<<Назад
   
"Многомирье: Слияние Миров"

   

Глава 1

    ...Выйдя из шарообразного устройства телепортации, Виктор Райс неспешной походкой направился в сторону парка. Торопиться ему было некуда.
    Тихо сиял солнечный, прохладный день начала октября; светло-золотистая и алая листва шуршала под ногами; слабые порывы ветра гнали листья по гладко асфальтированной улице. В воздухе витали приятные ароматы пирожков с джемом и с сосисками.
    ...Когда Виктор ступил на парковую дорожку, теплом запульсировал возле его сердца "связник". Что ж - это значило, что поблизости находится человек, у которого есть с Виктором весьма много общего, и с которым даже может получится дружеский или любовный контакт.
    Виктор огляделся, и увидел, что на скамейке, чуть в стороне от основной дороги сидит девушка, в алом пальто, с золотистыми, под цвет палой листвы, густыми, раскиданными по плечам волосами.
    До того, как появился Виктор, девушка читала, и сейчас весьма толстая, в тёмной обложке книга лежала на её коленях. Но девушка уже не глядела на книгу, она улыбалась Виктору, и лёгким кивком головы пригласила его подойти.
    Что ж, в этот солнечный, праздничный день Виктор был настроен на знакомство - тем более, с такой миловидной особой. Говорить "вы" ровесникам, которые ему нравились, Виктор считал бестактностью, поэтому сразу перешёл на "ты":
    - Тебе тоже "связник" подсказал?
    - Да... - девушка на мгновенье дотронулась до своего пальто над левой грудью; там, во внутреннем кармане должен был лежать "связник".
    Виктор сел на лавку и достал из пакета несколько пирожков, поинтересовался:
    - Будешь?
    - Спасибо. Ведь я здесь давно сижу и проголодалась. А это тебе...
    Она достала из рюкзака небольшую бутыль, налила Виктору в саморастворяющийся стакан синеватой жидкости. Пояснила:
    - Этот напиток мой дядя прислал. Делают напиток из плодов растения ски-ски. Ну ты, наверное, слышал: их в подземельях на Тритоне выращивают.
    - Тритон - это спутник Нептуна?
    - Ага... Там особое излучение: вот наши земные абрикосы и мутировали в эти ски- ски.
    - Раньше не пробовал, но, надеюсь, сильно пьяным не буду.
    - А ты не бойся, а пей.
    Виктор сделал несколько глотков, прикрыл глаза, молвил:
    - Сладкое. И так тепло внутри стало. Очень хорошо...
    Открыв глаза, он обнаружил, что девушка внимательно, изучающее смотрит прямо на него.
    - Альфа, - произнесла она.
    - Что? - слегка ошалело переспросил Виктор.
    - Ты так до сих пор и не спросил, как меня зовут. А это моё имя - Альфа. Правда, чудное имя?
    - Ну, право, и не знаю. Альфа - это же первая буква греческого алфавита. Традиционного считается: "альфа - начало всего, омега - конец". Я, кстати, Виктор... Но с чего у нас всё началось? То есть, я понимаю, что это "связник" подал знак и тебе и мне, что рядом человек, который весьма близок по духу, с которым кое что может получиться... Но ведь этот "связник", к сожалению, не столь уж и совершенен, то есть, я хочу сказать, в глубины души он залезть не может, а только и выдаёт самое поверхностное; вот у нас была некая общность именно в то мгновенье... И хотелось бы выяснить...
    - Да, я тебя поняла, тебе хотелось бы выяснить, о чём таком общем, схожем, мы подумали, ещё до того, как увидели друг друга. Ну что ж, давай вспомним. Я прочитала, как главный герой телепортировался... уж и не важно, куда он там телепортировался, но, главное, сам процесс телепортации. Он такой нам привычный - ведь почти каждый день телепортируемся.
    Виктор подхватил:
    - Чувство моё, когда я только вступил на парковую аллею, ещё даже и в мысль не оформилось. Просто, когда я увидел это печальное спокойствие осенней природы, мне показался чуждым сам процесс телепортации. В одном устройстве человек разбирается на атомы, а в другом, отдалённом на сотни, а, может, и на миллионы километров - в то же самое мгновенье человек собирается с точностью до атома. Но ведь это уже другие атомы. То есть, компьютер анализирует, берёт эти другие атомы из некоего хранилища или даже из окружающего пространства, обрабатывает их нужным образом, комплектует, и вот - на тебе, выходит точная копия... Понимаешь: копия. Вот я телепортировался, я здесь, я помню всю свою прошлую жизнь; но этот я нынешний - это уже другие атомы, нежели те, что составляли меня до телепортации...
    - Не тебя, - произнесла Альфа.
    - Да! Можно ещё этого напитка из ски-ски?
    - Конечно, можешь и не спрашивать. Подливай, сколько хочешь.
    Но Виктор так был возбуждён этим разговором, что подливать не стал, а вместо этого выпалил:
    - Ты права: я нынешний - это просто копия, того я, которой вошёл в телепорт. А где тот, прежний?
    - Нигде. Мгновенно разобран на атомы. И атомы рассеяны в вакууме.
    - Вот! И, получается - я прежний погиб!.. Неужели я, нынешний, тоже при следующей телепортации погибну? Неужели все люди - а ведь именно все люди телепортируются! - все они погибают, а затем вновь возрождаются?..
    - Да-да, Виктор, вот именно такая же мысль и мне в голову пришла. Вот эта мысль нас и объединила.
    - Такая же мысль, должно быть, уже у многих людей была, - проговорил Виктор и всё же налил себе ещё напитка ски- ски.
    Альфа продолжала:
    - Просто мы привыкли телепортироваться. С самого детства - всё телепортируемся, телепортируемся и телепортируемся.
    - А ведь триста лет назад никаких телепортов и ещё и не было, - произнёс Виктор и улыбнулся.
    Причиной его улыбки был напиток ски- ски, который ещё лучше разогрел его. Но при этом голова юноши оставалось чистой, алкогольного опьянения он не чувствовал.
    Альфа спросила:
    - Ну и что теперь: предлагаешь вовсе не телепортироваться?
    - Ха! Знаешь, это забавная мысль, но нет... я ещё не готов к этому. Так вот: неожиданно, отказаться. Ведь недаром, наверное, нас уверяют, что телепортация - это совершенно безопасно, что при телепорте восстанавливается личность человека, и ничего не теряется. Даже доказывают, что из кабины выходит тот же человек, что вошёл в другую, отдалённую кабину, но... слова их, в конце- концов, для меня звучат не убедительно!..
    Альфа поднялась с лавки, и протянула Виктору свои запястья в жёлтых, кожаных перчатках. Спросила:
    - Пойдём, погуляем по парку?
    - Ага, - сразу согласился Виктор и, взяв девушку за левую руку, пошёл рядом с ней по аллее.
    Так и шли они: неспешно, слушая шелест листьев и только иногда начинали общаться. Виктор узнал, что Альфа работает учительницей европейского языка в школе; ну а сам Виктор рассказал, что он работает в агентстве новостей; попросту - он репортёр.
    - О-о, ну тебе, наверное, по работе многое приходится телепортироваться, - молвила Альфа.
    - Нет. Как и обычные люди. Вот обычный день: утром встал, собрался. Телепортируюсь на работу. Там собрание. Обсуждаем, какие планы, кто что делает. Мне, к примеру - на Марс; выяснить, почему в сто двадцатом квартале Большого Каньонного Петербурга не работают системы очистки воздуха, и люди на тамошнем заводе бастуют. Вот я телепортируюсь на Марс, вместе со своей командой провожу мини- расследование, а это два-три дня; за это время совершаю не больше десяти- пятнадцати телепортаций, а потом - возвращение на Землю, и - либо премия, либо - выговор. Чаще - выговор, так как с сенсациями туго...
    - Понятно. Ну а я обычно - два раза в день из дома на работу, с работы - домой. Если есть возможность пролететь на "тарелке" - пролетаю.
    - И сегодня?
    - Да. И сегодня я пролетела в парк на "тарелке". В парковке её оставила. Отсюда за пятнадцать минут можно дойти.
    - Но до Марса, ни дойдёшь, ни доедешь, а лететь - ого-го как долго, - печально улыбнулся Виктор. - Ты только представь, если я скажу: вот вы мне дали задание на Сатурне, сделать праздничный репортаж с "Кольцевой станции-15", а я полечу туда по старинке, на ракете, потому что, мол, телепортации боюсь... Ответ очевиден: посоветуют отдохнуть, расслабиться; намекнут, что неплохо бы посетить доктора, а потом уволят... Такой разговор, который мы незадолго до этого вели: он хорош для парка, для начала романтического знакомства, но для реальной жизни - совсем не подходят. Общество не примет таких настроений. Все телепортируются, также как телепортировались их отцы и деды, а наши разговоры... В общем, сейчас я понимаю, что лучше об этом забыть, и жить, как прежде.
    - Ты сможешь жить, как прежде? - тихо спросила Альфа.
    Виктор почувствовал, как вновь и ещё большим теплом начал пульсировать "связник" в кармане у его сердца. И он ответил:
    - Нет. Теперь кое-что изменилось. Оставишь мне свой номер?
    - Оставлю. Надеюсь, на ответную любезность.
    Они обменялись номерами своих "фонов", а также передали и домашние адреса. Сделать это было совсем не сложно: просто нажать несколько кнопочек на "связнике" и необходимая информация поступала в память второго "связника".
   
   * * *
   
    Примерно через час, погуляв по парку, и поговорив на разные, не относящиеся к телепортации темы, Виктор и Альфа вышли на опушку и направились к стоянке...
    Наступал вечер. Солнце уже давно скрылось за округлыми стенами небоскрёбов. В розовеющем небе изредка пролетали корабли - большие и малые: в виде овалов, тарелок, и совсем уж причудливые, ни на что не похожие, но все, конечно же, принадлежащие людям: ведь иные цивилизации пока что не удалось найти. Воздух был достаточно свежим и чистым - вредные выхлопы практически отсутствовали...
    Подойдя к стоянке, Альфа спросила:
    - Ну что, подвести тебя?
    - Ага, - сразу и с радостью согласился Виктор. - После такой замечательной прогулки совсем не хочется в этот ужасный, расщепляющий механизм...
    Говоря "ужасный" и "расщепляющий", Виктор хотел пошутить, но шутка явно не получилась. Его слова вполне можно было принять и за действительно страшную реальность.
    По эскалатору спустились на территорию стоянки. В подземном, бетонированном зале было пустынно - мало кто сюда заглядывал.
    Альфа приложила жетончик к выемке у одной из дверей, и дверь бесшумно откинулась в сторону. Они вошли в залитый ярким белым светом бокс, где стояла овальная, выкрашенная в цвета осени "тарелка" Альфы.
    Заняли места и "тарелка" плавно взмыла вверх, через открывшийся в потолке проём.
   И вот они уже полетели над парком.
    - Красота-то какая! - искренне восхищался Виктор. - Ты гляди-гляди, сколько деревьев, и все разные. И с городом вместе тоже прекрасно смотрятся... Всё же "чувствидение" не может передать всей полноты этих чувств.
    - Вот. А если бы "телепортнулся" сейчас по привычке - сразу до дому, так и не увидел бы всего этого. Одно дело ходить под деревьями, а другое - глядеть на них сверху!
    - Ну ты и сама, вместо того, чтобы на работу летать - телепортируешься туда.
    Тут Альфа нажала несколько кнопок, и стеклянный колпак откинулся; сразу обдал их сильный, осенний ветер.
    - Да ты что! - крикнул, тщетно пытаясь поправить причёску, Виктор.
    Альфа засмеялась, и воскликнула:
    - Это тебе для полноты чувств! Надолго запомнишь этот полёт!..
    - Закрой!
    - Что, боишься сквозняков? Ну, ладно, закрываю!
    И снова они летели под стеклянным колпаком.
    - Так почему ты телепортируешься, а не летаешь на работу? - повторил вопрос Виктор.
    - Да потому, что только сегодня я поняла, насколько это страшно - телепортироваться, - голос Альфы снова стал серьёзным.
    - Больше не будешь?
    - Не буду. А ты?
    - А мне придётся. Я же говорил: работа такая. И, знаешь, Альфа, я специально серьёзную литературу на эту тему почитаю. Наверняка, там найдётся утешение, тогда и тебе разъясню. И ты перестанешь бояться.
    - Утешение, может, и найдётся, но будет ли оно соответствовать истине?
    И дальше, до самого дома Виктора они летели, не разговаривая. Потом Альфа опустила "тарелку" возле его подъезда.
    Выходя, Виктор спросил:
    - Ну что теперь? До скорой встречи?
    - Да. До завтра. Созвонимся.
    Дверца закрылась и тарелка взмыла в небо. Виктор ещё махнул на прощанье рукой. Затем - вошёл в свой подъезд.
   
