства подземного... ну, выпустили, так выпустили. Видите, какой из-за вас беспорядок?.. Ладно, идите отсюда. И знайте...
   Тут дуб издал ещё один затяжной зевок, и уже отбежав на значительное расстояние от него, ребята услышали окончание этой фразы:
   - И больше, не тревожьте мой сон. А иначе, в следующий раз обязательно вас раздавлю...
   И дуб ещё раз зевнул.
   
   
   
   
   
   Глава 7
   "Ночные Злоключения"

   
   Без лишних приключений Саша и Аня доехали на электричке до Москвы.
   В метро Саша сказал:
   - Время - половина пятого. Скоро стемнеет.
   - Да уж: зимой дни такие короткие, - вздохнула Аня.
   - Я вот думаю, когда лучше на Лобное место поехать?.. Сейчас? - спросил мальчик сам у себя, и тут же ответил: - О-о, нет - только не сейчас, - он зевнул. - Я, честно говоря, так устал. Надо домой вернуться, отдохнуть, отоспаться... Ой!
   Саша вздрогнул:
   - Не могу я домой возвращаться. Ведь там мой двойник-робот. Недавно как раз должен был из школы вернуться. Ну, раз такие дела: действительно надо прямо сейчас на Лобное место ехать...
   Аня понизила голос и сказала:
   - Всё-таки не сейчас. Видишь ли, на Лобное место так просто не пускают. Сразу заметят, что мы туда пробрались. Схватят нас...
   - А мы уже под землей будем.
   - Нет, не получится, - покачала головой Аня. - Ведь как нам сказали: надо там выемку найти, кровью своей её напомнить, потом за руки взяться и в небо крикнуть: "Славься жизнь!". И только после этого проход откроется. Неужели ты думаешь, что мы успеем всё это сделать? Конечно, нас уже в отделение поведут. Так что пойдём туда ночью. Нас, конечно, тоже заметят, но, надеюсь, хоть времени у нас побольше будет.
   - Куда же мне до ночи податься? - вздохнул Саша.
   - Пошли ко мне, - предложила Аня.
   - А твои родители, они...
   - Им всё можно рассказать. Ты ведь уже знаешь: у них такое необычное видение мира. А заодно и покушаем. Ты ведь, наверное, проголодался.
   - У-у, точно! В желудке так и бурчит, так и бурчит!
   - Вот и я тоже проголодалась. Ты хоть позавтракал, а я с вчерашнего вечера ничего не ела.
   - Что ж ты так?
   - Да так уж. Ладно, сейчас отведаешь моих ватрушек.
   - У-у, я предполагаю, что это что-то очень вкусное!
   Но в тот вечер Саше так и не суждено было отведать замечательных Аниных ватрушек.
   Напомню, что Анин дом стоял напротив Сашиного дома. И когда они шли к Аниному подъезду, мальчик подняв голову, мог видеть свет, который горел в его окне. Он представил, как там тепло, уютно. Представил, что двойник сидит за компьютером и играет во что-то. В общем: ему стало так завидно двойнику, что даже голова закружилась. Впрочем, вполне возможно, что закружилась она от голода. Ведь Саша не привык голодать...
   До Аниного подъезда оставалось метров двадцать, когда девушка резко отдёрнула Саша в сугроб.
   - А?.. Что такое?.. - пролепетал мальчик.
   - Да тише ты, - шикнула на него Аня. - Погляди. Там... у подъезда... Только осторожнее...
   Саша одним глазом выглянул из-за края сугроба. И хотя освещение было плохим, он сразу увидел. В тёмном углу, вжавшись в стену, стоял некто в растрёпанной, рваной одёжке. Снежный вихрь крутился вокруг этого некто. И Саша узнал его - это был безглазый бомж.
   Но тут бомж зашипел, и побежал к ребятам. В его гниющей руке появился большой топор.
   В этот час на улицах ещё царило оживление. И в Анин подъезд входили люди. Но никто не обращал на жуткого бомжа внимания.
   Ребята вскочили и побежали. Бомж гнался за ними. Причём бежал он очень быстро. Постепенно настигал ребят.
   - Никто его не видит! - на бегу выкрикнула Аня.
   - Только мы! - отозвался Саша.
   - Вокруг него завеса колдовская, - молвила девушка.
   - А у нас есть амулет, и только поэтому мы его заметили, - выдохнул Саша.
   И тут ноги их заскользили, и они разом упали. По инерции они ещё несколько метров прокатились.
   Попытались подняться, но вновь заскользили и вновь повалились.
   Бомж был уже совсем близко.
   - Смотри: лёд светится! - воскликнул Саша.
   В действительности же ото льда исходил не свет, а тьма.
   - Это колдовской лёд! - воскликнула Аня. - Это ловушка!
   И тут Саша сморщился от резкого зловония. А ещё он услышал, как нечто рассекает воздух. Он успел оттолкнуть Аню, а сам откатился в противоположную сторону.
   На том месте, где только была Сашина голова, появился топор. Он на несколько сантиметров ворвался в чёрный лёд, и тут же вновь взмыл в воздух. Ведьма управляла слепым бомжом, и поэтому он прекрасно знал, куда нанести следующий удар.
   Саша едва успел увернуться, но осколки льда до крови исцарапали его лицо.
   И тогда дрожащими пальцами достал из кармана амулет, и сунул его под нос бомжу. Яркое золотистое сияние маленьким солнцем засияло в ночи. Бомж вскрикнул, отступил...
   Саша ожидал, что амулет сделает с его врагом что-нибудь страшное, но этого не произошло. Бомж оправился от первого замешательства, и опять замахнулся топором.
   И Саша понял, что от этого удара ему не спастись. Его ноги прилипли к чёрному льду. Бомж тоже понял, и ухмыльнулся...
   Тут яркая синяя дуга ударила в спину бомжа. Затем синими, перекатывающимися волнами растеклась по его телу. Волосы на его голове встали дымом. Топор вывалился из его рук. Бомж забился в судороге, и рухнул на лёд.
   - А? Что такое? - Саша в растерянности огляделся.
   - Это я. Не бойтесь, - раздался вежливый голос его двойника. - Сейчас я освобожу вас...
   - Ты?.. Это ты? - несказанно изумился Саша. - Но как у тебя получилось?
   - Вот собрал прибор: можно использовать как универсальный аккумулятор для моего тела, а можно и как разрядник...
   Двойник подошёл, и помог Саше вырваться из объятий чёрного льда.
   Тут и Аня подошла. Она сказала:
   - Это я его так запрограммировала, чтобы он не просто всякие команды исполнял, но ещё и сам развивался. Он не просто робот, не раб человека. Он - разумное существо.
   - И я вам очень за это благодарен, - склонил перед Аней голову двойник.
   - Очень приятно, - улыбнулась девушка.
   - Ишь, вежливый какой! - хмыкнул Саша.
   - Да - вежливый, - согласилась Аня. - А вот от тебя такой вежливости не дождёшься.
   Всё это время бомж лежал и не шевелился. Но вот он вздрогнул, и впился гниющей, дымящейся рукой в чёрный лёд, и издал утробный, булькающий звук. Он стал подниматься.
   - Уходим отсюда! - сказала Аня. - Ведь мы совсем забыли, что у ведьмы есть блюдце, через которое она может за нами наблюдать. Сейчас ещё какую-нибудь напасть сюда нашлёт. Побежали!
   И вдруг бомж схватил свой топор, вскочил, и бросился на ребят. Он бежал со скоростью небывалой. По-видимому, колдовские силы двигали им.
   Двойник попытался ещё раз поразить его током, но что-то заело в его разряднике.
   Уже зазвенел рассекающий воздух топор, как нечто тёмное и стремительно метнулось с неба, подхватило бомжа и понесло его прочь.
   - Ипполита! - закричал Саша.
   - Прячьтесь в метро! - приказала сова.
   Бомж рычал, пытался вырваться, но всё тщетно. Сова обладала воистину богатырской силой и несла его так легко, будто он был пушинкой.
   - Ты с нами? - спросил у двойника Саша.
   - Я бы с радостью, да разве же можно твоих родителей оставлять? Нет, Саша, я буду с ними. Сейчас домой возвращаюсь.
   - Да, ты прав. Ну ладно, ещё увидимся...
   Саша уже собирался бежать к метро, когда двойник окликнул его:
   - Скажи, что будет, когда всё это закончится?
   - Ну, надеюсь, будем жить так же, как и прежде, - ответил Саша.
   - Вы то будете, а я как? - тихо вздохнул двойник.
   - И ты будешь...
   - Как же я "буду", когда меня как бы и нет. Ведь нигде не записано, что у тебя есть близнец. Только на тебя есть документы. И только одного примут твои родители. Тебя примут. А что будет со мной? Что вы со мной сделаете?
   - Не знаю, - честно признался, озадаченный такими вопросами Саша.
   - Только не уничтожайте меня! Ладно?! - взмолился двойник.
   - Да что ты. Нет, конечно. Ведь мы же не убийцы, - заверила его Аня.
   - Ну, вот и хорошо, - улыбнулся двойник.
   Только всё равно невесёлой вышла эта улыбка. И он махнул рукой:
   - Ладно, до встречи...
   И когда они уже ехали в метро, Саше пришла в голову мысль: "А ведь, может быть, где-то в глубине своей электронной, благородной души двойник хочет, чтобы я никогда не возвращался. Может, он от такой мысли мучается, но избавиться от неё не может. Ведь, если я не вернусь, он навсегда сможет остаться у меня дома. И жить, и учиться, как нормальный человек..."
   
   * * *
   
   Саша и Аня пересели на кольцевую линию, и несколько раз проехались по ней вокруг центральной части Москвы.
   Так как говорить о последних, мрачных событиях совсем не хотелось, разговор зашёл о том, как они провели лето. Саша рассказал, как он отдыхал в деревне, каждый день купался, загорал. А Аня, оказывается, провела лето в Москве. Она совершенствовала свои навыки программирования.
   И они так хорошо разговорились, что совсем не заметили, как пролетело время. Кругом появлялись и исчезали люди, но ребята их не замечали, они были поглощены своим разговором.
   Но вот Аня взглянула на наручные часы, и воскликнула:
   - Ого! Время-то уже половина первого ночи
   А Саша сказал:
   - Поехали скорее, в центр, а то скоро метро закроют.
   Они пересели на подходящую ветку, и вскоре вышли на станции метро "Театральная". И тут увидели: у выхода стоял демон, в своём чёрном плаще.
   А рядом с демоном стояли два милиционера.
   - Посмотри в их глаза... - прошептала Аня.
   Саша взглянул в глаза милиционеров, и увидел, что глаза эти совершенно пустые. И он понял: что это не настоящие милиционеры, но мороки, созданные демоном или ведьмой, для того чтобы схватить его, и завладеть амулетом.
   - Взять их! - завопил демон.
   Лже-милиционеры бросились к Саше и Ане.
   Как раз в это время к платформе подъехала очередная электричка. Саша и Аня заскочили в пустой вагон. Двери захлопнулись прямо перед носами лже-милиционеров. Те начали дубасить дубинками по стеклу. Стекло разбилось, острым градом хлынуло на пол.
   Электрика двинулась вперёд. Лже-милиционеры хищными зверьми завывали, продолжали дубасить по стеклу, бежали за набирающим скорость вагоном. Один из них просунул в образовавшийся проём руку, попытался втянуться внутрь.
   Но в это мгновенье вагон на полной скорости ворвался в туннель. Отсечённая рука лже- милиционера повалилась на сиденье.
   - А-а! - громко вскрикнула Аня, и тут же обратилась к Саше. - Прости меня, пожалуйста...
   Отсечённая рука отчаянно извивалась, и вдруг превратилась в отвратительного чёрного слизняка. Этот слизняк, оставляя за собой липкий след, пополз к ребятам. В передней части слизняка имелась круглая, усеянная острыми красными клыками глотка.
   - Быстрее бы следующая станция! - выкрикнул Саша.
   Ребята отбежали к окончанию вагона, вжались в закрытую дверь. Но слизняк неумолимо приближался к ним. Тогда они вскочили на сиденье и попытались его обежать. Ане это удалось.
   Саша прыгнул с сиденья в проход, и тут из круглой глотки слизняка вырвался похожий на жёлтую змею язык и обвился вокруг ягодицы мальчика. Саша рухнул на пол, больно ударился локтями.
   В языке оказалась огромная сила: он затягивал мальчика в жадно чавкающую глотку.
   - Сейчас, я помогу! - выкрикнула Аня.
   Девушка открыла свой чемоданчик, и зашептала быстро- быстро:
   - Где же он... так-так...
   Но всё решали краткие мгновенья.
   Саша был уже рядом с отвратительной, слизкой массой, которая жаждала его поглотить. И он уже чувствовал едкую вонь, которая исходила из глотки. Острые клыки сжимались с громким, чавкающим звуком.
   Мальчик представил, как эти клыки вопьются в его плоть, и содрогнулся от отвращения. Тогда он выхватил амулет, сам выгнулся к слизняку, и ткнул в него амулетом. Закричал:
   - Вот это попробуй проглоти!
   Слизняк издал резкий пищащий звук. Он выпустил Сашину ногу, и откатился в дальнюю часть вагона. От слизняка валил смрадный дым, он извивался, визжал.
   - Вот тебе, добавочка! - крикнула Аня, и крикнула в слизняка маленькую пробирку.
   Пробирка разбилась, и из неё выплеснулось нечто шипучее и жёлтое. Слизняк вспыхнул ослепительным белым пламенем, и через несколько мгновений обратился в груду пепла.
   Тут бесстрастный голос из динамика объявил: "Станция Тверская".
   Саша и Аня выбежали на платформу. Затем побежали по эскалатору. И только уже наверху, перед выходом в город остановились.
   - Надо же: сколько злоключений за один вечер, - пожаловался Саша.
   - Причём, мне кажется, самые главные злоключения ещё только ждут нас впереди, - молвила Аня.
   - Да уж, да уж, - согласился Саша. - Ведь, хотим мы или нет, а придётся нам пробиваться к Лобному месту.
   И вот они вышли в город.
   В этот поздний ночной час Тверская улица была пустынной. Дул сильный, пронизывающий до костей ветер. Снежные тучи стремительно летели над крышами домов, и ребята услышали загадочный шорох, которых из этих туч ниспадал.
   Постепенно усиливался снегопад...
   Саша и Аня бежали друг за другом, вдоль стен домов. Им казалось, что при этом увеличивается шанс, что их не заметят.
   Вот Саша обернулся, и крикнул Ане:
   - А ведь он всё равно поджидает нас. И его моим амулетом не испугать! Он сам за этим амулетом гоняется. Значит, надо что-то придумать... Но вот что?..
   - Саша! Тихо!
   Аня оттолкнула его в сторону. Ребята затесались в тёмном, узком проходе между стеной дома и закрытой палаткой.
   Саша осторожно выглянул. Примерно в сотне метров от них по Тверской прогуливался пятиметровый горбатый уродец. У уродца была сотня мускулистых рук, в каждой из которых он сжимал по дубинке. Зато голова у уродца совсем отсутствовала. Вокруг него кружился тёмный снежный вихрь, из чего можно было сделать вывод, что от глаз простых людей он был скрыт волшебством.
   - Может, по какой-нибудь боковой улочке пройдём? - предложил Саша.
   - Нет, исключено, - покачала головой Аня. - Я уверена, что нас там тоже кто-нибудь поджидает.
   Саша задумался, ещё раз выглянул, повнимательнее огляделся...
   И тут быстро обернулся к Ане, широко улыбнулся, и воскликнул:
   - Придумал!..
   И потянул её за руку, приговаривая:
   - Вон, видишь: статуя...
   - А-а, так это Юрий Долгорукий на коне, - молвила девушка.
   - Да я без тебя знаю, что - это Юрий Долгорукий. Ты вспомни, что нам в подземном царстве говорили: если повесить этот амулет на шею какой-нибудь статуи, так...
   - Так она оживёт, и будет нам служить, - закончила Аня. - Да, конечно, я это помню. Вот только как ты до шеи доберёшься? Нам бы лестницу...
   И тут сторукое чудовище заметило их, зарычало, и, размахивая дубинами, бросилось на Сашу и Аню. Двигалось чудище с удивительным проворством.
   Невозможно было от него убежать.
   Из всех сил Саша и Аня бросились к статуе Юрия Долгорукого, хотя и не знали, каким образом смогут на него вскарабкаться. И вот они уже рядом со статуей. Саша вцепился в ногу коня, попытался подтянуться, но тут же соскользнул.
   Чудище было уже рядом. Но оно поскользнулось, и, вызвав превеликий грохот, рухнуло на мостовую. Одной из своих дубинок чудище задело гранитный бордюр, и бордюр был раздроблен. В морозном воздухе прозвенели осколки.
   - Нет, мы не сдадимся, - тихо, но с большим чувством прошептала Аня.
   На мгновенье девушка напряжённо задумалась, а потом проговорила:
   - А почему бы не попробовать? Ведь всё равно ничего иного не остаётся. Ну-ка, держись за меня покрепче...
   Саша покрепче обхватил Аню, хотя ещё и не понимал, что она задумала.
   А девушка выхватила из кармана тот чёрный, усеянный серебрящимися звёздами платок, который получила от Ипполита Игнатьевича. Она взмахнула этим платочком совсем легонько, но тут же незримая сила подхватила их, и забросила прямо на спину коня- статуи.
   Саша пробрался на голову коня. Дрожащими пальцами достал сияющий амулет. И цепочка - дар подземной владычицы - растянулась так, что он без труда смог надеть амулет на толстенную шею.
   Затем Саша съехал обратно к Ане, которая сидела в седле, рядом с Юрием Долгоруким.
   Сторукий уродец вскочил, подбежал к коню, замахнулся своими дубинами. Но тут конь издал оглушительное ржание. Он бросился на уродца, ударил его копытами. И слуга демона отлетел на другую сторону Тверской. Но он не ударился в стену дома, а превратился в снежный смерч, который помчался в сторону Кремля.
   - Своему хозяину полетел жаловаться! - возбуждённо выкрикнул Саша, и тут же обратился к коню. - И ты тоже вези нас к Кремлю! Скорее - вези!
   Но коню не требовалось повторять. Он прекрасно понимал все желания того, кто надел на него амулет, и беспрекословно служил ему. Он выпрыгнул на середину совершенно опустевшей Тверской и поскакал в сторону Кремля.
   - Как думаешь, испытывал кто-нибудь нечто подобное? - обратился Саша к Ане.
   - Я думаю, не испытывал, - ответила девушка.
   Тогда Саша посмотрел на голову Юрия Долгорукого.
   - Эй, а ты слышишь нас?! - крикнул мальчик, хотя и не ожидал услышать ответа.
   Но ответ пришёл. От неожиданности мальчик едва не свалился с коня. Если бы Аня не схватила его за руку, был бы он раздавлен под конскими копытами.
   - Слышу тебя, отрок! - мрачным голосом ответил суровый древнерусский князь.
   - Спасибо, что помогаете нам, - пролепетал Саша.
   - За такое надругательство над недвижимым естеством статуи раздавил бы я тебя, да и девицу твою, да амулет не позволяет...
   - Вы уж извините меня...
   - У-ух! Плаха по тебе плачет!
   В это время они уже подъехали к Историческому музею. В любое мгновенье можно было ожидать появление Демона.
   Так как с левой стороны вход на Красную площадь был перегорожен аркой, конь повёз их с правой стороны, между Историческим музеем, и Кремлёвской стеной.
   И вот с крыши Исторического музея бросилась на них тень. Это был демон, но теперь за его спиной выросли крылья исполинской летучей мыши. Он нёсся к шее коня, жаждал сорвать с неё амулет.
   Одновременно с Кремлёвской стены сорвалась другая тень. Это была сова Ипполита. Прямо перед шеей коня они столкнулись. Но демон всё же успел сорвать амулет. Ипполита и демон свалились на мостовую, там завязалась отчаянная схватка.
   Статуя Юрия Долгорукого остановилась, затрепетала...
   Тогда Аня воскликнула:
   - Сейчас статуя на место вернётся. Скорее - прыгаем...
   Они выбрали довольно высокий сугроб, который намело возле стены Исторического музея, и прыгнули в него. И только они прыгнули, как статуя исчезла: вернулось на то место, где ей предстояло простоять ещё очень долго.
   Сугроб смягчил падение, и поэтому Саша и Аня отделались лишь несколькими незначительными ушибами.
   Они тут же выскочили, огляделись.
   Ипполита и демон по-прежнему боролись. Сове удалось вырвать амулет из лап демона, и теперь он подобно маленькой солнечной слезинке валялся в снегу. Но силы покидали Ипполиту: демон раздирал её своими ужасными когтями, во все стороны летели её окровавленные перья. Но и сова наносила удары: била его в лицо своим могучим клювом.
   Саша бросился к амулету. Демон зарычал, и прыгнул наперерез мальчику. Окровавленная Ипполита налетела на демона сверху, ударила его клювом в темя. Голова демона раскололась, но тут же собралась в прежнюю форму. Но он хоть на мгновенье задержался.
   И Саша успел схватить амулет...
   Демон совершил страшный по силе своей рывок. Ипполита ещё раз ударила его. Демон рухнул в одном шаге от Саши. Он тут же вцепился в Сашину руку, сжал её с такой силой, что мальчик громко вскрикнул.
   - Отдай! - яростно зашипел демон.
   И тут Саша почувствовал, что он совсем не боится демона, а испытывает к нему сильную злобу. И он заорал на него:
   - Нет! Слышишь?! Никогда не получишь!
   Ипполита ещё раз клюнула демона, но он не обращал на неё внимания. Он не ожидал такого смелого ответа от Саши, и поэтому немного опешил.
   И этим его замешательством воспользовалась Аня. Она раскрыла свой чемоданчик, достала оттуда пузырёк с чёрным порошком, и метнула этот порошок на лицо демона.
   Она выкрикнула:
   - Вот тебе! Понюхай! Очень приятный аромат!
   Демон невольно вдохнул чёрный порошок. И тогда его красное лицо сначала, побледнело, потом посинело, потом позеленело, потом стало чёрным. Демон заорал, отдёрнулся, но Сашину руку не выпускал.
   Боль в запястье была такой сильной, что из Сашиных глаз брызнули слёзы. Но он всё равно прохрипел:
   - Никогда... не получишь... амулет!.. Вот тебе... другой подарочек...
   И он лягнул демона ногой в подбородок.
   Тогда демон чихнул. Ни один человек не смог бы чихнуть с такой силой. Сашу подхватил тёмный вихрь и стремительно понёс вверх и в сторону.
   Мальчик стонал:
   - Пускай я разобьюсь, но амулета ты не получишь! Слышишь?! Никогда не получишь!..
   И вот он увидел он звезду, которая горела на вершине Спасской башни. Эта звезда стремительно приближалась.
   В голове промелькнула мысль: "Вот нелепость- то какая: об звезду разбиться..."
   Он вытянул перед собой руку, в которой по-прежнему амулет сжимал. И прошептал: "Помоги мне, пожалуйста! Без твоей помощи, я пропал!"
   И сердце Сашино забилось с такой силой, что даже грудь заболела. Удары эти передались в амулет. И засиял амулет ярче прежнего.
   Поверхность звезды расступилась, и тут же закрылась за его спиной. Саша остановился. Он оказался внутри одной из Кремлёвских звёзд.
   