   * * *
   
    Он думал: "По крайней мере не буду пользоваться телепортом".
    Но, когда он нажал на кнопку вызова лифта - она не загорелась. Зато заворковал мелодичный женский голос:
    - Извините, но лифтовая система не работает. Рекомендуем воспользоваться телепортом.
    - А по лестнице никак нельзя? - язвительно спросил Виктор.
    - На лестнице между этажами четырнадцать, пятнадцать и шестнадцать, а также - между этажами тридцать восемь, тридцать девять и сорок проводится роботизированная замена штукатурки. В воздухе временно присутствуют опасные для здоровья токсины, о чём сообщается всем желающим выйти на лестницу. В связи с этим рекомендуем воспользоваться телепортом.
    - А-а, ладно! - Виктор махнул рукой и подошёл к обитой лакированными дубовыми листами кабинке, на двери которой было написано очень просто и доходчиво: "Телепорт".
    Всё же, прежде чем нажимать ручку, Виктор замер. Он стоял и с неожиданным ужасом думал:
    "Вот сейчас эта дьявольская машина раздерёт меня на атомы, а потом соберёт где-то там, наверху моё подобие, но только вот мне нынешнему будет уже плевать на это. То есть меня уже вообще не будет! Я погибну!".
    И чувствовал он такое напряжение, что даже дёрнулся и вскрикнул, когда услышал рядом с собой голос:
    - Привет.
    Обернувшись, он увидел своего приятеля Лёшу, который жил тремя этажами ниже его (квартира Виктора находилась на шестидесятом этаже). Невысокий, плотно сложенный Лёша возвращался с теннисного корта, за ним шагала такая же как и он невысокая и плотная жена Лёши. Конечно, они могли бы телепортироваться к себе и от самых кортов, но, по-видимому, решили пройти несколько кварталов.
    - Что случилось? Ты чего? - Лёша дружелюбно улыбнулся.
    - Да ничего, - выдохнул Виктор.
    - Наверное, ужасов по "чувствику" насмотрелся?
    - Не. Давно не смотрел... Я это просто... того... из-за работы... Понимаешь, такое ответственное задание, я весь на нервах. Ну я тебе потом расскажу.
    - А ну да. Заходи как-нибудь на неделе. Пиво у меня есть.
    Лёша спокойно вошёл в телепорт, дверь за ним захлопнулась. К Виктору подошла Лёшина жена, дежурно улыбнулась, спросила:
    - Как дела?
    - А-а, нормально.
    - Что-то давно тебя на кортах не видела...
    Дверь телепорта распахнулась. Лёши там уже не было.
    - Всё занят, - пробормотал Виктор.
    - Ну давай. Заходи к нам как- нибудь...
    И Лёшина жена зашла внутрь телепорта, дверь за ней захлопнулась, и... Виктор снова остался один в пустынном холле.
    Ещё несколько секунд он стоял, никак не решаясь открыть дверь, и снова думал: "А не подняться ли, всё-таки, пешком? Уж лучше покашлять от токсинов, чем быть расщеплённым".
    Но затем с некоторой даже злостью одёрнул себя: "Хватит об этом думать... Завтра же скажу Альфе, что ни к чему хорошему подобные рассуждения не приведут. Психоз заработаем и вместе лечиться будем".
    Он вошёл в кабинку, приложил ладонь к считывающему устройству. Загорелась надпись, подтверждающая личность Виктора.
    Юноша раздражённо буркнул:
    - Да, это я. Возвращаюсь в свою квартиру.
    Через мгновенье дверь компактного телепорта в прихожей квартиры Виктора распахнулась, и из неё вышел... Виктор Райс.
   
   
   
       

Глава 2

    Наступила ночь, но Виктору не спалось. Он поднялся с пытающейся подстроиться под текущие потребности его тела кровати, и подошёл к окну. Это было большое, на всю стену окно из пуленепробиваемого стекла. Виктор, по желанию, мог видеть всё, что происходило на улице, но со стороны улицы его не было видно...
    Вдруг ему показалось, что в комнате есть кто-то, помимо него. Вроде бы шорох послышался. Он резко обернулся.
   В тёмном углу стояла некая фигура!
   Юноша вжался спиной в стекло и проговорил настолько отчётливо, насколько мог в этот ночной, сонный час:
    - Освещение в угол э-э... У- 15.
    Угол тут же залил ровный, апельсиновый свет. Никого там не было, но всё же Виктору показалось, что из этого угла в воздух метнулась и тут же растворилась тень.
   Виктор приказал:
    - Освещение по всей квартире!
    Стало достаточно ярко, и никого не было видно, что, впрочем, совсем не удивительно, если учесть, что Виктор жил холостяком и отдельно от родственников.
    Улёгся на кровать, но глаза долгое время не закрывал. Думал: "Завтра же надо серьёзно поговорить с Альфой. Договориться, чтобы больше не касаться темы телепортов... Ну а мне надо почитать серьёзную литературу на эту тему, чтобы окончательно уяснить, что бояться нечего".
   
   * * *
   
    Мягкий, но всё же ненавистный из-за своей обыденной настойчивости голос будил Виктора на следующее утро:
    - Виктор Райс, просыпайтесь, пожалуйста. Начинается рабочий день. Вы можете опоздать на работу... На кухне вас ожидает именно тот завтрак, который вы заказывали на это утро в прошлые выходные недели.
    - Утренняя водная процедура третьей степени, - потребовал Виктор.
    И тут же его окатили холодной, но не ледяной водой.
   Виктор вскочил, бросился сначала в туалет, потом - в ванную, и, наконец - на кухню. Позавтракал быстро, но без всякого аппетита; начал было одевать рабочий, строгий костюм, когда зазвонил видеофон, тут же и информация появилась - звонили с работы.
    Виктор попытался придать своему, весьма помятому лицу деловое выражение, и нажал кнопку связи...
    На него глядел, широко улыбаясь, товарищ по работе - тоже репортёр, Ник Саммонз.
    - Привет, Вик, что - тяжёлое утро после выходного дня?
    - Вроде того, - раздражённо буркнул Виктор.
    - А я хотел сказать: совещания сегодня не будет. Горгон (так звали начальника), улетел на курорт, а нам оставил указания, кто куда летит. И, как думаешь, куда тебя?
    - Ну?..
    - Командировка на Ио!
    - На Ио?! О господи, кошмар какой! - вздохнул Виктор. - Там же постоянная тряска, а ещё придётся ходить в этих нелепых, громоздких костюмах...
    - Что поделать, что поделать. Ио, конечно, не курорт, и ты можешь отказаться, но...
    - Можешь не продолжать. Сам знаю: положение моё совсем ненадёжное, шеф не доволен, что я не раздуваю сенсаций из ничего, а увольняться мне пока что не стоит... Ладно, лечу... Э-э, и на сколько там рассчитано?
    - На три дня. Надо снять репортаж о добытчиках минерала экз-18.
    - Его ж роботы добывают.
    - Ну, значит, о тех, кто этих роботов обслуживает.
    - Их другие роботы обслуживают.
    - Ну, значит, о тех людях, кто обслуживают обслуживающих роботов. Вылетать надо сегодня. Заскочи в офис, получишь официальные бумаги. С тобой летят Каина и Артём Круглик.
    - Ок. А на сколько дней эта канитель рассчитана?
    - Ща гляну... А-а, на три дня. В среду вечером уже вернёшься.
    - Проклятье!
    - Чего ругаешься- то?
    - Да так ничего. Всё нормально. Через десять минут буду.
    Отключив связь, Виктор подумал, что стоит позвонить Альфе, предупредить её, что встречи в этот день у них не получится. Включил связник, и через него подключился к видеофону. Надеялся, что сейчас увидит лицо Альфы... И действительно - увидел её, уже собирался извиниться, но это оказалась запись, она, мило улыбаясь, говорила:
    - К сожалению, я сейчас не могу ответить на ваш вызов, оставьте своё сообщение, и я обязательно перезвоню вам.
   
   * * *
   
    Виктор допил чашку с кофе, телепортировался в офис, встретился там с Каиной и Артёмом Круликом, забрал бумаги, на которых было расписано, что требовалось от них во время трёхдневной командировки.
    Конечно, бумаги были только пустой формальностью: всю информацию могли просто скинуть на связник, но тут ещё действовала старая бюрократическая система, и эти бумаги потом даже подшивали и сдавали в устроенный под старинку архив...
    ...Перед тем как телепортироваться на Ио, Виктор ещё раз попытался связаться с Альфой, но вновь неудача - видеофон показал её запись и она сообщила то, что Виктор уже слышал...
    И вот телепортация на Ио.
    Входя в кабинку, Виктор намеренно с раздражением думал о вчерашних страхах, и ещё добавлял, что все эти мысли о гибели при каждой телепортации - это просто психоз, что от этого надо избавляться.
    И вот - телепортация.
    Виктор попал на промежуточную станцию, в поясе астероидов, где руки робота стремительно напялили на него громоздкий, защищающий от Юпитирианской радиации костюм, и уже потом предложили перекусить. От закуски Виктор отказался, хотя бы потому, что делать это в защитном костюме было крайне неудобно. Ну а затем - телепортация на Ио.
    Что сказать об Ио? О том, что Ио - это спутник Юпитера и так все знают. Ну ещё Ио - самое вулканически активное тело в солнечной системе. Многокилометровые огнистые выбросы из вулканов вздымаются в небо; а там, над полями вязкой, неспособной застыть лавы, висит, заслоняя почти всё небо, исполин Юпитер с никак не желающим исчезать Красным пятном.
   Почва на Ио постоянно вздрагивает, и от этих толчков не могли защитить никакие механизмы; просто некоторые к этим толчкам довольно быстро привыкали, а вот Виктора тошнило, и он не мог восхищаться ни грозной красотой Юпитера, ни инфернальными пейзажами Ио.
    А надо было работать. И, преодолевая слабость, постоянно натягивая на лицо неискреннюю улыбку, Виктор Райс начал договариваться с представителями местной власти. Ведь ещё надо было получить пропуски на некоторые шахты, да и вообще - заручиться поддержкой... И закрутилась канитель, понадобились дополнительные бумаги, причём - не только с подписями, но ещё и денежные купюры.
   И, хотя всё это было уже не в первый раз, и подобные расходы подразумевались - в этот раз Виктор чувствовал и раздражение и усталость.
    Больше всего хотелось вернуться назад, в тихий осенний парк, сесть там на лавке, рядом с Альфой, и, слушая шелест листьев, завести разговор о чём-то самом главном, быть может - о смысле жизни...
   
   * * *
   
    Командировка затянулась. Виктор возвращался домой не в среду, а в пятницу, поздно вечером. За эту неделю, будучи на Ио, Виктор совершил не менее пятидесяти телепортаций; нервотрёпки хватало, он уставал, да и ночью не мог отдохнуть, так как постоянная тряска ненадёжной почвы Ио не давала ему заснуть.
    Альфе он тоже частенько названивал, но ответ всегда был один - её не было. Это причиняло ему дополнительную боль и волнения. Виктор думал: быть может, она больше не хочет со мной встречаться? Но почему?.. Нет - лучше не думать. И "связник" ничего не подсказывал - слишком большим было разделявшее их расстояние...
    Но вот, наконец, возвращение. На этот раз был снят репортаж, если и не сенсационный, то с несколькими неожиданными поворотами, которые должны были поднять рейтинг программы, в которой работал Виктор. Его компаньоны - Каина и Артём Крулик были по этому поводу веселы; приглашали Виктора выпить вместе в этот пятничный вечер, но Виктор отвечал, что то единственное, чего он хочет - это завалиться в свою мягкую, не вздрагивающую постель, и проспать столько, сколько ему хотелось. То есть - до следующего вечера. Каина и Артём не обижались, а только сочувствующе поглядывали на измученного Виктора.
    И вот - прыжок на промежуточную станцию, плывшую среди астероидов, там - замена громоздких скафандров на аккуратные костюмы, и уже финальная телепортация на Землю. Причём Виктор сразу велел перенестись в свою квартиру...
    Перед этим желанным переходом Виктору ещё несколько секунд пришлось ждать. Датчики тщательно проверяли - не несёт ли он какую-либо инопланетную заразу? Не обнаружив таковой, компьютер разобрал тело Виктора на атомы, и в то же мгновенье собрал другие атомы в точно такой же последовательности, но уже в компактом телепорте, расположенном в квартире Виктора.
   
   * * *
   
    Он вышел в затенённую прихожую. Через большое, занимавшее всю стену окно посмотрел на стену противоположного небоскрёба. Большинство окон источали ровное электрическое сияние, но что происходит внутри квартир не было видно, так как специальные стёкла защищали от нежелательных наблюдателей. Но Виктор и не собирался ни за кем наблюдать - главное, заснуть. Глаза буквально слипались. Но ещё надо было ополоснуться под душем в ванной...
    И тут Виктор вздрогнул, отдёрнулся. Ему показалось, что из одного затенённого угла начала выдвигаться непроницаемая, чёрная тень. Первым порывом было приказать: "Свет по всей квартире!", но он сдержался, подумал: "Да ведь так, действительно, можно свихнуться. Из-за усталости мерещится мне чёрт знает что. Ведь, если бы здесь и был кто-нибудь посторонний, так домашний компьютер сразу бы меня предупредил".
    Но, входя в ванную, он всё же не сдержался и спросил:
    - Никаких звонков в моё отсутствие не поступало?
    Мягкий голос ответил:
    - Поступило восемьдесят два звонка.
    - Понятно... А от девушки Альфы?
    - От девушки с паспортным именем Альфа звонков не поступало.
    - Ясно. А сейчас я... ведь сейчас в моей квартире нет посторонних?
    - Никого, кроме вас.
    - Спасибо, - буркнул Виктор и прошёл в ванную.
    Дверь он прикрыл, но совсем закрывать не стал. Подумал: "зачем ещё закрываться, если я точно один в квартире?.."
    Подошёл к раковине, снял пиджак и майку, бросил их на стиральную машину. Небольшие, аккуратные клешни роботизированной машины подхватили грязную одежду, засунули её в бачок, где уже был определён оптимальный режим для стирки. Машина бесшумно принялась за свою работу.
    А Виктор склонился над раковиной. Вообще-то, вода могла включиться сама, через устройство, которое распознавало его настроение и потребности организма - тогда включалась вода соответствующей температуры. И, хотя устройство это работало безупречно, Виктор настроил раковину так, чтобы всегда включать воду вручную.
    Это было его слабостью, его небольшим, тайным удовольствием. Включить воду не какую-то строго определённую, а сначала чуть погорячее, потом - похолоднее, и, наконец, настроить так, как хотелось.
    Он нажал рычажок и очень тёплая, почти горячая вода потекла из крана. Виктор опустил в неё ладони, задумался...
    Впрочем, он ни о чём и не думал - просто стоял и глядел, как льётся вода. Потом поднял глаза, и понял, что он не один в ванной. За его спиной, на фоне тёмного коридора стоял кто- то.
    Холодный пот выступил на лбу Виктора, и он спросил тихим, сдавленным шёпотом:
    - Кто ты?
    При этом он до боли сжал ладонями края раковины. И вот этот некто выступил из темноты коридора в хорошо освещённую раковину. Глядя на отражение в зеркале, Виктор передёрнулся и тихонько вскрикнул.
    В ванную вошла его точная копия - второй Виктор.
   