   * * *
   
   Если бы не амулет, то Саша сразу же задымился, а потом и загорелся. Амулет оберегал его, но всё равно внутри звезды было очень жарко и душно.
   Всё внутри этой звезды было сделано как внутри обычной настольной лампочки, только всё было в увеличенных пропорциях. На расстоянии вытянутой руки от Саши сияла нить накала. Мальчик сразу же отвернулся от неё: иначе бы он ослеп. Но всё равно свет был настолько ярким, что у Саши резало в глазах.
   Саша застучал по поверхности звезды кулаками, потом и ногами. Но звезда была сделана на славу: она даже и не дрогнула.
   Тогда Саша обратился к амулету:
   - Ты не дал мне разбиться. Спасибо за это. Но теперь, выпусти меня...
   Он приложил амулет к поверхности, но ничего не произошло.
   Тут Саша представил, что будет, если поверхность звезды расступиться. Тогда он упадёт с вершины Спасской башни. Перспектива, была мрачноватой, поэтому мальчик отказался от этой затеи.
   Он глаза ладонью, и кое-как, постоянно щурясь от света, огляделся. И увидел, что в нижней части звезды лежит потемневшая, старая бутылка от водки, и также - разводной ключ.
   Саша пробормотал:
   - Возьму-ка я этот ключ и отверну им вон тот винт. Вместе с ним и дуга накала отойдёт. Звезда потухнет. Тогда начнутся ремонтные работы. Звезду раскроют, и меня найдут... Вот только когда её раскроют? Ведь не сразу же. Может, и найдут меня, да только мёртвого. А что мне ещё остаётся? Буду действовать этим ключом...
   Он протянул руку к ключу, и, несмотря на то, что рука была в варежке: обжёгся. Тогда он натянул на запястье рукав своего зимнего пальто, и прямо через рукав взял ключ.
   Пот катился по его лицу, застилал глаза. Его лицо стало таким же красным, как у демона...
   Он надавил ключом на винт, но винт не поддался. В следующий рывок он вложил все свои силы: винт лишь легонечко дрогнул.
   
   * * *
   
   Настоящий вихрь вырвался из носа демона и унёс с собой Сашу. На какое-то незначительное время демон потерял способность двигаться. Но вот он уже поднялся, огляделся.
   Тут же на него бросилась Ипполита. Сова была вся изранена, кровь сочилась из многочисленных ран на её теле, но всё равно она боролась. А демона совершенно не интересовала эта сова. Он Сашу высматривал. Он отбросил Ипполиту, а сам зарычал гневливо. И вот снежный вихрь вокруг демона появился, закружил его. И взмыл демон в небо: оттуда он Сашу высматривал.
   Аня бросилась к Ипполите. Сова попыталась подняться навстречу девушке, но уже не в силах была: оба крыла её были сломаны.
   - Бедненькая, бедненькая, - жалостливо шептала Аня. - Сейчас я тебе помогу...
   Она стала открывать свой чемоданчик. Но из-за всех этих ударов что-то испортилось в замке, и он заел.
   И тогда Ипполита молвила очень мягким голосом:
   - Не надо, я прошу тебя... Ты мне уже не поможешь...
   - Но ведь ты не умрёшь, правда?
   - Не умру, - шепнула сова, и совсем уже тихо добавила. - Саша твой внутри звезды Спасской башни. Ты должна его вызволить оттуда. А иначе вся наша борьба напрасной была...
   И это были последние слова отважной Ипполиты. Она обратилась в светлое облачко, которое стремительно взмыло вверх, и за снеговыми тучами скрылось.
   И тогда Аня почувствовала себя такой слабенькой, такой одинокой, что даже слёзы на её глазах появились.
   А потом она услышала, как воют, приближаются, милицейские машины. Девушка прошептала:
   - Они всё-таки заметили что-то странное. Теперь ищут...
   И тут сирена завыла совсем уже близко. Аня шептала:
   - Совсем скоро они будут здесь. Схватят меня по подозрению. Тогда: прощай Сашенька, прощай амулетик. Прощай - победа. Нет, нет. Я не привыкла проигрывать. Даже из компьютерных игр я всегда выходила победительницей... Остаётся одно...
   И она достала из кармана чёрный, вышитый серебринками звёзд платок.
   Молвила:
   - Эх, только бы не разбиться, - и взмахнула платком.
   Взмахнула она значительно сильнее, чем перед статуей Юрия Долгорукого.
   И тут же незримая сила подхватила её, и с огромнейшей скоростью понесла над Кремлём. Ледяной ветер стегал её по лицу, снег слепил. Всё же она заметила, как промелькнул под ней купол колокольни Ивана Великого.
   Потом скорость полёта снизилась, и, наконец, над Москвой рекой Аня совсем остановилась. И тут же понеслась вниз! Стремительно приближался лёд.
   Девушка вынуждена была ещё раз взмахнуть платком.
   Она опять не рассчитал сил, и теперь её понесло в сторону храма Василия Блаженного. Она пронеслась между его нарядных куполов, и только чудом не врезалась ни в один из них.
   В этот раз скорость полёта снизилась только над крышей ГУМА. И вновь она полетела вниз. В голове мелькнуло: "Надо быть осторожной, иначе век буду над Московскими крышами носиться".
   И хотя ей было очень страшно, и руки у неё сильно дрожали, Аня всё-таки умудрилась махнуть волшебным платком совсем тихонько. И теперь она полетела над Красной площадью, но уже не так быстро, как в прошлый раз.
   Она видела, как по площади проехали две милицейские машины, но, не заметив ничего подозрительного, свернули в переулок.
   Когда Аня пролетала над Кремлёвской стеной, она взмахнула платком так тихо, как только могла. И она полетела к звезде на Спасской башне.
   По сравнению с прошлыми полётами, этот полёт был совсем медленным.
   Но всё же она ударилась о звезду с такой силой, что у неё перехватило дыхание, а в глазах потемнело. Тем не менее, она умудрилась локтем правой руки зацепиться за верхнюю кромку звезды. В правой руке она сжимала платок, а в левой - чемоданчик, с её аппаратами и препаратами.
   Она взглянула на чемоданчик, и сама изумилась, как это до сих пор не выронила его. Аня попыталась стучать по поверхности звезды ногами, но удары получались такими слабыми, что она сама их не слышала.
   Тогда она размахнулась, и ударила по звезде чемоданчиком. Удар получился знатным: звезда загудела, а в чемоданчике появилась трещина.
   И тут же на внутренней стороне звезды появился тёмный контур. Изнутри раздались удары: это Саша колошматил по поверхности разводным ключом, и вопил:
   - Аня! Аня!
   - Да - это я! - закричала девушка. - Слышишь меня?! Саша!
   - Аня! Аня! - вопил Саша.
   - Сейчас я тебя освобожу! - крикнула девушка, и ещё раз бабахнула чемоданчиком по звезде.
   Звезде ничего не сделалось, зато трещина на чемоданчике расширилась, и посыпались вниз Анины приборчики, пробирки, и прочие бесценные штучки. Девушка проследила их полёт, да так и вскрикнула, и сжалась. Руки её судорогой свело.
   Ведь до земли было так далеко! Она представила, что будет, если случайно выронит из дрожащей от усталости, холода и страха руки волшебный платок, и тогда холодный пот выступил на её теле.
   Некоторое время она даже пошевелиться не могла. Ну а Саша продолжал колошматить по внутренней поверхности звезды, и кричать:
   - Аня! Аня! Вытащи меня отсюда!..
   Эти едва доносящиеся из звезды, приглушённые крики привели девушку в чувство. Она молвила:
   - Да что же это я?.. Не век же здесь висеть. Действовать нужно!
   Она подняла к лицу чемоданчик, из которого продолжали выпадать всевозможные предметы. Аня прошептала:
   - Только бы он ещё не выпал...
   Далее ей предстояло проделать прямо-таки акробатический номер. Она подняла растрёпанный чемоданчик к правой руке, локтем которой по-прежнему судорожно сжимала верхнюю грань звезды. Также в правой руке она сжимала волшебный платок. Так как платок некуда было девать, она вместе с ним запустила правую руку внутрь чемоданчика.
   И вот она начала шарить внутри чемоданчика. И чем дольше она шарила, тем более мрачным становилось её лицо. Она выдохнула:
   - Неужели выпала... и тут нет... и тут... что же мне тогда делать?
   Но тут лицо её просветлело, и она громко воскликнула:
   - Есть!
   И тут же сильный порыв ледяного, снежного ветра налетел на неё. Её хрупкое тело затрепетало. Ветер бил и бил, слепил её. Девушка почувствовала, что не может больше держаться, и сейчас полетит.
   Чемоданчик был вырван из её руки, и, выбрасывая из себя последние приборчики, умчался вместе со снежным вихрем...
   И вот Аня поняла, что по-прежнему висит на звезде.
   На глазах её навернулись слёзы. Одна слеза была унесена ветром, а другая замёрзла на её щеке. Девушка произнесла:
   - Ну, вот: я выронила свой чемодан. Как же я могла?! Саша, прости меня!
   Саша вновь забарабанил по внутренней стороне звезды.
   И тогда девушка почувствовала, что помимо платка в её правой руке зажато ещё что-то. Даже для того, чтобы просто разжать ладонь, Ане потребовалось приложить немалые усилия.
   Но то, что она увидела в ладони, очень её обрадовало. Это был пузырёк, в котором булькала ярко-красная жидкость.
   Девушка воскликнула:
   - Всё- таки самое главное я не выронила...
   И вот она правой рукой она начала откручивать пробку на пузырьке. Задача была не из лёгких: ветер никак не унимался: пытался оторвать её от звезды.
   Она закричала:
   - Саша, отойди в сторону! Если на тебя эта кислота попадёт: насквозь прожжёт!
   И совсем тихо добавила:
   - А если мне на лицо хоть капелька попадёт... Нет - лучше об этом и не думать...
   Наконец ей удалось открыть пузырёк. Крышка тут же была унесена ветром. Тогда Аня выплеснула содержимое пузырька на поверхность звезды. Поверхность зашипела, запузырилась, повалил едкий дым, Аня закашлялся, кое-как отползла по грани звезды в сторону. Тем не менее, глаза у неё сильно слезились, и она практически ничего не видела.
   А та часть звезды, на которую попала кислота, начала отекать внутрь. Саша догадался отползти в сторону, и поэтому кислота не попала на него.
   Тем не менее, внутри звезды сразу стало так много дыма, что ничего, кроме нити накала не видел Саша. От дыма заболели глаза, запершило в горле. Но мальчик выставил перед собой амулет, и прохрипел:
   - Помоги мне!
   Амулет засиял ярче прежнего и разогнал дым.
   Саша шагнул к образовавшемуся проёму. В лицо ему ударил холодный ветер, и он рад был этому ветру, потому что почти задохнулся внутри звезды.
   И тут услышал усталый, но всё равно счастливый Анин голос:
   - Саша! Я так рада тебя видеть!..
   Он обернулся, и увидел свою подругу, которая по- прежнему висела на продырявленной звезде.
   - Спасибо тебе, - сказал он искренне.
   - Да не за что, - ответила она, и закашлялась.
   - А что это у тебя в руке дымится? - спросил Саша.
   - Что? Ой! Это платок! На него кислота попала!..
   Быть может, всего одна капля кислоты попала на волшебный платок, но и этого было достаточно. Теперь платок дымил, и уменьшался в размерах.
   - Саша, скорее, хватайся за меня!
   Аня переметнулась к нему, и Саша схватил её за пояс. Одновременно с этим девушка оттолкнулась ногами из звезды и махнула половинчатым платком. От этого взмаха лишь слегка замедлилось их падение. Платок продолжал уменьшаться.
   Девушка успела ещё раз взмахнуть платком. И в этот взмах она вложила все силы. До обледенелой поверхности Красной площади оставалось всего лишь пара метров, когда колдовская сила отбросила их в сторону...
   Аня очнулась на коленях князя Дмитрия Пожарского, её основательно припорошило снегом. Саша вцепился в меч, который сжимали в руках и Дмитрий Пожарский и Кузьма Минин. Причём Кузьма Минин смотрел прямо в Сашино лицо.
   - У-у... - пошевелил ушибленной рукой Саша. - Занесло нас прямо на памятник героям войны двенадцатого года.
   - Тысяча шестьсот двенадцатого года, - уточнила Аня, улыбнулась, и сказала. - Знаешь, Саша, я очень рада, что мы всё-таки живыми остались. А то я уж думала...
   Она не успела договорить, потому что в это мгновенье из неба раздался яростный вопль. И вот уже вырвалась из туч чёрная, крылатая тень. Это был демон.
   Ребята прикинули расстояние до лобного места, и поняли, что не успеют туда добежать. Тогда Саша привстал на рукоять меча, и, опираясь о плечо Кузьмы Минина, накинул на его шею амулет.
   Кузьма Минин вздрогнул, и Саша скатился вниз, на колени князя Пожарского.
   Демон был уже совсем близко.
   И тогда Минин отвёл ту руку, которую прежде простирал вверх, сжал могучий кулак, и ударил демона. Такой удар вышиб бы дух из любого, даже самого крепкого человека, но демон не был человеком.
   Он рухнул на Красную площадь. Затрещали сломанные кости: они срастались. Вот демон приподнялся...
   - Сейчас опять броситься! - простонала Аня.
   И демон действительно бросился. И вновь Минин отбросил его ударом кулака.
   Но демон опять-таки остался живым, и теперь прохаживался вдоль ограды; примерялся, как бы броситься, чтобы схватить амулет.
   - А ты его мечом разруби! - предложил Саша Минину.
   - Не могу! - зычно ответил Минин. - Меч Пожарский держит.
   - Тогда я одену амулет на Пожарского, он оживёт, и... - молвил Саша.
   Но его прервала Аня. Она говорила шёпотом:
   - Но меч и Минин держит...
   - Минин, отпусти меч, - попросил Саша.
   Герой войны убрал с рукояти меча свою могучую руку. Тогда Саша снял с его шеи амулет, и быстро накинул его на шею князя Пожарского.
   Но демон уже прыгнул. Пожарский не успел бы размахнуться мечом. Но доблестный князь успел поднять щит, который придерживал левой рукой. Демон ударился об щит, отлетел к ограде, проломил её, но тут же вновь вскочил, и, бешено завывая, бросился на них.
   На этот раз Пожарский успел замахнуться. Меч разрубил демона надвое.
   - Спасибо вам, огромное! - сказал Саша князю.
   - Не за что, - ответил Пожарский. - Кстати, посоветовал бы вам поторопиться, отроки.
   И князь кивнул на демона. Из двух его половин вытекало нечто чёрное, тягучее. Эта масса стягивала две половины, и вскоре демон должен был ожить.
   Не теряя больше времени, Саша снял с шеи Пожарского амулет, и, схватив Аню за руку, бросился к Лобному месту.
   И вот они уже на Лобном месте.
   Пронзительно взвыл демон. Он ещё не сросся полностью, но всё равно рвался к ребятам. Он цеплялся когтями за плиты Красной площади, подтягивался, приближался. Силы возвращались к нему.
   - Где же тут эта выемка? - приговаривал Саша, обшаривая поверхность Лобного места.
   Наконец, ему показалось, что нашёл.
   Руки его были сильно расцарапанными, так что проблем с кровью не возникло. Когда несколько капелек попали в эту выемку, Саша крикнул Ане:
   - Скорее! Держи меня за руки!
   Аня схватила его за руки.
   Тогда ребята подняли головы к небу, и крикнули:
   - Славься жизнь!
   Тело демона окончательно срослось, и он прыгнул на них. Одновременно с этим огороженная круглая часть Лобного места помчалась вниз. Причём с такой скоростью, что у Саши и Ани в ушах заложило.
   На место унёсшей ребят плиты тут же встала новая плита, ничем с виду от прежней плиты не отличающаяся. Демон рухнул на эту плиту, начал драть её когтями, шипеть, реветь, но он уже не мог прорваться к ребятам.
   Взвыли сирены милицейских машин. Лучи от их фар прорезали наполненный снежинками воздух над плечами демона.
   Тогда демон взмахнул своими могучими крыльями, и чёрной кометой устремился в небо. Он рычал:
   - Мы ещё посчитаемся! Наша схватка не окончена! Нет! Самое главное впереди! И вы за всё кровью своей поплатитесь!.. А там внизу вас ждёт Страж! И он вас не выпустит! Даже и не надейтесь!
   