   
    
       

Глава 3

    Стоявший возле раковины Виктор Райс резко обернулся и спросил:
    - Ты кто такой?
    И услышал свой, знакомый, например, по видеозаписям голос:
    - Я - Виктор Райс.
    Впрочем, этот был не совсем его: более сильным, уверенным, решительным и, в то же время - печальным. На этом различия между стоявшим у раковины и вошедшими Викторами не заканчивались.
    Прежде всего, на вошедшем бросалась в глаза одежда. Даже на большом Венерианском маскараде не видел Виктор Райс такой одежды. Она явно была сшита не из ткани, а из некоего растения, причём - это растение слабо шевелилось; видно было, как некоторые веточки вздрагивали, изгибались из стороны в стороны, на концах некоторых из них заметны были лепестки.
    В отличии, от бледного, привыкшего проводить большую часть времени в замкнутом помещении или же на отдалённых, мало освещённых солнцем мирах, этот вновь вошедший загорел. А на лбу его выделялся недавно полученный шрам.
   Нервно вцепившийся в раковину Виктор Райс проговорил:
    - Ты - это не я. Ты просто очень похож на меня. Быть может, на твоём лице - маска. Чего тебе надо? Ты что - грабитель? Так знай, я живу весьма бедно, а все сбережения храню в банке.
    - Я вовсе не грабитель. Скорее уж - жертва, - проговорил длинноволосый и тут же спросил. - Компьютер, есть в моей квартире посторонние?
    Последовал на удивление спокойный, безучастный ответ:
    - Посторонних нет.
    Стоявший у раковины воскликнул:
    - Это какая-то ошибка! Ты в компьютер вирус внёс, и он теперь не может определить, что здесь, помимо меня, ещё и чужак, преступник.
    - Нет. Я прекрасно знаю, как работает этот компьютер. Он определяет твою личность, определяет и мою личность, но так как наши личности идентичны: и сетчатка глаз и отпечатки глаз у нас одни и те же, он заявляет, что здесь только один хозяин. Ты - я. Я - ты. Для компьютера всё равно. Он не привык разбираться в подобных коллизиях.
    - Но у меня не было никакого двойника. Понимаешь? Что это за бред? Дожил я тридцати лет, и тут заявляется ночью брат-близнец, и говорит: вот он я, здравствуйте.
    - Я не твой брат близнец. Ты должен понять это. Я - это твоя копия, образовавшаяся при телепорте.
    Несколько секунд стоявший возле раковины Виктор безмолвствовал. Горячая вода, между тем, текла из крана, поднимался пар.
   Наконец этот Виктор прохрипел изменившимся голосом:
   - Ничего не понимаю...
   Гость ответил:
   - У нас мало времени. Скоро я должен буду погибнуть.
   - Чего? А это ещё с какой стати?!
   - Таковы законы пространства... Ну, мы будем разговаривать в ванной или на кухню пройдём?
   - На кухню...
   - Только воду не забудь выключить.
   Новый Виктор прошёл на кухню, а старый, автоматически, не понимая, что он делает, выключил воду, накинул на плечи халат, и зашлёпал вслед за незваным гостем.
   Тот уже сидел за столом, на ярко освещённой кухне, оглядывался и приговаривал:
   - Будто целую вечность здесь не был, а на самом то деле - всего неделю. Но сколько всего за эту неделю произошло; сколько всего я перевидал - больше, чем за всю прошлую жизнь.
   Вошедший на кухню Виктор, подошёл к этому новому и ущипнул его за плечо. В ответ на это, растения, из которых была сделана одежда, зашевелились сильнее и даже ущипнули старого Виктора.
   Тот отпрянул, охнул, и не сел, а буквально повалился на стул. Новый Виктор спросил:
   - Хотел убедиться, что я настоящий?.. Ладно, к делу... Как ты уже знаешь, при телепортации старые тела разбираются на атомы.
   - Я подозревал, что личность на самом погибает, а в другом месте собирается просто точный аналог этой личность. Так, стало быть, личность не погибает? Но... если столько телепортаций ежесекундно происходит, то куда же деваются старые личности?
   - В очень малую долю секунду разбираются на атомы.
   - Так, значит, всё-таки погибают?!
   - Нет. При этом высвобождается огромное количество энергии; в данной точке пространстве открывается проход между измерениями. Поглощаются разобщённые атомы; переносятся...
   - Ого! Вот этого я не мог предположить! Так ты вернулся из другого измерения?
   - Ты не перебивай, а слушай... В это же мгновенье проход закрывается, а набор атомов вновь превращается в индивидуума, но уже на той стороне - в пространстве, которое совсем не похоже на ваш мир...
   - Всего неделю назад этот мир был твоим.
   - Эта неделя многое изменила. Слушай внимательно: у тебя миссия - остановить всё это.
   - Что остановить?
   - Телепортации.
   - То есть как - остановить? Шутишь?
   - Я похож на шутника?
   Лицо нового Виктора выражало сильную, неподдельную печаль. Казалось, он сейчас заплачет. И вот он проговорил с таким сильным выражением, что старого Виктора пробрала дрожь:
   - Ведь я же умру скоро. Понимаешь ты это? Я своей жизнью жертвую, чтобы донести до тебя эту весть.
   - Но я совсем не понимаю! Ну как я могу остановить все телепортации? На этом построена вся современная человеческая цивилизация. Люди постоянно телепортируются: на работу, на отдых, в гости к друзьям; телепортируются в пределах одного города, а также - по всей Земле, на Луну, на ближайшие планеты и звёздные системы. Ежедневно происходят триллионы телепортаций...
   - Ты можешь не продолжать. Мне всё это известно. Не забывай: ты - это я, правда - не видевший и не переживавший то, что пережил за эту неделю я. А вот я вынужден повторить: тебе предстоит остановить или хотя бы попытаться остановить телепортации людей. У тебя есть шанс, у тебя есть сила.
   - Да какая ещё сила?! О чём ты говоришь?! Знаешь, я не умею прожигать стены взглядом, не умею ломать небоскрёбы одним щелчком. Я не умею вызывать торнадо, я не умею... В общем, я не какой- то там супергерой, и мне такая роль не нужна. И в самом деле - это так нелепо, что начинает походить на розыгрыш.
   Старый Виктор нервно усмехнулся, а новый продолжал всё тем же печальным, серьёзным голосом:
   - Я - далеко не первый, кто пытался прорваться сюда, но именно мне это удалось. И не случайно. Во мне, а, значит, и в тебе, и во всех твоих бессчётных подобиях есть эта сила...
    - Скорее всего, это ошибка.
    - Не ошибка. Повторюсь: я - первый, кому удалось вернуться сюда. Но попытки предпринимались неоднократно, и все те отважные, достойные люди погибли: были расщеплены на атомы...
    - Ну а тебе как удалось прорваться?
    - Обо всём этом узнаешь потом, когда сам перенесёшься туда.
    - Подожди! Теперь-то я уже окончательно запутался. То ты хочешь, чтобы я боролся с телепортациями здесь, то говоришь, что я всё же должен попасть в параллельную вселенную, из которой уже, наверное, и не вырвусь.
    - Всё рассчитано, Виктор. Вся эта вступительная беседа, которую я сейчас с тобой веду - она необходима, но по настоящему одними словами тебя расшевелить не удастся. Единственный способ, сделать из тебя настоящего борца - это показать тебе Многомирье со всей его болью и бедами, которые несут люди из нашей Вселенной.
    - Многомирье? Это так параллельная вселенная называется?
    - Да.... Я буду краток. Время поджимает. В нашей вселенной большая часть пространства, это холодный, безжизненный, тёмный космос. В Многомирье - пространство заполняет воздух. В воздухе висят, вращаются, но никуда не падают бессчётные миры. Размеры этих миров варьируются, но незначительно. Средний диаметр мира совсем невелик - около тридцати километров. Тем ни менее, притяжение на них - как на Земле. Населяют эти миры самые разные существа, люди и не люди, разумные и не разумные. С некоторыми из них тебе предстоит познакомиться... Ты совершишь ещё одно телепортацию, и на твоей голове будет вот этот обруч.
    Новый Виктор положил на стол тонкий обруч, лишённый каких-либо украшений и испускающий тусклое, белёсое свечение. В общем, обруч был бы совсем неприметным, но когда старый Виктор пристально на него посмотрел - обруч слегка приподнялся над поверхностью стола.
    Новый Виктор пояснял:
    - Это - "обруч подобий", древний артефакт, один из немногих сохранившихся. Когда ты совершишь последнюю телепортацию, обруч создаст твоё подобие. В течении трёх суток это подобие будет частью тебя, будет видеть Многомирье, чувствовать, слышать, обонять всё то же, что и ты; затем оно отделится, вернётся сюда. Это будет уже преображённый Виктор, тот Виктор, для которого главной целью станет борьба с телепортациями. Удастся ли ему, в конце-концов победить - этого никто не знает...
    - А я останусь в Многомирье?
    - Да.
    - И обратно на Землю не смогу вернуться?
    - Быть может, когда-нибудь, в дальнейшем, тебе это и удастся, но до сих пор обитателям Многомирья не удалось переместиться сюда. Меня можно назвать исключением. Но отведённое мне время заканчивается. Я уже чувствую боль...
    Старый Виктор несколько раз прошёлся по кухне; возбуждённо взмахнул руками, хотел сказать, что ни за что ни в какое Многомирье перемещаться не будет, и обруч одевать не станет, но вместо этого произнёс только:
    - Твои руки...
    Он видел, что в ладонях нового Виктора появляются прорешины, а когда взглянул в лицо, то заметил, что и оно тает; теряет свои черты.
    Голос нового Виктора становился всё более слабым:
    - Помни: я пошёл на эту жертву, зная, что погибну, но так надо...
    Новый Виктор терял свою форму, кровь вытекала из него, но и эта кровь бесследно исчезала.
    Старый Виктор крикнул:
    - Куда ты?
    До него едва долетело:
    - Не знаю...
    И всё. Тишина. Старый Виктор Райс только слышал, как бьётся его сердце (а билось оно, надо сказать, очень часто). Никаких следов от незваного гостя не осталось: ни тела, ни растительной одежды.
    Зато тонкий, источающий белёсый свет обруч по-прежнему лежал на столе. Виктор опасливо косился на него и думал: "Ишь, захотел, чтобы я эту дрянь на голову одевал. А, может, я также, как и он исчезну!.. Нет, исчезать мне совсем не хочется. А вообще - надо обо всём этом кошмаре забыть и верить, что он никогда больше не повториться".
    Но Виктор уже знал, что никогда не забудет об увиденном. Он обратился к кухонному роботу:
    - Что лежит на столе?
   Робот спокойным, безразличным тоном ответил:
   - На столе лежит предмет неизвестного предназначения и из неизвестного материала.
   - Как это - неизвестного? Ты же состав каждого предмета можешь определить.
   - К сожалению, в данном случае, состав предмета не поддаётся анализу.
   - Ладно. Убери его с глаз долой.
   - В какое именно место изволите?
   - Ну, на верхнюю полку, над раковиной.
   - Как вам угодно...
   Из стены выдвинулась длинная, металлическая рука, изящно подхватила обруч и перенесла его на верхнюю полку.
   - Выбросить бы его надо, - пробормотал Виктор.
   - Прикажите выбросить неизвестный предмет? - поинтересовался робот.
   - Нет... погоди... Надо бы ещё Альфе показать. Интересно, что она по этому поводу думает. Не посчитает ли меня безумцем?..
   Виктор прошёл в главную комнату, и обратился к "связнику":
   - Соедини-ка меня с Альфой.
   И снова увидел изображение Альфы, которое сообщало, что сейчас Альфы нет, но она перезвонит, как только у неё появится такая возможность.
   Виктор повалился на мягкую кровать, и подумал: "Могло ли мне всё это привидится? Могли от переутомления возникнуть галлюцинации?.. Визитёр исчез, а обруч остался. Мне даже компьютер доложил об существовании этого обруча. Или мне и голос компьютера почудился?.. Ладно. Сейчас я настолько устал, что всё равно - ни до чего хорошего не додумаюсь. Так что - закрываю глаза и сплю".
   За всю неделю, проведённую на шаткой Ио, Виктор проспал, самое большое, пять часов - теперь, несмотря на пережитое потрясение, сон наваливался на его организм безудержной, тяжёлой стеной.
   Виктор надеялся, что он будет спать долго- долго. Быть может, всю субботу, и даже - часть воскресенья... Но его мечтам не суждено было сбыться
   Только, как ему показалось, он закрыл глаза; только замаячили на окраинах расслабившегося сознания пока неясные образы, как его довольно грубо встряхнули за плечо.
   Ещё ничего не видя, не соображая, он понадеялся, что это каким-то чудом рядом с ним появилась Альфа. И он спросил:
   - Альфа, это ты?
   А в ответ услышал резкий мужской голос:
   - Кто вы?
   Открыв глаза, Виктор Райс увидел нескольких крепких мужчин в тёмно-синей одежде - они стояли рядом с его кроватью. И по этой одежде, с золотистыми значками в них можно было безошибочно определить милиционеров.
   Виктор приподнялся на кровати и спросил:
   - А по какому праву вы здесь?
   В ответ прозвучало:
   - Вы подозреваетесь в убийстве.
    Эти слова подействовали сильнее самого крепкого кофе, сильнее ста вёдер ледяной воды. Сон как ураганом снесло. Виктор подскочил и переспросил:
    - Чего?!
    Тот же резкий голос ответил:
    - Вы подозреваетесь в убийстве. Собирайтесь. Нам придётся пройти в участок...
   