   
   
   
   
   Глава 8
   "Наковальня Солнца"

   
   Некоторое время платформа несла Сашу и Аню вниз. Потом резко остановилась.
   Они оказались в большой круглой зале, от которой отходило несколько проходов под коническими арками. Причём каждый проход был закрыт толстым слоем паутины.
   Но паутина пропускала свечение. Так один проход источал тускло-матовое сияние, от которого начинала чесаться кожа. Из другого прохода ниспадало серебристое свечение, и свечение это было ледяным, кожу кололо. Но из одной арки выплёскивалось мягкое золотистое свечение. Это свечение ласково согревало, и ребята направились именно в этот проход.
   Они без труда прорвали первый слой паутины. Но сразу же за первым слоем был и второй, и третий, и четвёртый слои. Паутина липла к лицу, к рукам, к ногам. И чем больше Саша и Аня дёргались, тем больше на них налипало паутины.
   И скоро они окончательно увязли. Ещё дёргались, ещё пытались вырваться, но то единственное, что от этого получали - это новые и новые порции паутины.
   - Нё дёргайся больше, Саша, - попросила Аня.
   - Почему ещё?! - отплёвываясь от паутины, выкрикнул мальчик.
   - Да потому, что в противном случае ты скоро и дышать не сможешь...
   - Да, ты права. Но что-то надо делать... Нельзя же здесь просто так висеть и ждать чего- то...
   - А у тебя есть зажигалка? - спросила Аня.
   - Зажигалки нет. Зато во внутреннем кармане пальто должен был остаться коробок спичек. Сейчас попробую его достать...
   Из сплетений паутины раздалось Сашино пыхтение. Вскоре он доложил:
   - Никак не могу дотянуться... Слишком плотно меня эта паутина спеленала... Сейчас ещё раз попробую...
   - Тише, Саша.
   - Что такое?
   - Слушай!
   Они замерли, и вот услышали громкие шаги. Эти шаги приближались.
   - Аня, - тихим, сдавленным голосом пролепетал Саша.
   - А?
   - Это паук идёт. Такой огромный, пузатый, ядовитый паук, который сплёл всю эту паутину. Аня, я с детства боюсь пауков. У меня, как это называется...
   - Арахнофобия, - подсказала девушка.
   - Да нет у меня никаких фобий! - обиделся Саша. - Вот только пауков боюсь...
   И тут страшным голосом выкрикнул:
   - Аня! Я амулет потерял!
   - Да как ты мог?! - ужаснулась девушка.
   - Сам не знаю. Пока в этой противной паутине барахтался, всё из головы вылетело. Тут пальцы разжались, и, в общем... не могу я его найти. Что же делать то будем?!
   Аня ничего не ответила, потому что она никак не могла ничего придумать. Не было больше её заветного чемоданчика, не было волшебного платка для полётов, вот и амулет потерялся. В общем, девушка чувствовала себя такой беспомощной, как никогда прежде.
   А шаги грохотали уже совсем близко. Вот зашевелилась паутина...
   Саша представил исполинского, уродливого паука, закричал долгое: "А!", и сделал-таки последний, самый отчаянный рывок к карману.
   И ему удалось разорвать сковавшую руку паутину. Он вырвал из внутреннего кармана коробок со спичками, и даже умудрился зажечь одну спичку.
   Но тут настолько сильный солнечный свет хлынул на него, что мальчик едва не ослеп. Его рука задрожала, спичка выпала и тут же потухла.
   - Всё - это конец, - так подумал мальчик, и сжался.
   И тут раздался очень сильный голос:
   - Кто это здесь? Запутались в паутине, словно мухи. Да нет: это не мухи. Это человеческие детёныши. Неужели и вправду?
   Саша сам у себя спросил: "Бывают ли говорящие пауки?", и сам себе ответил: "Нет: не бывают", но тут же добавил: "Впрочем, в последнее время я такое пережил, что и в говорящих пауков готов поверить".
   И он спросил вслух:
   - Извините, вы случайно не паук?
   И получил в ответ:
   - Что за бредни! Конечно, нет! Неужели ты сам не видишь?
   Сашины глаза постепенно привыкли к чрезвычайно яркому освещению, и он увидел, что перед ним стоит сияющий ослепительным солнечным светом великан.
   Великан освободил их от паутины, и приветливо улыбнулся. Ребята почувствовали к нему доверие. Саша спросил:
   - Кто вы?
   - Зовут меня Светомир, - ответил великан. - Я - грешный сын Солнца. За свою провинность я на веки вечные заточён в это подземелье. Но не пугайтесь. Время, которое я провёл здесь, в уединении, благодатно сказалось на мне. Я никому больше не хочу зла, а тем более вам. Более того, если смогу, то помогу вам.
   Пока он это говорил, Саша разглядел амулет, который лежал прямо у его ног. Мальчик схватил его и запихнул в карман.
   - А вы не знаете, где здесь Наковальня Солнца? - спросила Аня.
   - Конечно, знаю, - улыбнулся Светомир. - Ведь это в моей кузнице. Прошу за мной...
   Ребята несказанно обрадовались такой удаче и поспешили за солнечным великаном. Оказывается, арка вытягивалась на две сотни метров, и везде висела только что разорванная великаном паутина...
   И вот они вошли в помещение, где всё было таким же ослепительно ярким, как и великан. А в центре возвышалась наковальня. Лучше на неё было не смотреть, иначе можно было ослепнуть...
   Ребята огляделись, и увидели, что на стенах висят самые разные предметы, точнее произведения искусства. Там было всё, начиная от арф, и до двуручных мечей. Ни в одном музее они не видели таких красивых произведений. И все эти творения тоже были выкованы из сгустившегося солнечного света...
   И было этих дивных вещей так много, что ребята, загляделись на них.
   Но вот великан прокашлялся.
   Ребята вздрогнули, посмотрели на этого ослепительного исполина, и смутились. Саша сказал:
   - Кажется, мы потеряли чувство времени...
   - О да, такое бывает, если смотреть на то, что я выковал на наковальне.
   - И сколько же мы созерцали? - спросила Аня.
   - Без малого три часа, - ответил великан.
   - Ох, а нам показалось, что три минуты, - вздохнула девушка.
   Светомир молвил:
   - Признаюсь, люди не частные гости у меня. Тысяча лет минула с тех пор, как сюда в последний раз человек спускался. Тогда, конечно, лобного места не было, но зато была простая пещера в холме... Я рад бы вас чем-нибудь угостить, но у меня нет ничего, кроме света.
   - Спасибо, мы не голодны, - ответила Аня.
   - Мы пришли, чтобы разбить вот это, - сказал Саша.
   Он достал из кармана амулет, и протянул его великану.
   Великан схватил амулет, а Саша вскрикнул и отшатнулся к Ане. На ладони, до которой дотронулся великан, сразу же вскочил волдырь.
   А великан потускнел, и стало видно, как внутри его зарождаются и мечутся кроваво-алые вихри. Великан продолжал тускнеть, и только глаза его разгорались. Это были два белых, жгучих огня, и глядеть на них было больно: глаза слезились.
   Светомир заговорил, и голос его изменился- стал алчным:
   - Когда-то я охотился за этим амулетом. Он очень-очень много для меня значил, и до сих пор значит. Когда-то я готов был пойти, ради обладания им на убийства, на предательства, на ложь. В этом амулете великая сила! И я жажду этой силы! И кто мне помешает завладеть этим амулетом?!
   - Мы! - вырвалось у Саши, но он тут же почувствовал, как жалко прозвучал этот его возглас.
   Великан ухмыльнулся:
   - Вы? Да я просто дыхну, и вас не станет! Вот что, мальки, бегите отсюда, и не возвращайтесь! Видите, какой я добрый? Я даю вам возможность уйти...
   Саша знал, что великан действительно обладает такой силой: стоит ему только дыхнуть, и ничего кроме пепла от них не останется. И он быстро шепнул Ане:
   - Если хочешь - уходи.
   - А ты? - спросила Аня.
   - Конечно, я остаюсь, - ответил мальчик, которому на самом деле было очень страшно.
   - Тогда и я остаюсь, - молвила девушка.
   Тогда ребята взялись за руки, и шагнули навстречу великану. Они сказали громкими голосами:
   - Можете делать с нами, что угодно, но так просто мы не уйдём!
   Великан побагровел, лик его исказился; теперь он походил на уродца. Он криво усмехнулся, и прорычал:
   - Ну что же. Вы уже покойники!
   И тогда Аня крикнула ему:
   - Светомир, оглянитесь!
   - А? Что? Зачем? - нахмурился великан.
   - Увидите своё отражение.
   Великан обернулся. Позади него на стене действительно висело зеркало. Это зеркало, также как и все остальные произведения бывшие в этой зале, Великан выковал на наковальне Солнца. И, также как и остальные произведения, было это зеркало красоты дивной. Золотистая каёмка обрамляла гладкую поверхность. Каёмка эта переливалась, как солнечные блики, на поверхности чистейших вод.
   Но среди всей этой красотищи была одна пренеприятная деталь. Сам великан. Он увидел свой искажённый, потускневший облик, и смутился. Провёл багрово-кровавой рукой по лицу, которое почти превратилось в звериную морду.
   - Вот видите, до чего доводит алчность, - молвил Саша.
   А Аня сказала:
   - Видите, мы почти дети, но мы сильнее вас. Вы поддаётесь какому-то глупому искушению. Вы жаждите власти и силы. Но настоящая власть и сила в том, чтобы идти по избранному пути. Я вместе с Сашей ступила на этот путь и не сойду с него даже под угрозой смерти. От нас зависит жизнь иных людей, жизнь прекрасного леса...
   - Вы просто не знаете, что такое настоящая власть! - выкрикнул Светомир. - Вы не знаете, как это сладостно, когда вам поклоняется, когда от каждого вашего слова трепещут, когда смотрят на вас, как на бога!
   Но говорил он это неуверенно, и взгляд его метался из стороны в сторону, словно бы он искал у кого-то поддержки.
   - Поэтому - это гнусно! - гневно выкрикнул Саша. - Почему это вам должны поклоняться? Только потому, что вы их можете испепелить? Это как в первобытные времена!
   - Но историю не остановить, не повернуть назад, - сказала Аня.
   Воцарилось молчание. Великан тяжело дышал, выдыхал из своей широкой груди потоки раскалённого воздуха.
   И тогда Аня спросила чуть слышно:
   - Наверно, именно за тиранство вас заключили в лоно матери-земли?
   - Да... - мрачным голосом ответил Светомир.
   - И вы говорили, что прошедшие века изменили вас...
   - Да... - прохрипел он. - Нет! - заорал он.
   Два титанических вихря: один багровый, другой - солнечный поднялись из его тела, и сцепились, подобно двум змеям. Эти два вихря, две сущности, два желания были одинаковой силы, и никак не могли одержать победы. Они всё разрастались и разрастались, а великан раздувался, распухал, и уже очень-очень мало походил на человека.
   Саша и Аня вынуждены были отступить в арку, иначе бы они просто сгорели. Свнтомир метнул амулет на наковальню Солнца. Другой рукой он схватил молот, который не смогли бы приподнять и десять здоровых мужчин. Но тут грудь его разорвалась, из неё вырвались щупальца кровавых вихрей, оплели руку с кувалдой. Кувалда выпала, а рука оказалась раздавленной.
   Но тут второй рукой схватил он висевший на стене солнечный меч, и начал рубить щупальца. Они падали на пол, вспыхивали, в пепел превращались. Но на месте отрубленных появлялись новые щупальца. Они тянулись к мечу...
   И тогда издал Светомир отчаянный и яростный вопль. Грудь его окончательно раскрылась. Там трепетало огромное, пламенное сердце.
   И тогда все кровавые щупальца впились в сердце. Они жаждали разорвать сердце, но все сгорали. Зато из тела великана появлялись новые и новые богатырские длани. Ими он давил щупальца. А одной рукой он схватил он кувалду, и ударил ей по амулету.
   Всё потонуло в ярчайшем сиянии. Вздрогнул пол и своды. Аня и Саша рухнули на пол...
   А когда поднялись, то увидели, что в зале всё прежнее: солнечное и радующее глаз. А рядом с наковальней стоял Светомир. Он ковал.
   - Как вы себя чувствуете? - спросил у великана Саша.
   - Лучше, чем когда- либо, - не отрываясь от работы, ответил великан. - Ведь мне удалось избавиться от искушения, и это такое счастье!
   Некоторое время Светомир ничего не говорил, но продолжал работать. А потом спросил робко:
   - Простили вы меня?
   - Да, конечно! - ответил Саша.
   А Аня добавила:
   - Ведь вы совершили настоящий подвиг! Мы видели, как вы сражались.
   - А мне даже страшно было, - сказал великан. - Не знал, что такое зло во мне жило. Но теперь оно окончательно уничтожено.
   - А что вы сейчас делаете? - спросил Саша.
   Светомир ответил:
   - Когда амулет разбился, из него выплеснулось столько энергии солнечной, что я едва не захлебнулся. Энергия эта начала впитываться в пол, в стены, даже в потолок. Но я, с помощью заклятья удержал её. И теперь вся эта энергия под ударами молота сжалась в форму копья. Осталось лишь несколько последних штрихов...
   Эти штрихи были озвучены сильнейшими ударами, от которых вновь сотрясался пол и своды.
   Но вот Светомир отложил молот, и поднял с наковальни копьё. Конечно же оно очень ярко сияло, и от него исходил жар.
   - Если дотронетесь до него, так в пепел превратитесь, - предупредил великан. - Пойдёмте со мной.
   Они прошли в ту залу, куда спустилась круглая плита с лобного места.
   - Подождите меня здесь, - попросил великан.
   Светомир направился к арке, из которой исходило ледяное серебристое свечение. Эта арка, так же как и остальные арки была закрыта паутиной, но паутиной. Но Светомир просто дотронулся до паутины копьём, и она сгорела. Серебристое свечение усилилось, и Саше с Аней пришлось отступить в арку солнца, иначе бы они закоченели.
   Великан погрузился в лунное свечение, и исчез. Проходили, а точнее - тянулись минуты. Светомир всё не возвращался.
   - Быть может, он в ледышку превратился? - предположил Саша.
   Аня пожала плечами, но ничего не ответила.
   Прошло ещё несколько минут. Саша совсем извёлся от волнения, а Аня оставалась спокойной. Саша выдвинул очередное предположение:
   - Быть может, он обманул нас? Отнял у нас копьё, да и убежал?
   - Давай лучше не будем говорить всяких глупостей, а просто подождём, - предложила Аня.
   Ещё через несколько минут, которые показались Саше веками, мальчик выкрикнул:
   - Никогда мы больше не увидим не великана, не копья!
   - Увидим, - сказала Аня.
   - Почему ты так думаешь?
   - Да потому что - вон тень...
   Аня была права: из серебристой арки нарастала тень. И вот вышел Световид. Он потемнел, иней покрывал его тело. А в руке он сжимал копьё, которое тоже было тёмным.
   - Ой, вы, наверное, очень замерзли! - вздохнула Аня.
   - Ничего-ничего, - ответил великан. - Я цел, здоров. Не волнуйся за меня.
   Тем не менее, тело великана пробирала дрожь.
   Он протянул им копьё и сказал:
   - Возвращайтесь...
   - А как же вы? - спросил Саша.
   - А я останусь. Полечусь от насморка, а потом возьмусь за старое. Буду ковать разные вещи из солнечного света.
   Саша взял копьё: оно оказалось тёплым, но не обжигающим. Он завернул его в материю, которую дал ему великан. Теперь сторонние наблюдатели подумали бы, что - это лыжи, а не копьё.
   Ребята встали на платформу и попрощались со Светомиром. Он хотел ответить, но просто чихнул. Платформа понесла их вверх...
   