   
   
       

Глава 4

    Пока милиционеры производили обыск, Виктор одевался. Двигался он неспешно, иногда даже останавливался. Его окрикнули:
    - Поторапливайтесь!
    - Ах, да... Я просто ничего не могу понять... Как меня могут подозревать в убийстве? Ведь я, совершенно точно, никого не убивал.
    - Тем ни менее, у нас имеются неопровержимые данные, что в этой квартире недавно произошло убийство. Прибыв сюда, мы обнаружили вас... Где, кстати, тело?
    - Какое ещё тело? - недоумённо пробормотал Виктор
    - Тело Виктор Райса!
    - Моё? Вот... - Виктор кивнул на своё тело.
    В ответ услышал холодный, не предвещающий ничего хорошего голос:
    - Шутите? Ну, скоро вам не до шуток станет.
    -Я шучу? Я... Да разве я похож на шутника?.. У меня голова кругом идёт! Что вы - сговорились что ли все?.. То одно, то другое...
    Затем Виктор расслышал произнесённое вполголоса:
    - Должно быть, он под "наркотой".
    - Нет! - крикнул Виктор. - Никаких наркотиков. Никаких шуток. Ведь Виктор Райс - это я. И в этой квартире никакого убийства не совершалось. Здесь никого кроме меня...
    Он хотел сказать "не было", но вместо этого замолчал, и невидяще уставился в стену. Теперь он понял, что произошло. Домашний компьютер определил, что Виктор Райс испытывает боль, что его организм разрушается и что, наконец, его сердце остановилось. Сведения об этом были переданы в милицию, где и рассчитали, что в квартире произошло убийство.
    И вот они уже здесь, ищут тело Виктора Райса, только тела этого уже не существует - оно исчезло, распалось на атомы, а, может, и на ещё более мелкие частицы. И всё же Виктор Райс - владелец этой квартиры, здесь, потому что распался только его двойник, вернувшийся из Многомирья. Но как объяснить это милиционерам? Конечно, они ему не поверят, а только утвердятся во мнении, что он наркоман.
    Действовать надо было по другому, и Виктор обратился к домашнему компьютеру:
    - Кто я?
    Незамедлительно последовал ответ:
    - Вы - Виктор Райс, владелец этой квартиры.
    Милиционеры переглянулись, один из них поднёс к лицу Виктора индификатор. Этот прибор считал информацию из глаза Виктора и передал её в центральный банк данных. Незамедлительно последовал ответ, что это действительно Виктор Райс, что он владелец этой квартиры, а также - место его работы, семейное холостое положение, и то, что он раньше к уголовной ответственности не привлекался.
    Теперь уже пришло время милиционерам недоумевать...
   Квартира Виктора Райса была совсем небольшой, и они её внимательно осмотрели в течении нескольких минут. Главный среди них, представившийся Виктору Сергеем Павловичем, поинтересовался:
   - Ну что - ничего не нашли?
   - Совершенно никаких следов. Ни крови, ничего...
   Сергей Павлович - крупный, явно увлекающийся пивом мужчина, обратился к персональному "связнику":
   - Информационный блок 6363а727 дробь 3663, относящийся к Виктору Райсу.
   В ответ зазвучал компьютерный голос: "Жилой блок Микро-45. Корпус 933, квартира 2829. Происходит распад тела Виктора Райса. Причина не установлена; возможно - внешнее воздействие. В 22:31 перестало биться сердце..."
   Сергей Павлович обратился к Виктору:
   - Вы понимаете, что в абсолютном большинстве случаев подобные вызовы оказываются вызовами к месту убийства?
   - А вы понимаете, что вот вами тот, кого якобы убили?! - раздражённо и устало проговорил Виктор Райс. - Компьютер дал сбой, а вы от меня чего-то требуете. Я устал, как собака. Я спать хочу. Вы понимаете, что я только пару часов назад вернулся из утомительной командировки на Ио?
   - Мы уже знаем биографические данные Виктора Райса.
   - Так оставите же вы меня в конце-концов?!
   - В конце-концов, оставим, но сейчас вам придётся проследовать в отделение.
   - Чёрт! - воскликнул Виктор. - Допрашивать там будете, да?
   - Будем...
   Один из присутствующих спросил:
   - А что с видео? Поступало с его компьютера?
   Виктор вздрогнул, побледнел. И эту его реакцию не мог не заметить внимательный Сергей Павлович. А Виктор представил, что будет, если окажется, что у милиции есть запись того, что действительно происходило на кухне. Тогда ему точно не дадут покоя, хотя и версия о том, что он убийца будет снята. Но последовавший ответ его утешил:
   - Нет. Виктор Райс пожелал, чтобы его домашний компьютер был лишён передающего видео канала.
   Виктор ответил:
   - Всё правильно, я действительно на этом в своё время настоял, никогда не хотелось чувствовать себя персонажем из Оуэроловского "1984". Помните, там постоянно за всеми следили? Эдакое страшное государство... Ну я рад, что у нас, по крайней мере, без моего согласия...
   - Если бы у вас была видеокамера, то многие вопросы и подозрения сейчас бы уже отпали, - рассудительно произнёс Сергей Павлович.
   А затем добавил:
   - Ну всё. Пора в участок.
   - Что? Телепортироваться?
   - Нет. Телепортироваться мы не будем. У вас здесь нет достаточно крупного телепорта, чтобы перенести сразу и вас и конвоирующих. Так что - на "леталке".
   "Леталкой" называлась милицейский аэромобиль, который спокойно висел в воздухе напротив окна Виктора. Собственно, на этой вместительной машине и прилетели столь нежеланные, а теперь туда предстояло проследовать и самому Виктору. Вот навстречу ему протянули руки, подхватили за локти, и он оказался усаженным на лавку.
   Аэромобиль или попросту "леталка" отчалил от окна, и, стремительно набирая скорость, понёсся метрах в двухстах над асфальтированной, пустынной улицей.
   
   * * *
   
    В участке Виктору задали несколько обычных, полагающихся вопросов: кто он, где работает, где проживает - в общем, всё то, что им уже было известно. Виктор пытался настроиться на длительный, тяжёлый допрос, и понимал, что у него уже не хватит сил; только напоминал себе о том, что ни в коем случае нельзя будет говорить о двойнике.
    Но вместо допроса его заперли в одиночной камере, где имелась весьма мягкая и удобная кровать. Виктору казалось, что он смог бы заснуть не то что на такой кровати, а даже и на каменном полу. И, как только его голова прикоснулась к подушке - он действительно заснул.
    Стремительно, насыщенно промелькнули сновидения; и вот уже кто-то начал трясти Виктора за плечо. Юноша приподнялся, спросил:
    - Что такое?
    Увидел, что рядом, на стуле сидит Сергей Павлович. Виктор зевнул и спросил:
    - Не дадите мне поспать?
    - Так ты уже восемь часов отсыпаешься, - ответил следователь.
    - А мне показалось - совсем не спал, - пробормотал Виктор.
    А Сергей Павлович говорил:
    - Мы проверили, что могли проверить, и сейчас я могу официально заявить: никаких следов преступления, кроме той передачи с домашнего компьютера нами не найдено...
    - У-уф, - вздохнул Виктор и робко поинтересовался. - Так, стало быть, я свободен?
    - Да. Вы можете быть свободны, - ответил следователь.
    - Вот это другой разговор! - с этим восклицанием Виктор вскочил с кровати.
    А Сергей Павлович продолжал:
    - Ваш домашний компьютер сейчас заменён на новый, а старый - отдан на диагностику, но, готов поспорить, что никаких существенных неполадок не найдут.
    - Откуда такая уверенность?
    - А уже был подобный случай неделю назад. Вот так же поступил сигнал: тело хозяйки одной квартиры разрушается, а затем и вовсе - перестало жить. Ну, мы были уверены, что убийство, а приехали - нашли хозяйку, бледную, перепуганную, плакала она, но когда мы появились... замолчала, и ничего нам объяснять не стала. Тем ни менее, это была именно она - та, о разрушении тела которой поступил к нам сигнал. Её также доставили в участок, потом - отпустили; её домашний компьютер тщательно проверяли, но никаких неполадок не обнаружили. У вас - также история... Кстати, номер этой девушки мы нашли в вашем "связнике".
    - Кто же это? - спросил Виктор, хотя уже и знал, каким будет ответ.
    - Альфа.
    - А-а... - Виктор глубоко вздохнул.
    - Вы пытались связаться, правда?
    - Я-то? Ну да... Вы же уже знаете о моих многочисленных звонках к ней с Ио... Так, стало быть, и к ней тоже...
    Виктор оборвал свою речь, и в смущении уставился в стену.
    - Что, и к ней тоже? - попытался уточнить Сергей Павлович.
    Конечно, Виктор не мог ответить, что и к Альфе пожаловала её точная копия из Многомирья, поэтому произнёс только:
    - Да так, в общем, ничего... Хотел сказать: и у неё такая же неприятность. И чего это компьютеры у нас поломались? Может, вирусы какие-нибудь, а?
    - Как я уже сказал, в компьютере Альфы, несмотря на тщательную проверку, никаких вирусов обнаружено не было. Дело в чём-то другом. Возможно, вы знаете. Так помогите же...
    - Рад бы помочь, да не могу, - вздохнул Виктор.
    Сергей Павлович выдержал паузу, затем поднялся и оказался на целую голову выше Виктора. Он поправил свои густые, русые усы и в эти мгновенья показался Виктору настоящим богатырём.
    Следователь произнёс:
    - Что ж, как я уже сказал: вы можете свободны. Пойдёмте, я вас провожу...
    Когда они шли по коридору к стеклянным дверям, за которым розовели, наливаясь золотом, лучи восходящего солнца, Сергей Павлович сказал:
    - Есть ещё кое-что общее между вами и Альфой. Это обруч. Тонкий, источающий белёсое сияние обруч....
    - А-а, вы нашли его!
    - Его нетрудно было найти. На кухне, на верхней полке. И в квартире у Альфы мы обратили внимание на такой же обруч.
    - Что ж - обруч как обруч. Почему вы обратили на него внимание?
    - А откуда он у вас, позвольте полюбопытствовать?
    - Я его во время одной поездки купил. Уже и не припомню сейчас, где именно. А что?
    - Да нет. Ничего- ничего.
    - А где сейчас мой обруч?
    - Вот. Получите.
    Сергей Павлович достал из кармана и протянул Виктору обруч, который, когда Виктор его принял, показался не только невесомым, но даже и поднимающим руку вверх.
    А Сергей Павлович говорил:
    - Мы попытались определить состав вашего обруча в лаборатории и нам это не удалось...
    - Что ж, всякое бывает, - пожал плечами Виктор. - Может, это опять электроника барахлит? Мало ли - может, сбои какие- нибудь.
    Сергей Павлович на это ничего не ответил, а на прощанье пожал Виктору руку и произнёс:
    - Сдаётся мне, не в последний раз мы видимся. Вы пока отдыхайте и не волнуйтесь. Ничего страшного вам не грозит, просто, возможно, вам ещё придётся уточнить некоторые детали вашего дела.
    - Рад буду вас снова увидеть, - совершенно не искренне произнёс Виктор.
   
   * * *
   
    И вот Виктор вышел из милицейского участка. Настроение у него было скорее печальным. Давно он не чувствовал себя таким одиноким, хотелось поговорить с кем- нибудь, рассказать ему всю правду, попросить совета. Но единственный человек, которому он мог довериться, была Альфа. А где она теперь - Виктор не знал, только был уверен, что не в городе. Встретившись со своим двойником из Многомирья, она испытала сильный шок, и уехала или улетела из города. Только, конечно, не телепортировалась...
    Возле милицейского участка стояли несколько кабинок телепортации. Вот дверка одной из них раскрылась и вышел некий солидно одетый человек. Виктор проводил его испуганным взглядом и пообещал себе, что, по крайней мере, в течении следующей недели телепортироваться не будет. Пусть его увольняют с работы - он и близко не подойдёт к этому страшному, хоть и знакомому с детства устройству телепортации.
    Не успел он и нескольких шагов сделать, как его окрикнули:
    - Витя!
    Как он желал вновь услышать этот голос вживую, и вот его мечта осуществилась! Оглянувшись, он увидел, что на скамейке сидит Альфа. На ней было жёлтое с алыми пуговицами пальто, и такие же жёлтые и алые кленовые листья лежали под её ногами. Также там, по асфальту прохаживались голуби и клевали пухлую булку, которую до этого крошила им девушка.
    Альфа улыбнулась и произнесла:
    - Вот хорошо. А то вышел такой мрачный, загруженный. А теперь - улыбаешься.
    - Видеть тебя - большое счастье для меня. Знала бы ты, сколько раз я тебе за эту неделю звонил!
    - Уже знаю. Но до этого мой "связник" был отключен. Ты, наверное, уже знаешь, что случилось со мной?
    - Тебе явился двойник из Многомирья?
    - Да. Мне и сейчас тяжело об этом вспоминать...
    - Она сообщила тебе, что ты должна бороться с телепортациями?
    - Да.
    - А потом распалась?
    Альфа, прикрыв глаза, кивнула и произнесла глуховатым голосом:
    - Это было ужасно... Никогда не забуду этого... И до этого я крайне редко пользовалась телепортами, а теперь - для меня это адские машины, надо от них подальше держаться.
    - А ведь от нас хотят...
    Тут Альфа перебила Виктора и быстро, с большим чувством протеста, заявила:
    - Хотят, чтобы мы перенеслись в Многомирье! Но мало ли чего они хотят? Разве я могу бросить своих родных, близких, эту Землю, всю свою жизнь? Я очутюсь там, в неведомом, а дороги назад уже не будет...
    - А обруч у тебя с собой?
    - Нет, - покачала головой Альфа. - Я оставила его на даче. Даже прикасаться к нему страшно. Вдруг он сам утянет меня в Многомирье?
    - Ну, это, конечно, вряд ли. Мой вот у меня в кармане, и никуда не утягивает... Слушай, а откуда ты узнала, что меня здесь надо ждать?
    - Вот, пожалуйста...
    И Альфа обратилась к своему "связнику":
    - Статью из издания "Вестник большого города" номер 27267, страница 3, статья "Домашний компьютер вопит об убийстве! Часть 2 "Вирус распространяется". На голографический экран, размер 1а.
    Виктор уселся на лавку рядом с Альфой, а из её "связника" выплеснулись лучи, сложились в экран, на котором отобразилась выбранная статья. Из неё следовало, что домашний компьютер "Виктора Р.", дал сбой, направив в милицию сигнал о гибели владельца. "Виктор Р." остался в живых, но это, оказывается, уже второй случай, когда домашние компьютеры дают сбои, статья завершалась предположением, что это - воздействие вируса.
    Альфа произнесла:
    - Скажи спасибо "жёлтой прессе". Я начала отходить от стресса, проявлять активность, задавала поисковику запросы на случаи, схожие с моим, вот и получила ссылку на эту виртуальную газетёнку. - и недоумённо спросила. - И откуда только "газетчики" пронюхали?
    - О, вот этому как раз можешь не удивляться. У меня самого профессия похожая. Чтобы добыть хоть что-нибудь, хоть отдалённо напоминающее сенсацию из шкуры лезть надо, а без этого никак... Но сейчас меня интересует не "жёлтая пресса", а вопрос, что мы дальше будем делать?
   - Улетим отсюда, - молвила Альфа, отключила проекцию статьи и взяла Виктора за запястье.
   - Главное, что не телепортируемся... А куда полетим? - поинтересовался юноша.
   - Ко мне на дачу. Если ты, конечно, не против.
    - Совсем не против, и даже очень рад этому, - Виктор, на секунду забыв о волнениях, широко и счастливо улыбнулся. - Ведь ты же знаешь: я так старался связаться с тобой все эти дни, и вот - ты рядом...
   Оказывается, "тарелка" Альфы стояла на небольшой стоянке, поблизости от милицейского отделения.
   Вот они разместились в "тарелке", Альфа выбрала ручное управление и они взмыли вверх, полетели над крышами небоскрёбов, к окраине города. Там уже были видны залитые лучами восходящего солнца осенние нарядные леса и поля; поблёскивали изгибистые дуги холодных рек...
   
   
   
       

Глава 5

    ...Дача Альфы находилась в пятидесяти километрах от третьей кольцевой дороги, опоясывавшей город.
    Местечко оказалось достаточно тихим. Конечно, о полном уединении речи не шло. Слишком много людей жило на Земле...
    Дом Альфы - деревянный, двухэтажный, выкрашенный в желтоватый цвет, с нарядными, резными петушками на крыше - он был окружён ухоженным садом, в котором выделялись высокие, старые яблони. И, когда "тарелка" опустилась на специальную площадку, Виктор почувствовал приятный, но подзабытый им запах свежих яблок. Эти спелые и переспелые яблоки кое-где лежали на земле.
    Альфа, вылезая из "тарелки", произнесла извиняющимся тоном:
    - Пока я здесь в уединении жила, у меня много времени было, и я яблоки собирала. Но всё равно - их слишком много, мне столько не собрать и уж тем более - не съесть.
    - Можно было бы купить уборочного робота, - предложил Виктор, когда они уже пошли по выложенной плоскими камнями дорожке к дому.
    Девушка ответила:
    - Конечно, можно было бы, но я не хотела, чтобы здесь сновали роботы; они не должны прикасаться к яблоням, которые вырастили мои предки. Я это именно так чувствую...
    Когда Виктор переступил порог дома, ему показалось, что он попал в музей. Никаких технических изысков, разве что обычный домашний компьютер приветствовал вошедших ровным голосом. На полках была расставлена деревянная и керамическая посуда, на стенах висели пейзажные картины, в точности имитирующие выдающиеся полотна старинных мастеров.
    Альфа пригласила Виктора усесться на лавку, возле стола, а сама начала хлопотать, готовить блины в сделанной на манер седой старины печи. Потрескивали, горели берёзовые поленья; на сковороде в масле, поджариваясь, источали аппетитный аромат блины.
    Виктор достал из кармана и положил на стол обруч. Альфа обернулась, вздрогнула, прошептала:
    - Прошу тебя: убери.
    Видя, каким напряжённым стало её лицо, Виктор убрал обруч. И уже к окончании трапезы, юноша, откинувшись в кресле, проговорил:
    - И всё же, я думаю: нам придётся воспользоваться этими обручами.
    - Нет! Лучше и не вспоминай об этом кошмаре! Воспользоваться обручами? Значит забраться в эту адскую машину телепортации? Чтобы меня на атомы разложили и я оказалась в Многомирье?..
    - Ладно-ладно. Тогда будем думать, как нам избежать этого...
    - Нет. Я вообще против разговоров на эту тему! Точно сейчас начинаю забывать кошмар, когда явилась она, моя копия; а потом начала распадаться... Господи, это было жутко... Ну, давай говори о чём-нибудь хорошем; о природе, о яблоках, о моём саде. Как тебе мой сад?
    - Замечательный сад и яблоки отменные. Давно такой вкуснотищи не пробовал...
    Затем они вышли из дому. Сначала побродили по саду, посидели, беззаботно болтая, на лавке. После полудня полетели на "тарелке" к ближайшему лесу, где провели немало времени, гуляя по тропинкам, и по берегу речушки, наблюдали, как плывут увядшие, но всё ещё красивые листья; слушали, как печально и музыкально шуршит засыпающий лес. Они почти не разговаривали, но и без разговоров им было хорошо рядом друг с другом...
   
   * * *
   
    ...И вот наступил вечер. Виктор и Альфа вернулись на дачу. Снова уселись за столом, начали ужинать.
    Виктор спросил:
    - Что же, удобно тебе здесь? Никакой электронной прислуги, только домашний компьютер...
    - Очень удобно. Представь - даже воду набираю из колодца. Меня это вдохновляет. Пишу сказки - стилизация под русский фольклор; год назад у меня даже вышла книжка небольшим тиражом.
    - Это хорошо. Единение с природой и всё такое. Ну а страшно не бывает?
    - А чего бояться? - пожала плечами Альфа.
    - Ты оторвана от цивилизации.
    - Вот цивилизации я теперь и боюсь. Сам понимаешь.
    - Да, понимаю...
    - Но всё же домашний компьютер настроен на то, чтобы предупредить, если кто-нибудь посторонний появится на территории сада или дома, - здесь Альфа обратилась к компьютеру. - Скажи, кто сейчас присутствует в саду и в доме?
    - В саду: кошка и кот, пятнадцать мышей, значительное количество насекомых. В доме - пять мышей, а также вы, хозяйка, и ваш гость - Виктор Райс.
    ...Такой ответ обнадёживал. Очень не хотелось, чтобы появлялись посторонние. Когда ужин был закончен, Виктор попросил:
    - Альфа, пожалуйста, покажи мне свой обруч. Очень хочется сравнить его с моим. Всё же это частичка иной вселенной - Многомирья.
    Напиток ски-ски, который они перед этим распили, подействовал так благодатно, что Альфа не напряглась, а даже улыбнулась, провела ладонью по затылку Виктора и ответила:
    - Хорошо. Сейчас...
    Она поднялась на второй этаж, и вскоре вернулась, неся в руках шкатулку. Поставила её на стол, раскрыла, достала обруч, протянула Виктору, со словами:
    - Он совсем ничего не весит.
    - Да. И мой тоже, - Виктор положил оба обруча на стол, и внимательно начал их разглядывать.
    При этом он говорил:
    - И всё же этот свет - он такой... необычный... и не солнечный, и не искусственный, он - совсем не здешний. Он не пугает, не настораживает, а скорее - зовёт туда, за пределы... На него приятно смотреть... Зря ты его убирала в шкатулку...
    - Ты же знаешь, что я пережила. Но, возможно, ты прав. Больше не буду его убирать... Пусть он светит, пусть зовёт, только я всё равно останусь здесь, с тобой, Витя, и не нужно мне никакого Многомирья... Забыть, забыть, как распадалась, как в мучении умирала она... то есть - я, моя копия...
    Виктор положил оба обруча на ладони, слегка подбросил их, думая, что они только на сантиметр взлетят и вернуться на место, но обручи, оставляя светлые, постепенно растворяющиеся дужки, подлетели под самый потолок, а затем, колышась из стороны в сторону, начали опускаться к полу.
    Юноша подхватил один обруч, но второй - не успел, и резко нагнулся за ним.
    В это мгновенье коротко всхлипнуло, прощаясь со своей целостностью, разбитое стекло, и в комнату влетели две иглы. Одна из игл попала в шею Альфы, и девушка, побледнев, начала оседать к полу; вторая же игла, предназначавшаяся Виктору, прошмыгнула над его склонённой головой, только слегка задев волосы на затылке.
    Домашний компьютер проговорил умиротворённым голосом:
    - Окно номер 16 в прихожей разбито. Прикажите вызвать робота- стекольщика?
    - Вызывай милицию! - рявкнул Виктор и бросился к Альфе.
    Повалился рядом с ней на пол, обхватил её за талию, попытался поднять, но тут сообразил, что так они снова попадут под прицел. Тогда, стараясь не высовываться, потащил её в соседнюю комнату.
    Там не горел свет, там можно было хотя бы ненадолго укрыться.
    И вот они в этой комнате. Виктор уложил Альфу на кровать, прикрыл дверь, вслушиваясь. Ничего не было слышно. Тогда он шёпотом обратился к компьютеру:
    - В саду или в доме есть посторонние люди?
    - Нет. Только вы двое.
    С крыльца донеслись шаги. Скрипнули дощатые половицы.
    - Запри дверь, - шепнул Виктор.
    На что компьютер ответил:
    - Вы не являетесь хозяином этого дома, и поэтому я не могу выполнять подобные указания.
    - Ну а окно ты можешь открыть?
    - Окно я могу укрыть в том случае, если вам, как гостю, душно.
    - Да. Мне очень душно. Открой поскорее окно в этой комнате.
    Окно бесшумно распахнулось. Виктор подхватил Альфу и начал перетаскивать её через подоконник. К счастью, это оказалось не слишком сложным - девушка была лёгкой...
   Затем, пригибаясь, понёс её на руках к "тарелке".
    Он старался двигаться бесшумно, и в то же время напряжённо думал: "Они, кем бы они ни были, наверняка подумали и о том, что мы можем прорваться к "тарелке", так что там кто-нибудь стоит, выжидает. Но что же мне делать? С Альфой на руках я далеко не убегу. Остаётся только рискнуть..."
    Возле посадочной площадки, на которой стояла "тарелка", находилась и лавка, где днём сидели Виктор и Альфа. Теперь на лавке никого не было, но, осторожно выглянув из кустов, юноша заметил, что неподалёку, среди старых яблонь, едва выделяется некий контур...
    Виктор нащупал лежавшее на земле яблоко, сам бесшумно приподнялся и что было сил зашвырнул его в сторону забора.
   Забор находился довольно далеко, и Виктор не слишком рассчитывал, что яблоко долетит до него. Но всё же получилось. Подгнившее яблоко с гулким, чавкающим звуком врезалось, развалилось...
    Затаившийся неизвестный бесшумно скользнул в сторону непонятного звука, проверить, что там. Время было совсем мало - вскоре противник должен был вернуться.
    Виктор одним махом перетащил Альфу к "тарелке", приложил её ладонь к дверце, и дверца раскрылась. Затем также прижал ладонь к стартовой панели. Бесшумно включились двигатели.
    Виктор положил девушку на сиденье рядом с собой, а сам взял ручку управления, осторожно потянул её... "тарелка" взмыла вверх, за пару секунд поднялась над кронами яблонь.
    Не включая фар, Виктор повёл "тарелку" в сторону города. Промелькнула крыша дома Альфы, юноша выглянул, заметил, как выскочили на крыльцо некие фигуры...
   