   
   
   
   
   Глава 9
   "Двойник"

   
   Была половина восьмого утра. Новый день только зарождался. Небо было мрачным. Низко над Москвой неслись тучи, грозились обрушиться новым снегопадом.
   Что касается милиции, то было официально признано, что те странные сообщения, что, якобы по центру Москвы двигался некий громадный всадник, были всего лишь слухами. Милицейские прочесали все улицы и улочки, расположенные вблизи Кремля и, не найдя ничего подозрительного, вернулись к обычной патрульной службе.
   И именно поэтому, когда Саша и Аня поднялись из подземелий на лобное место, никто их там не поджидал. Саша смотрел на мрачное небо, и сжимал завернутое в полотно копьё. Он говорил:
   - Я уверен: демон где-то поблизости. Наверняка он набросится как-нибудь подло. Сзади, наверное. Так что надо быть начеку.
   - Да, конечно. Но пошли скорее отсюда, - сказала Аня.
   Они сбежали с Лобного места, и далее через Красную площадь бросились в сторону метро. Саша постоянно оглядывался, но демона не было.
   И до самого метро их никто не окликнул, никто не попытался задержать.
   А когда они вошли в вестибюль метро, то были поражены тем, как же много там людей. Хотя, вообще-то, людей было не больше, чем в любой иной рабочий день. В этот утренний час люди ехали на работу. Но после того, как Саша и Аня побывали в таких удивительных, магических местах этот людской мир показался им странным и непонятным. Они не понимали, как все эти люди могут быть такими обыденными, в то время, когда их окружают такие изумительные вещи.
   И, глядя на их усталые, сонные лица, ребята вспомнили, что и они очень давно не спали...
   И вот они спустились по эскалатору, пропихнулись внутрь переполненного состава. Говорили тихо, чтобы их никто не услышал. Но их никто и не слушал. Их окружали сонные люди.
   - Я вот думаю: куда теперь? - спросил Саша.
   - Не знаю, - вздохнула Аня.
   - В лес? - спросил Саша, и тут же зевнул.
   Аня тоже зевнула, и спросила:
   - А что мы будем делать в лесу?
   - Ведьму искать, - сказал Саша и ещё раз зевнул.
   - Лес большой, - ещё раз зевнула Аня.
   - Да-а-а-а-а... - зашёлся долгим зевком Саша, протёр слипающие глаза и добавил. - А ведь после вчерашнего снегопада там все тропинки, все лыжни занесло. Что же нам, через сугробы продираться что ли?
   - Да... - пробормотала Аня. - Но только не сейчас. Надо отдохнуть, выспаться.
   - Честно говоря, и я очень устал. Но... куда мы пойдём? Я же не могу вернуться домой. Там двойник...
   - Двойник... - зевая, повторила Аня. - Пожалуй, нам надо поговорить с двойником. Он нам что-нибудь дельное посоветует.
   - Ладно, пошли ко мне. Сделаем так. Ты звонишь в дверь... а-а-а-а... спрашиваешь Сашу, то есть двойника.... а-а-а-а... он выходит, и на лестничной площадке мы поговорим.... а-а-а-а... договоримся, то есть... как бы поспать...
   
   * * *
   
   Через полчаса подошли к Сашиному подъезду. Там стояли две бабки. Увидев Сашу и Аню, они завизжали, и бросились бежать.
   - А-а, старые знакомые, - усмехнулся Саша, вспомнив, как эти бабки собирались отвезти их как в милицию, по обвинению в "сотонизме".
   Впрочем, Саша тут же опять начал зевать. Уж очень хотелось спать.
   Итак, они вошли в Сашин подъезд.
   Аня взвизгнула и схватила Сашу за руку:
   - Вон смотри - сидит!
   Саша поднял голову туда, куда она указывала, и обнаружил, что там сидит чёрный, мохнатый паук с красными глазками.
   - А ну - кыш! - крикнула на паука Саша.
   Паук даже не пошевелился.
   Ребята прошли дальше, а паук остался на месте. Саша пожал плечами и пробормотал:
   - Развелось тут пауков всяких...
   Но, когда они поднялись на Сашин этаж, там оказался ещё один паук. Он тоже сидел под потолком и таращился на них.
   - Саша, что же это такое? - спросила Аня.
   - А не знаю... устал я... вызывай его, я тут подожду...
   Саша остался на площадке, а Аня подошла к двери его квартиры и позвонила. И сразу же дверь распахнулась, и на пороге появился Двойник. Он приветливо улыбнулся, и заговорил очень громко:
   - А-а, милости прошу. Милости прошу. Сашины родители ушли на работу! Никто нам не помешает! Саша, ты слышишь?!
   Саша подошёл, устало улыбнулся и пробормотал:
   - Мне бы поспать немного...
   - Никаких проблем! - воскликнул двойник, и спросил. - А что у тебя в руке? Ни копьё ли из амулета выкованное?
   - Оно самое, - ещё раз зевнул Саша, и добавил. - А пройти можно? Чтобы поспать...
   - Да, конечно. А копьё подержать можно?
   - Да-а-а, пожалуйста, подержи... - вновь и вновь зевая, пролепетал Саша. - Только осторожнее: ведь то всё-таки драгоценность.
   - Да-да, конечно, я всё понимаю, - энергично закивал двойник.
   И Саша отдал ему копьё.
   Двойник первым пошёл в Сашину комнату, приговаривая:
   - Проходите, проходите, здесь вы можете чувствовать себя в полной безопасности.
   И вот они вошли в Сашину комнату. То, что они увидели там, сразу же вышибло из них сон.
   На диване спали под гипнозом Сашины мама и папа. А на Сашином стуле сидел демон. Двойник подбежал к демону и отдал ему копьё. Демон принял копьё, улыбнулся и сказал:
   - Замечательно. Теперь ни мне, ни ведьме нечего бояться. Ну а вы, деточки, добегались...
   Саша сжал кулаки. Он смотрел ни на демона, а на двойника. Он выкрикнул:
   - Ты гнусный предатель!
   Двойник продолжал улыбаться. А демон сказал:
   - Он ни в чём не виноват. Просто ночью я вернулся сюда, и обнаружил, что он перепрограммирован. Что же, я перепрограммировал его обратно. И он вновь мой верный слуга. Кстати, посредством моих глазастых паучков мы наблюдали за вами...
   И демон кивнул на экран монитора. Монитор был поделен на несколько квадратиков. Там были показаны разные этажи Сашиного подъезда.
   Демон сказал:
   - Даже в аду стараются не отставать от технического прогресса...
   Аня очень побледнела. Она обратилась к двойнику:
   - Я не могу поверить... ведь я...
   - Теперь я верой и правдой служу своему владыке. И ради него готов на любое злодейство - ухмыльнулся двойник, и обратился к демону. - Не угодно ли вам, чтобы я продемонстрировал свою преданность?
   - Отчего же не угодно? Очень даже угодно...
   Тогда двойник свистнул. Из-под дивана выбежала чёрная кошка, и доверчиво потёрлась об ноги двойника.
   - Мурка, Мурка... - улыбался двойник.
   Он нагнулся, подхватил кошку, к груди её прижал, гладил её по голове, приговаривая:
   - Мурка... Му-у- урочка...
   Кошка мурлыкала.
   И вдруг двойник оторвал несчастному зверьку голову, лапы и хвост. Все эти разрозненные части он отбросил в угол, и осведомился:
   - Ну что, теперь у вас нет никаких сомнений?
   Аня вскрикнула, и, если бы её не подхватил Саша, упала бы она без чувств на пол. Демон так и сиял довольством, он говорил:
   - Доверяю тебе полностью и безоговорочно.
   Тогда двойник осведомился:
   - А можно ли в награду за это кое-что попросить у вас?
   - Что ещё? - нахмурился демон.
   - Я бы хотел собственноручно вас убить.
   - Негодяй! - воскликнул Саша.
   А демон рассмеялся, и потрепал синтетические волосы двойника:
   - О, какой хороший у меня ученик! Конечно, разрешаю...
   - Замечательно! - улыбнулся двойник. - А можно я сам выберу для них казнь.
   - О, да! - радовался демон.
   - Я бы хотел проткнуть их копьём! - заявил двойник.
   - Ха-Ха-Ха! - демон захохотал так громко, что даже оконные стёкла задрожали. - Получается, что они столько бегали, страдали, чтобы выковать оружие своей казни?! Это ты здорово придумал! Хвалю! Им, должно быть, очень больно! И это так приятно!
   Пока он это говорил, Саша осторожно усадил лишившуюся чувств Аню возле стены. Затем он подхватил увесистым мешок со своими стихами, и воскликнул:
   - Учтите, я так просто не дамся!
   И вновь захохотал демон, и вновь задрожали от его хохота окна.
   - Так можно я их прикончу? - осведомился двойник.
   - Да, конечно! Конечно же! С каким удовольствием я буду наблюдать эту сцену! - приговаривал демон.
   И он протянул двойнику копьё, выкованное на Наковальне Солнца.
   Двойник схватил копьё, и бросился на Сашу. Саша замахнулся мешком со стихам...
   Но двойник не добежал до Саши. На половине пути он развернулся к демону, который скрестил руки на груди, и улыбался. И двойник запустил копьё в демона. Это был отменный бросок. Копьё пробило руку демона, пробило его грудную клетку, пробило его ядовитое сердце, и... исчезло.
   Исчез и демон. Никаких драматических взрывов, никакого грохота. Был демон, и не стало демона.
   Саша выронил мешок со стихами, и опустился на пол рядом с Аней.
   