   * * *
   
    По-прежнему не включая фар, Виктор вёл "тарелку" чуть в стороне от прямого шоссе. Над шоссе, на равном расстоянии друг от друга, сияли неоновые, красивые фонари, но едущих по асфальту машин не было видно - они и в дневные-то часы редко там проезжали. Всевозможные, многочисленные грузы телепортировались, и зачем их было бы долго и нудно куда-то везти по этому старому, служащему скорее в декоративном качестве шоссе?..
   Виктор не включал автопилот - управление "тарелкой" было в его руках. Он ещё не решил, куда направиться. В городскую квартиру к Альфе? Но безопасно ли там?..
   "Вот интересно, эти ворвавшиеся на дачу к Альфе - это случайные грабители или более серьёзные, специально готовившиеся люди?" - размышлял Виктор. - "...Грабители? Нет, вряд ли. Уж слишком они хорошо экипированы, и, надо признать, мне просто очень повезло, что удалось вырваться. Им нужны были Альфа и я, а не ценности в доме. Когда мы полетели - они выскочили на крыльцо. Наверняка у них поблизости было средство передвижения... А сейчас они где? Может, потеряли нас, сбились со следа?.."
   Виктор глянул в зеркальце заднего вида и не увидел ничего, кроме чёрного с мерцающими серебринками звёзд осеннего неба. Спросил у бортового компьютера:
   - За нами никто не летит?
   И незамедлительно получил ответ:
   - В радиусе километра не удалось засечь искусственных летающих объектов.
   Но такой ответ Виктора не успокоил. Ведь он уже слышал неверную информацию от компьютера на даче Альфы. Юноша полагал, что у неизвестных имеется оборудование, которое способно вносить ложные данные в чуткие электронные системы. Кстати, именно поэтому Виктор и не решался включить автопилот. Если враги могут контролировать электронику, так они просто, без проблем, с помощью дистанционного устройства посадят "тарелку" там, где им надо.
   Когда они пролетали над широким, отражающим мечтательный свет луны озером, Виктор высунулся из "тарелки" и пристально поглядел назад. В небе по-прежнему ничего подозрительного не было видно; но вот отражение Луны на воде на секунду покрыла зловещая, чёрная тень. Теперь уже не оставалось сомнений: "тарелку" Альфы преследовали, а бортовой компьютер ничего не замечал.
    Теперь Виктор глядел вперёд. Видны уже были городские небоскрёбы: они, усеянные электрическими крапинками окон, возносились за лесом. Там, в городе? казалось было уже не так опасно; там, надеялся Виктор, его не станут хватать в открытую; там он надеялся на чью-нибудь помощь.
    Снова глянул назад. Теперь уже и на фоне неба заметил тёмный, массивный контур. Несмотря на то, что "тарелка" Альфы летела на полной скорости - преследователи её настигали...
    Что же делать?.. Виктор не собирался сдаваться. Вот он повёл "тарелку" вниз; едва не врезался в воду. У него ещё не было плана, что делать дальше. Будь он один - быть может, даже спрыгнул бы с "тарелки", попытался бы уплыть незамеченным, но ведь рядом на сиденье лежала бесчувственная Альфа.
    Приближалась стена леса и преследователи настигали. Они тоже спустились к воде. Тогда Виктор рванул вверх, они - за ним.
    Но, перед тем как подниматься, юноша заметил, что стена леса не сплошная, что есть в ней неширокая, старая, уже начинающая зарастать просека. Сверху этой просеки не было видно. Лес лежал, плотно окутанный ночным сумраком, и только ближе к городу озаряли его отблески электричества.
    И вот Виктор из всех сил, так что даже что-то хрустнуло в механизмах, рванул ручку управления вниз. "Тарелку" швырнуло вниз, от перегрузки у Виктора заложило в ушах.
    Под днищем "тарелки" затрещали переламываемые ветви и стволы молодых берёз и сосен. Другие ветви забили по окнам. После этого тарелку основательно тряхнуло, и она резко остановилась...
    Загорелась красная панель. Негромкий голос произнёс:
    - Внимание, повреждены...
    На что Виктор проговорил:
    - А плевать!.. Летим!..
    Так как автопилот был отключен, его голосовые команды не нашли отклика, но зато когда он рванул ручку управления, "тарелка", заскрипев и несколько раз булькнув - полетела таки.
    Виктор понимал, что преследователи, если они, конечно, не совсем дураки, должно были сообразить, куда он делся. Если он и выгадал что-то, то это - лишь несколько секунд, и теперь ему надо было этими секундами воспользоваться...
    Он вёл "тарелку" низко-низко, над самыми лесными кронами. Проходил этот полёт совсем не гладко. В тарелке что-то повредилось, она вздрагивала, урчала; компьютер всё силился предупредить об опасности, а Виктор эти предупреждения отвергал. К тому же некоторые деревья выделялись высотой и "тарелка" задевала за них днищем, в результате чего рывки ещё усиливались. Виктор вообще опасался, что они рухнут в чащу...
    Как же долго не начинался город! Юноша поминутно оглядывался, всё ожидал и боялся увидеть чёрную тень на фоне неба, но пока что её не было. Или он просто не замечал?..
    Но вот, наконец, окраинная улица. Там уже горели светофоры, даже сидели на лавках несколько влюблённых парочек.
    Виктор решил: "Надо обратиться в милицию", и, одновременно загорелся экран связи. Надо же - на экране появилась миловидная, девушка в милицейской форме. Она произнесла:
    - Вы нарушаете правила воздушного движения, и должны...
    - Да-да, нас преследуют! - перебил её Виктор. - Неизвестные ворвались на дачу к моей подруге Альфе, а теперь гонятся за нами. Защитите нас, остановите их!
    - К вам выслан патруль. Вы остановиться.
    - Я не могу останавливаться! Меня преследуют! Я чувствую - преступники где-то рядом.
    - Тогда следуете к Фонтанной площади. Знаете, где это?..
    - Да. Здесь, в конце этой улице...
    Лицо девушки озарил отблеск от другого, неожиданно включившегося рядом с ней экрана. Она отвернулась от Виктора, но юноша заметил на её лице сильное удивление (тогда как с ним она общалась совершенно спокойно). Виктор не слышал, с кем она общается, но когда она обернулась к нему, голос её преобразился. Она приказывала:
    - Вы должны немедленно опуститься на мостовую.
    - Но я же сказал - меня преследуют!
    - Вы должны немедленно опуститься. Это дело государственной важности.
    - Вы понимаете: преступники рядом.
    - Это не преступники. Вам приказ: вы должны опуститься и не оказывать сопротивления. Если вы не сделаете этого добровольно, то вас принудят к этому силой...
    Теперь Виктор понял: преследователи занимали некое весьма высокое положение, и уж, конечно, не являлись банальными грабителями. Сдаваться им? Ну уж нет. Они действовали как преступники. Были уверены, что легко, без проблем, схватят его и Альфу, а вот - не вышло. Могли бы, конечно, и просто попытаться их задержать, но, наверное, и сами не были уверены в том, что это им удастся...
    Виктор вёл "тарелку" в сторону дома, в котором находилась его квартира и размышлял: "Зачем мы им понадобились? Вроде бы я и Альфа - обычные, непримечательные граждане. Раньше жили вполне спокойно, никто нас не трогал, а тут настоящий боевик начался... Ну, конечно же, дело в обручах и в гостях из Многомирья, которые посещали меня и Альфу... Но откуда это им известно?.. Откуда?!.. Нет, сейчас не следует ломать над этим голову. Сейчас..."
    И тут Виктор совершенно точно решил, что он будет делать дальше. Надо надеть обручи себе на голову и на голову Альфы, а затем - телепортироваться. Причём, телепортироваться ни где-нибудь, а именно в холле на первом этаже его дома. Ведь именно оттуда попал в Многомирье тот его двойник, который затем вернулся и принёс обруч...
    При этом Виктор не чувствовал страха - разве что напряжение, боевой азарт. Чувства были новыми, он и сам от себя такого не ждал.
    Попасть в Многомирье вместе с Альфой, выяснить, что там и как - это было его новой и самой главной целью...
    "Тарелка" вздрагивала, иногда начинала тарахтеть, словно старая, разбитая машина; компьютер вновь попытался доложить о поломках, но Виктор настоятельно попросил его заткнуться.
    В городе было уже достаточно света, и Виктор мог видеть преследователей: массивная, с выпирающими дулами орудий тарелка следовала за ним. А тут и ещё одна - на этот раз милицейская - вынырнула с соседней улицы ему на перерез. Если бы Виктор не успел метнуть "тарелку" вниз, к асфальту, то не избежать бы столкновения...
    "Тарелка" Альфы была устаревшей, поэтому ничего удивительно, что преследователи весьма быстро её настигали...
    Но вот, наконец, и дом Виктора. Возносились вверх стены, на одном из этажей он жил. Можно было бы подлететь у окну, перебежать в свою квартиру. Но зачем? Всё равно его бы там схватили. Осталось одно - телепортация.
    Милицейская "тарелка" толкнула "тарелку" Альфы сзади, в воздухе загремел усиленный мегафоном голос:
    - Немедленно остановитесь! Садитесь на асфальт!!
    Нет - Виктор не собирался сдаваться.
    Он повёл "тарелку" вниз, но скорость не снижал. Сделал то, что от него не ожидали. С разгона врезался в стеклянные входные двери. "Тарелка" передёрнулась, загремело, падая на пол, разбиваясь, стекло.
    "Тарелка" уже ехала, высекая искры и крутясь по холлу. Милицейские не решились влететь следом. Их "тарелка" опускалась рядом со входом, и уже выпрыгивали из неё, бежали...
    Виктор попытался открыть дверцу "тарелку", но от удара об дверь она слегка погнулась, и теперь лишь слегка приоткрывалась. Виктор вцепился пальцами в образовавшийся зазор, из всех потянул, прохрипел:
    - Открывайся же!..
    Дверца неожиданно, резко распахнулась.
    - Альфа! - крикнул Виктор, и встряхнул девушку за плечо. Она по прежнему не подавала признаков жизни.
    Тогда Виктор обхватил её за талию, и потащил к кабинке телепортации, до которой оставалось уже совсем недалеко. А сзади слышались окрики:
    - На пол! Быстро!
    Виктор не останавливался. Только бы успеть! Кабинка была уже совсем рядом. Потом краем уха услышал команду: "Давай!", и дёрнулся в сторону. На том месте, где он только что находился просвистели несколько игл с усыпляющим веществом.
    Сзади слышался топот, крики.
    Но вот и кабинка. Только бы работала! Виктор дёрнул ручку. Закрыто! Ну надо же, обычно всё открыто, а именно сейчас, в самый нужный момент почему-то закрыто.
    До другой кабинки телепортации было двадцать шагов. Виктор уже не успевал. Счёт шёл на секунды. И тут дверца, возле которой он стоял, раскрылась. Из телепорта вышел приятель Виктора Лёша. Ещё не понимая, что происходит, Лёша произнёс:
    - Ты тут. А чего?..
    - Потом! - рявкнул Виктор, и оттолкнул вставшего на его пути Лёша в сторону.
    Он оказался в кабинке рядом с Альфой. Она тут же осела на пол, а он достал из внутреннего кармана предусмотрительно убранные туда обручи, одел их и себе на голову и на голову Альфы.
   Кабинка включилась. Мелодичный голос произнёс:
   - Здравствуйте. Куда желаете?!..
   В дверь со страшной силой забарабанили, бешено закричали:
   - Открывай!!
   Другой голос орал:
   - По проводам стреляй!
   Виктор приложил указательный палец правой руки к панели и выпалил:
   - В свою квартиру!
   Тот же удручающе спокойный голос проворковал:
   - Извините, вы дали не достаточно точные указания.
    Ну, конечно же, в избежание недоразумений требовалось назвать ещё номер квартиры.
    Снаружи грянули выстрелы. Ровно горевший над его головой синеватый свет вспыхнул сильнее, а затем - начал меркнуть. Виктор, уже не веря, что у него что-то получится, выпалил номер своей квартиры.
   
   * * *
   
    Через несколько секунд к милиционерам подошли трое высоких мужчин в строгих, дорогих тёмных костюмах, в белых рубашках и с галстуками. Показали свои удостоверения. Милиционеры почтительно посторонились, одних из них указал на кабинку телепорта и произнёс самодовольно:
    - Вот, пожалуйста, примите. Провода разорваны. Телепортация не состоялась.
    Другой говорил боязливо:
    - Учтите: если это и в самом деле такие опасные преступники, как нам передали, так они ещё внутри.
    - Да не волнуйся, - отвечал его приятель. - Всё на прицеле.
    И действительно - кабинку телепорта держали на прицеле сразу несколько автоматчиков. А из кабинки доносились скребущиеся звуки, будто бы кто-то пытался выбраться.
    Один из важных гостей произнёс строгим, негромким голосом:
    - Уберите оружие. Их уже нет здесь.
    - Но как же... эти звуки...
    Другой гость подошёл к кабинке, брезгливо дотронулся до её ручки. Дверца медленно раскрылась. Внутри действительно никого не было. Зато некая сила вырвала панель управления и она медленно раскачивалась, задевая стенку и издавая неприятный скрежет.
    - Успели-таки! - в сердцах выпалил один из милиционеров.
    Другой кивнул на соседнюю кабинку:
    - Так скорее - за ними!
    Гости в строгих, дорогих костюмах переглянулись. Прозвучал негромкий, властный голос:
    - Телепортируйтесь. Но будьте готовы к неожиданностям...
    Автоматчики побежали исполнять свой долг. Конечно, они не могли знать, что им предстоит перенестись в Многомирье.
   
   
   
   
       

Глава 6

    Последовала яркая вспышка, которая, как показалось, вместила в себя все возможные цвета и оттенки.
    И вот увидел Виктор ему незнакомое; хотя и нельзя было сказать, что уж совершенно незнакомое место. Возникло чувство "дежа-вю" - словно бы он уже когда-то здесь был. Но когда?.. Разве что во сне...
    До этого он находился на Земле, в просторном нижнем холле небоскрёба, а теперь он очутился в зале, стены которой не имели правильной геометрической формы, но все покрыты были плавными, изгибистыми выступами, которые обильно лепились один к другому; также и имелись округлые, овальные, вытянутые и изогнутые впадины, за некоторыми из которых начинались туннели.
    И освещение было отнюдь не электрическим. В стенах мерно, с успокоительной неспешностью мерцали живым, тёплым, словно бы солнечным светом светильники - преимущественно зеленоватые, но также и синие и голубые.
    Юноша услышал приятный, очень мелодичный, совершенно лишённый какой-либо агрессии голос:
    - Здравствуйте. Вам совершенно не о чем волноваться. Это место, в которое вы попали, встречает вас, здесь вы можете почувствовать себя в безопасности.
    Теперь Виктор увидел, что в воздухе, поблизости от него, порхает, размахивая крыльями из тончайших хрустальных нитей, фея. Собственно, Виктор, конечно, ещё не мог знать, что это именно фея, ведь он её впервые видел, но ведь именно так представлял он себе фей, при чтении детских сказок. Миниатюрная, полупрозрачная, похожая на живой, сияющий внутренним светом драгоценный камень.
    И Виктор произнёс:
    - Я знаю, куда попаду. Это - Многомирье.
    - Вот так новости! Вот так чудо - пропела фея.
    Пол вздрогнул, надулся пузырём, и из пузыря вышел человек в светлом одеянии, которое при всём своем изяществе показалось Виктору нелепым, так как походило скорее для средневековья. Этот статный, средних лет мужчина с загорелым, благородным лицом проговорил торжественно:
    - Вижу на ваших головах обручи из коры вселенского древа. Так, стало быть, свершилось.
    Альфа, которую Виктор всё это время держал за талию, и которая не подавала признаков жизни, теперь пошевелилась, открыла глаза и произнесла:
    - Ах, какой здесь воздух хороший... Какой чистый... Какие в нём живые ароматы... Я раньше и не думала, что воздух может быть таким...
    Приветливо глядела она на фею и на человека в светлых одеяниях. Говорила:
    - Глупой я была, что боялась попасть сюда. Конечно, теперь многое в моей жизни изменится, но такова уж, значит, моя судьба.
    ...В этой зале было много различных необычных для землянина предметов, и только теперь Виктор обратил внимание на тёмно-коричневые грибы, которые поднимались из пола. На Земле таких грибов точно не росло. Его ножка (а точнее - "ножища") поднималась метра на три, ну и шапка была под стать - широченной и толстой.
    Из-под одного из таких грибов появились Виктор и Альфа, и вот теперь шапки двух других грибов дрогнули, надулись, а затем выплюнули с чавкающим звуком вниз, под свой тенистый покров облачка стремительно вращающихся многоцветных частиц. Очень быстро эти частицы сложились в фигуры милиционеров, в руках у которых были автоматы. Наперебой закричали они:
    - Виктор Райс! На пол! Руки на голову!..
    Затем - испуганно и изумлённо:
   - Что это за место?! Дьявольщина!! Что это за место?!..
    С потолка бесшумно слетели бесцветные, почти невидимые сети. Эти сети, упав на "стражей порядка", начали сжиматься и окутывать их с головы и до ног. Те кричали, пытались вырваться, но сети оказались гораздо сильнее их. Всё же они успели выпустить несколько беспорядочных, ни в кого конкретно не направленных автоматных очередей.
    Но, пуля-дура - летит слепо, и всё равно, кого лишать жизни хорошего или плохого.
    В это мгновенье Альфа почувствовала необходимость защитить близкого, любимого человека. И Виктор сделал бы то же самое, но так уж получилось, что девушка отреагировала первой. Она обхватила шею Виктора, порывисто прижалась своими губами к его губам.
    Шальная пуля попала ей в спину, между лопаток. Она даже не вздрогнула, не почувствовала боли, но вздохнула и начала оседать к полу. Виктор почувствовал, как по ладоням стекает её горячая кровь.
    Автоматчики больше не представляли угрозы: нити полностью оплели их, а появившиеся паукообразные существа поспешно схватили их оружие и утащили в один из проходов; автоматчиков понесли в противоположную сторону.
    Но Виктор уже не обращал внимания на этих огромных пауков, он с болью и тоской вглядывался в лицо Альфы, которое стало уж очень безмятежным. Юноша полагал, что такое лицо должно быть у умирающего человека. Но он, конечно, не принимал этого!..
    Он обратился к человеку, в светлых одеяниях:
    - Ведь мы сможем помочь ей, правда?
    Человек ничего не ответил. Он присел, рядом с Альфой, достал из кармана склянку с светло-зеленоватой жидкостью. Когда откупорил, в воздухе распространился сильный, терпкий запах.
    Несколько капель попали в рот к Альфе. После этого лицо девушки стало совершенно безмятежным и... она перестала дышать.
    - Что с ней? - в тревоге спросил Виктор.
    - Ничего особенного. Теперь её тело заморожено...
    И, дотронувшись до руки Альфы, Виктор почувствовал, что она очень холодная. Провёл ладонью по её лицу - и от лица её исходил холод. Начал звать её:
    - Альфа, ты слышишь меня?.. Альфа, пожалуйста, не умирай... - и снова обратился к человеку в светлой одежде. - Зачем вы её заморозили?
    Человек ответил:
    - Если бы я не сделал этого, то Альфа умерла бы. Пуля прошла рядом с сердцем...
    - А так - не умрёт?
    - Пока неизвестно. К сожалению, мне не совладать с такой тяжёлой раной. Но я знаю, к кому можно обратиться.
    - Так скорее! Чего мы теряем время?!..
    - Мы не теряем время...
    Человек поднёс к губам дудку и извлёк несколько музыкальных нот. И, словно бы ни откуда взялись светлокрылые феи. Они казались маленькими и хрупкими, но их было очень много, и они подхватили, подняли тело Альфы, понесли её к выходу.
    Поспешил за ними и Виктор. Человеку в светлых одеяниях не надо было спешить, потому что шаги его оказались очень широкими, и двигался он, без всяких усилий, стремительно.
    Выход из древесной залы обрамляли толстые, изящно изгибавшиеся корни, и, когда Виктор проходил между ними, он заметил, что из сцепления этих ветвей глядят на него тускло-зелёные и голубые, с чёрными зрачками глаза.
    И вот они вышли...
    Виктор увидел кусочек Многомирья. Он уже готовил себя к тому, что этот мир не будет похожим на Землю, но одно дело - готовиться, а совсем другое - увидеть это необычное, наяву.
    Не небоскрёб над ним вздымался, но огромное, ни как не меньше двухсот метров в высоту дерево. На широченных ветвях можно было разглядеть домики, между которыми вытягивались навесные мосты...
    Та, часть мира, в котором находился Виктор, была отвернута от источника света - местного Солнца, и их окружала глубокая, приглушающая цвета тень, но в небе темноты не было. Над ними простирался бескрайний океан воздушного пространства; в этом воздушном океане висели, вращались с бесконечной неспешностью, но никуда не падали многочисленные миры.
    Виктор уже был предупреждён, что миры в Многомирье, по большей части, совсем небольшие - тридцати-сорока километров в диаметре, и действительно - они такими и были. Например, на поверхности ближайшего мира отчётливо виделись каменный город, деревня, лес, озеро, а также - древние руины, среди которых происходило движение. Но эти детали занимали уже практически всю видимую, дневную половину того мира...
   Среди миров плыли облака: белые, кучевые, неспешно изменяющие формы. В отдалении темнела, озарялась белёсыми отсветами молнии дождевая туча. Иногда и сами молнии можно было там разглядеть - тоненькими нитями простирались они во все стороны...
   Несмотря на то, что половина мира, на котором находился Виктор, отвернулась от солнца, вершина огромного дерева не попала в тень, и её озаряли лучи. Весело зеленело там лиственное море. И с ветвей как раз спускалась вместительная корзина, в которой виднелись несколько фигур. Виктор ожидал, что он и человек в белом сядут в эту корзину и поднимутся к кроне. Но получилось совсем не так...
   Вот корзина опустилась, открылась дверца, и из неё вышел некто похожий на пень и скрипучий, а также - вышел ещё один Виктор Райс, одежда которого состояла из неспешно шевелящихся корешков.
   Тот Виктор Райс, на голове которого источал белый свет обруч, уставился на своего дневника и пробормотал:
   - Так ты жив?
   А этот Виктор Райс из Многомирья отличался здоровым цветом кожи, казался он и здоровее и сильнее новичка. Взглянув на своё подобие, он совсем не удивился, а произнёс:
   - Ну, какие первые впечатления от Многомирья?.. Красотища, да?.. Бледный ты какой, городской житель. Ничего - здесь поживёшь, здоровее станешь...
   На что новый Виктор Райс ответил:
   - Первые впечатления - ужасные. Тяжело ранена моя любимая.
   Только тут загорелый Виктор Райс заметил бледную, недвижимо висящую на десятках тонкокрылых фей, Альфу. Этот Виктор произнёс:
   - О, какая она красивая. Ты в неё влюблён? Прекрасно тебя понимаю. Я бы в неё тоже влюбился, ведь ты - это почти я... почти но не совсем... Знаешь, сколько я здесь уже живу?
   - Ну?
   - Четырнадцать лет.
   - Четырнадцать лет! - изумился новый Виктор Райс. - А выглядишь таким похожим на меня.
   - Ну, естественно - я же, все эти четырнадцать лет, рос также, как и ты. Ты уже сообразил, что это дерево - аналог того небоскрёба, в котором ты обитал.
   - Ну, действительно - некоторые аналогии прослеживаются...
   - Так мне здесь позволили остаться и жить, потому что я - один из первых, телепортировавшихся сюда из небоскрёба Викторов Райсов. Вообще - почти каждый день появлялись новые Викторы Райсы, также как и приятели Лёши и все остальные обитатели небоскрёба. Понимаешь, какой поток людей?.. Я на этих новых Викторов Райсов уже внимание перестал обращать. Но неделю назад их появления прекратились. Случилось там что-нибудь?
   - Случилось.
   - Ну, так рассказывай. Или, думаешь, меня уже не интересуют новости с Земли?
   Но новый Виктор Райс ничего не успел рассказать своему двойнику. Дело в том, что ещё когда они только вышли из-под корней гигантского дерева, человек в светлых одеяниях извлёк из своей дудки несколько музыкальных нот. Правда, эти звуки были уже отнюдь не такими мелодичными, какими он звал фей. Слышались в этих пронзительных звуках вой неукротимого, гневного ветра; сила бури рвущейся вперёд и пробивающей преграды, слышались отголоски дальних, но стремительно приближающихся молний.
   Эти звуки, зародившись, тут же были поглощены воздухом, но не исчезли бесследно, а унеслись вдаль, чтобы найти там отзыв и вернуться. Но вернулись они уже усиленными, ревущими, и не одни, а с тем, кто ревел глоткой, и шумел крыльями. Это был двадцатиметровый дракон, с чешуёй темно-зеленой по бокам, и более светлой, почти золотистой сверху, где вздымались гребни.
   Из широких ноздрей дракона вырывались клубы дыма, в приоткрытой глотке виднелись длинные, острые клыки, которые запросто могли перегрызть не только человека, но и слона.
   Из лап торчали когти, которые, когда дракон сел, оставили в земле глубокие борозды, словно от нескольких плугов.
   Новый Виктор инстинктивно отпрянул назад, укрылся за выступавшими у входа в древесную залу корнями. Но человек в светлых одеяниях проговорил:
   - Не волнуйся, это Рогомат - дракон сильный и огнедышащий, но безопасный для нас. Рогомат - мой друг...
   Словно бы в подтверждение этих слов, Рогомат повёл голову к человеку в светлом, и прикоснулся краем своей чешуйчатой щеки к его плечу. Человек в светлом указал на украшенную ветвистыми золочёными ветвями тёмную кабинку, которая, с помощью широких кожаных ремней была закреплена на спине у дракона, произнёс:
   - Ну, вот там мы и полетим.
   Феи усерднее замахали своими крыльями, подняли холодную Альфу к этой кабине. Человек в светлом, ловко хватаясь за выступы на чешуе, вскарабкался к кабине быстрее фей, распахнул перед ними дверцу. И, только когда тело Альфы начало погружаться в сумрак этой кабины, новый Виктор Райс поспешил за ними.
   Конечно, страшно было подойти к этому громадному, могучему дракону, который, если бы захотел, раздавил бы его одним неосторожным движением, просто перевалившись с бока на бок. Но Виктор смог преодолеть этот инстинкт самосохранения, он, хватаясь за выступы, начал карабкаться вверх.
   Жёсткая, непробиваемая чешуя оказалась очень тёплой, почти горячей - это проходил жар изнутри дракона, там, где зарождался неистовый, расплавляющий сталь и камни огонь. Виктор давно не тренировался, зарядкой не занимался, поэтому подниматься было не легко, в конце-концов он соскользнул и весьма больно ударился спиной об землю
   Проживший в Многомирье четырнадцать лет Виктор Райс проговорил насмешливо:
   - Ну ты, дружище, совсем зажирел в своём городе! Засиделся за "компом"! Скоро сюда будут поступать совсем дряхлые Викторы Райсы, а я останусь всё таким же здоровым!..
   Человек в светлом, спустил от кабины на спине дракона верёвочную лестницу. Подниматься по ней тоже было не легко, но всё же Виктор смог вскарабкаться, и оказался на спине дракона, возле кабины.
   Одно неловкое движение и его нога заскользила вниз, по выгибающейся чешуе. Взмах руками, и он начал заваливаться назад. Если бы человек в светлом не схватил его за руку, то Виктор Райс упал бы и покалечился.
   - У-уф, спасибо вам.
   - Не за что. Но ты должен тренироваться - быть ловким, стремительным, непредсказуемым, решительным - эти и иные подобные качества помогут тебе выжить... Ну а сейчас мы начинаем путешествие...
   Из кабины выпорхнули феи, полетели обратно к стволу громадного дерева, а Виктор и его провожатый прошли в кабину. Там оказались две скамейки и стол между ними, а также - отгороженная узорчатой тканью комнатушка, где на кровати лежала безжизненная, холодная Альфа. Человек в светлом пронзительно свистнул. Дракон Рогомат взмахнул крыльями, рванулся с земли вверх.
   Виктора сильно качнуло, но он успел ухватиться за спинку скамейки и устоял на ногах. Человек в светлом произнёс:
   - Делаешь успехи. Ещё немного, и станешь героем.
   Но Виктору было не до шуток. Он подошёл к окну и выглянул. Увидел, как уносится вниз ствол дерева. Всё выше взлетал дракон. И вот хлынули золотистые, тёплые лучи солнца. Виктор почувствовал их прикосновение на своём лице и улыбнулся. Ему думалось, что и Альфа должна пробудиться под действием живительного света и свежего, заполнившего кабину воздуха, но она лежала всё такая же недвижимая и холодная. Никто не мог сказать, очнётся ли она когда-нибудь...
   