   * * *
   
   Двойник принёс два стакана с крепким, горячим чаем для Ани и для Саши. Поймал их недоверчивый взгляд, и сказал:
   - Не бойтесь, не отравлено...
   - Правда? - Саша с сомнением смотрел на него.
   - Вы не доверяете мне. Понимаю. Что же, я должен рассказать, как всё было. Прошедшей ночью демон ворвался сюда. Он застал меня врасплох, когда я читал книгу сказок. Он проверил мою программу, зарычал от ярости, и начал перепрограммировать. Однако, Аня вложила в меня такую программу, что я был не просто послушным исполнителем. Я искал выход, я боролся. И вот я нашёл резервный блок памяти, и перебросил туда старую, Анину программу, поставив на неё метку "Руководящая". Таким образом, Анина программа доброго поведения была сохранена. Демон проверил, загрузилась ли его программа. Да - она была загружена, и он был доволен. Но я был прежним, добрым Я. Просто я знал, чего хочет от меня демон. Он загипнотизировал твоих родителей...
   - А они не могут проснуться, и увидеть нас? - встревожился Саша.
   - Ещё три часа будут спать, - сказал двойник.
   - Ладно, продолжай дальше, - потребовал Саша. - Почему ты нас обманул на пороге? Почему не предупредил сразу?
   - Как же я мог предупредить, если, с помощью пауков демон не только видел каждое ваше и моё движение, но и слышал каждое слово.
   - Хорошо, но почему тогда ты не бросил копьё в него сразу, как только мы вошли в комнату? - спросил Саша.
   - Тогда он был напряжён и готов к нападению. Даю стопроцентную гарантию, что он отразил бы мою атаку, и тогда всё было бы кончено.
   Следующий вопрос задала Аня:
   - А кошка? Как ты мог пойти на эту мерзкую экзекуцию?
   Двойник улыбнулся и спросил у Саши:
   - А у тебя была кошка?
   - Э-э, нет.
   - Это не имеет значения, - гневно сказала Аня. - Может, это дворовая кошка, но ты разорвал её! Я не могу радоваться нашей победе!
   - Смотрите...
   Двойник прошёл в угол, и подхватил части кошки. Он быстро их собрал. Кошка завертела хвостом, замурлыкала.
   - Что-о?! - изумился Саша.
   Зато Аня сразу догадалась. Она просияла, и воскликнула:
   - Кибернетическая кошка!
   - Совершенно верно, - улыбнулся двойник. - Так, от нечего делать собрал её. Не думал, что она такую службу сослужит. Не правда ли, Мурка?
   Кибернетическая кошка довольно мяукнула.
   Саша спросил:
   - А где теперь демон?
   - Там же, где и ведьма, - ответил Двойник. - Они нерасторжимой цепью были связаны, и теперь в аду, и в ближайшую тысячу лет не смогут оттуда вырваться. Также и все их приспешники вроде пауков или безглазого бомжа за ними отправились...
   Они перенесли Сашиных родителей в их комнату, где они продолжили спать.
   После этого двойник сказал смущённо:
   - Ну, я пошёл.
   - Да, пока, - зевнул Саша.
   - До свидания, - произнёс двойник и направился к двери.
   - А куда ты пошёл? - спросила Аня.
   - Вообще-то не знаю, - признался двойник.
   - Как, не знаешь? - испугался за него Саша.
   - Пойду, куда ноги выведут. Главное, подальше уйти, чтобы вам никаких неприятностей не доставлять. Документов на меня всё равно нет.
   - Нет, мы тебя так не отпустим, - сказала Аня.
   - Даже и не думай уходить! - воскликнул Саша, и даже схватил его за руку.
   - Право, мне так неловко, что доставляю вам столько неприятностей, - больше прежнего смутился двойник.
   - Да что ты! - воскликнула Аня.
   - Ведь это благодаря тебе над демоном и ведьмой одержана победа.
   - Что вы, что вы... - двойник продолжал смущаться, но не мог скрыть того, что очень польщён похвалой.
   Но потом он спросил:
   - Но что же со мной делать?
   И Саша сказал:
   - А поехали сейчас в лес, к круглому озеру. Там мы обязательно встретим кого-нибудь из волшебных существ. Они нам и помогут. Кстати, спасибо за чай - он отогнал сон...
   
   * * *
   
   Менее чем через час они вышли на подмосковную платформу, и направились к достопамятному лесу.
   Тучи ушли, выглянуло солнце. Но, вопреки тому, что в такой ясный зимний день, должно было быть морозно, было по-весеннему тепло. Настроение улучшалось с каждым шагом. И на опушке леса Саша с Аней даже поиграли в снежки.
   На опушке их ждали сани, запряженными тремя златогривыми скакунами. Поводьями правил облачённый в белую мантию седовласый старец. Не говоря лишних слов, ребята уселись в сани.
   Старец повёз их к озеру. Вот это было скорость! Аж, дух захватывало! Ребята, а также и двойник смеялись, радовались жизни.
   А вот и Круглое Озеро. Теперь оно не казалось мрачным. Из-под льда исходил солнечный свет. А в центре была полынья, из которой высунула голову русалка-Огневласка. Она приветливо улыбалась ребятам.
   Также возле озера собрались многие диковинные создания. И живые пни, и старички-лесовики, и похожий на мшистый ствол леший, а также и звери в кафтанах. Все они кланялись героям, и превозносили их.
   Конечно, Саше и Ане было очень приятно, но тревога за судьбу двойника не оставляла их. Саша спросил:
   - Не поможете ли моему другу где-нибудь устроиться?
   - Конечно, поможем, - сказал леший. - Он будет моим помощником.
   - Ой, я что же в лесу буду жить? - спросил двойник.
   - А у меня очень хорошие, просторные хоромы под корнями старого дуба, - похвастался леший. - Будешь мне как сын. Я - лесник, дел у меня много, а ты будешь моим помощником. А то, что люди говорят, будто я плохой - это не правда. Да ты и сам увидишь.
   - Право, мне очень приятно. Я надеюсь, что полюблю этот лес.
   - Обязательно полюбишь! - хором закричали волшебные создания.
   - Робот, любящий лес - это что-то новое, - улыбнулся Саша.
   - Что же, теперь нам пора возвращаться, - сказала Аня.
   - А как же пир? - спросила белка в средневековом кафтане.
   - Какой ещё пир? - изумились ребята.
   Тут на льду озера раскрылись скатерти-самобранки. Чего там только не было! Никогда ещё Саша и Аня не ели так вкусно...
   Но всему приходит окончание. Вот и пир закончился.
   Саша и Аня попрощались с двойником, с волшебными созданиями, и пообещали, что будут наведываться в этот лес каждое воскресенье.
   И они исполнили это обещание. И даже когда они выросли, каждое воскресенье приходили они в лес. Они окончили школу, потом - институт. И уже, как муж и жена, со своими детьми, приходили они к дивному берегу.
   И будучи взрослыми, в душе своей они оставались детьми. И это было величайшим даром за все те испытания, которые им довелось пережить в те холодные зимние дни.

КОНЕЦ.
11.01.03