   
   
   

Глава 7

   Сильно гудел ветер; в кабине, закреплённой на спине дракона, было свежо; а сам дракон, размахивая своими длинными, сильными крыльями, издавал звуки, схожие с отдалёнными отголосками грома...
   Виктор стоял возле окна, схватившись за подоконник и выглядывал наружу. На какое-то время, из-за новизны ощущений, даже и волнение за раненную Альфу отступило на второй план.
   Он смотрел на миры, всегда разные, полные множеством удивительных, интересных деталей, поблизости от которых пролетал дракон. Но больше его изумили ни древние, величественные руины, ни статуи, ни города и сёла удивительных форм и расцветок, ни громадные деревья, которые произрастали на некоторых из миров, а железный, простенький самолёт, который, урча двигателем и крутя пропеллерами, неспешно летел куда-то между мирами. Вот это действительно было откровеньем! Ведь Виктор полагал, что в Многомирье царит сказочное средневековье с рыцарями, драконами, всевозможными удивительными существами...
   А тут вот, нежданно-негаданно, появилась такая откровенно механическая, земная вещь, как этот самолёт с пропеллерами. Виктор глубоко вздохнул, и хотел уже обратиться с соответствующим вопросом к человеку в светлых одеяниях, но тот опередил его, произнёс:
   - Смур моё имя.
   - А я - Виктор.
   - Как тебя зовут, мне хорошо известно. Ты - наша надежда, Виктор Райс. Хотел спросить, откуда здесь самолёты? Ну а сам не догадываешься?..
   - С нашей Земли телепортировались?
   - Ну, почти угадал. Только вопрос, у вас такими самолётами пользуются?
   - Нет. Это уже старьё.
   - Для вас - старьё. Для нас - новьё. Причём - ненужное новьё. Это ваши, земляне, люди, собрали из подручных деталей такую примитивную, по их разумению, конструкцию. Уж сколько здесь всего наизобретали!... Неймётся вам, землянам. Ты гляди, гляди внимательнее. Вот тебе подзорная труба. На миры гляди, что там творится. Тогда кое-чего поймёшь...
   И Смур протянул Виктору сложенную трубу. Виктор подумал, что подобными трубами, должно быть, пользовались в старину пираты; и вот теперь он сам приник к окуляру...
   Да - он видел, что на поверхности миров построено множество ветхих домишек, что и возле руин сушится на верёвках бельё и повсюду снуют и снуют люди. Все они заняты были некой однообразной работой.
   А Смур спрашивал:
   - Как тебе кажется - много здесь людей?
   - Весьма много.
   - Ответ неверный. Это для жители Земли здесь "весьма много" людей, а для жителей Многомирья - их здесь катастрофически много.
   - Но...
   - Сейчас поверни-ка трубу немного направо. Да, вот так. Видишь платформу?
   Виктор увидел, что в воздухе, среди миров недвижимо висит большая, украшенная флагами платформа. К платформе то и дело подлетали разнообразные воздушные суда - с парусами, с крыльями, а также - подобия самолётов.
   Смур говорил:
   - На этой платформе расположены несколько телепортов, из вашего крупного супермаркета, где многие делают покупки. Там они телепортируются, а здесь появляются их двойники. Ежесекундно по двадцать-тридцать человек. Женщины, мужчины, дети. Все воспринимают то, что видят здесь по разному. Некоторые - спокойно, рассудительно; у многих начинается паника, они порываются куда-то вырваться, бежать или лететь, но дороги назад, на Землю, у них уже нет. А у кое-кого не выдерживает сердце... Например, есть такая старушка, живёт она в твоём родном городе, любит кошек и классическую музыку, каждый день делает покупки для своих пушистых любимцев в упомянутом супермаркете, и из супермаркета - телепортируется к себе в квартиру. Ты уже понимаешь, что её копии появляются здесь. И вот, бедная старушка! - слабая, чувствительная, каждый раз она не выдерживает, умирает. Уж чего только мы не пробовали делать - воссоздаём обстановку, которая могла бы подействовать на неё умиротворяющее, но она уже сразу чувствует, что занесло её куда-то совсем далеко - и умирает, и умирает...
   Виктор пробормотал:
   - Тяжёлый случай...
   - Таких случаев - неисчислимое множество. Также, как впрочем, и совершенно иных случаев. Ежедневно миллиарды людей проникают в Многомирье...
   - Я слышал, что Многомирье очень большое, - проговорил Виктор.
   - Многомирье не просто большое - мы даже не знаем, имеет ли оно границы. Можно лететь годы, столетия, тысячелетия, а тебя всё будет окружать воздушный океан и разнообразные миры.
   - Так, по крайней мере, перенаселение вам пока что не грозит. На всех миров хватит, - предположил Виктор.
   - И снова - не правильно. Если бы люди появлялись в разных уголках Многомирья, то, быть может, никто здесь и не придал бы этому большого значения. Но, как ты уже мог заметить, появляются они в местах, имеющими некую аналогию с земной географией. То есть, если многие телепортации, происходят в пределах поверхности Земли, то здесь люди появляются на пространстве равном поверхности вашей Земли. Миры, находящиеся в доступных пределах, просто не в состоянии всех их прокормить, их привозится развозить дальше, но и те миры, до которых надо лететь несколько недель - уже перенаселены, ресурсов не хватает. Не все могут жить нормально, некоторые нищенствуют, голодают... Вообще, я говорю только об одном аспекте, тогда как всё настолько же сложно, как и жизнь человеческого общества на твоей родной планете, и даже ещё сложнее, хотя бы потому, что появляются сотни совершенно одинаковых людей. Бывает, что приносят с собой оружие, но это - тема для отдельного разговора...
   Дракон летел дальше, а Виктор замечал многочисленные платформы, которые висели в воздухе. К платформам подлетали и подлетали разнообразные корабли, змеи, драконы. Увидел Виктор и целую флотилию из примитивных самолётов, которые летели куда- то...
   Смур продолжал:
   - ...Здесь очень-очень много чего можно увидеть. В основном, относящееся уже не к нашему, а к вашему, Земному. Все эти миры до отказа забиты землянами, а мы, коренные жители Многомирья, только снуём здесь, пытаемся успокоить, направить в нужную сторону; прекратить в конце-концов, этот опасный, разрушительный, миллиарды человеческих трагедий порождающий кошмар под названием "Телепортация".
   - Ну, об этом я уже слышал. Моя задача, проникнуться кошмаром происходящего, чтобы моя копия, которая отправиться, благодаря обручу, на Землю, стала пламенным борцом, уничтожителем телепортаций... бр-р... как всё запутано и... чуточку смешно! Ну, не получится у меня этого! Какой из меня, к дьяволу, герой!..
   - Ты ещё практически ничего не видел, Виктор, всё впереди...
   
   * * *
   
   - А куда мы летим? - спросил Виктор, через некоторое время.
   - Летим к целительнице - змее Смааараше.
   - Змея-целителница?.. Хм-м... Ну, а впрочем, чему удивляться - я же в параллельной вселенной.
   - Ты ещё много чему будешь удивляться, Виктор Райс, вот сейчас нас, похоже, ожидает заварушка...
   Снаружи раздался многократно усиленный подпорченным динамиком, и из-за этого чрезмерно хриплый голос:
   - Немедленно остановите змея! Вы арестованы!!..
   Выглянув в окно, Виктор увидел, что наперерез им летит несколько Земных "тарелок" устаревшей конструкции, в металлических заплатках. Даже и на значительном расстоянии можно было услышать, как некоторые из этих "тарелок" пыхтят, за ними в воздухе оставались следы гари.
   - Тоже земляне, - констатировал Виктор. - Но что им от нас надо.
   - Надо, чтобы мы остановились, - печально вымолвил Смир.
   - Ну так это, стало быть, скоро уладится. Ведь они поймут, что мы - не преступники, а важные лица.
   - Кого это ты называешь "важными лицами"? - спросил Смир.
   - Ну, по крайней мере, ты важное лицо.
   - Я? Да я просто один из жителей Многомирья со своей судьбой...
   Между тем "тарелки" подлетали ближе. Ещё несколько таких же старых, но ещё достаточно проворных "тарелок" неслись наперерез дракону Рогомату.
   И Виктор увидел, как дракон начинает вбирать в себя воздух, при этом и его шея и передняя часть туловища раздувались.
   Смур издал несколько пронзительных свистящих звуков. Тогда Рогомат издал недовольный рёв, и выпустил огненные потоки, но не в "тарелки", как хотел изначально, а в сторону...
   Затем он резко изменил направление полёта. "Тарелки" промелькнули в нескольких метрах от его крыла. В воздухе гремели крики:
   - Немедленно остановитесь! Вы на частной территории! В противном случае, мы открываем огонь!!
   Смур вновь засвистел, но уже несколько с другой интонацией. Дракон сложил крылья и стрелой помчался к скоплению кучевых облаков. Там можно было укрыться. "Тарелки" гнались за ним. Прогремели оружейные выстрелы. Смур издал гневный рёв...
   А Виктор говорил:
   - Задели его, но это не страшно: ваши ружья и автоматы не могут пробить драконьей чешуи. Так - расцарапают, разъярят. Гораздо опаснее - лучевое армейское оружие, которое также попадает с вашей Земли. Если у них на "тарелках" есть такое, то нам остаётся надеяться только на то, что они косые.
   Ветер гудел с угрожающей громкостью. Закреплённая на спине дракона кабина вздрагивала от потока встречного воздуха (впрочем, эта кабина имела обтекаемую форму, чтобы не слишком мешать дракону в полёте)...
   Виктор кричал:
   - Но почему же так получилось?!.. Вы разве не знали, где лететь, чтобы не напороться на этих...
   - Нет, не знал, - спокойно ответил Смур.
   - Но как же? Ведь вы же житель Многомирья. Можно сказать, работаете здесь. Какой же из вас провожатый?
   - Мы пока движемся к змее- целительнице, а не попали в плен и не погибли, и это уже неплохо. Быть хорошим, всё знающим проводником здесь невозможно. Из-за постоянно появляющихся людей, в этой части Многомирья образуется хаос. Мы с этим хаосом боремся, но он образует вновь и вновь, в самых разных местах... Вот пример: была средних размеров платформа, которая висела неподалёку от одного из миров; в среднем туда прибывало по тысяче человек с Земли каждый день. С ними работали: пытались объяснить, успокоить, развозили их туда, где, как предполагалось, они будут жить... И вот однажды телепортировался туда целый отряд хорошо вооружённых военных. Они, вроде, собирались на ученья. А попали в Многомирье... И что же: не растерялись, в обмороки падать не стали; но подчинились своему командиру, постреляли всех обслуживающих ту станцию, заняли круговую оборону... А новые люди всё пребывали и пребывали к ним. На платформе уже не умещались. Тогда они научились использовать стоявшие там корабли, весьма оперативно колонизировали ближайшую планету. И вот организовали своё, поначалу небольшое, но быстро набирающее численность государство. И были у них законы разработаны: из этих законов следовало, что всё окружающее их - это зло, что с этим надо бороться, и, если пока нет возможности уничтожить, так, по крайней мере, предотвращаться все попытки вмешаться в их судьбу...
   В это время дракон влетел в облако. Сразу же видимость сократилась до нескольких метров. Тут и все звуки, казавшиеся прежде такими громкими, значительно стихли...
   Виктор спросил:
   - Ну что - отстали от нас эти "тарелки"?
   - Нет. Не думаю. Они могут быть столь же настырными, сколь и тупыми. Так что, думаю, ещё летят...
   Подтверждением его слов стала весьма яркий желтоватый сполох за окном. Смур покачал головой и произнёс с деланными спокойствием:
   - Ну вот. Оказывается, у них есть лучевое оружие. Значит, придётся за них серьёзно взяться, а то они много проблем могут доставить честным людям и не людям...
   - Вы сейчас сражаться с ними будете? - спросил Виктор.
   - Не я и не сейчас. У меня есть вполне определённая задача: показать тебе то, что ты должен увидеть в Многомирье, ну и, конечно же, попытаться спасти Альфу.
   И Смур вновь издал с помощью своей дудки несколько громких, что-то значащих на драконьем языке звуков.
   Дракон Рогомат резко метнулся в сторону...
   Хотя Виктор чувствовал эти рывки, но он не мог определить, где верх, где низ. Да и не было в воздушном пространстве между мирами ни верха, ни низа, иначе бы все эти миры посыпались бы вниз...
   И вот Рогомат вынырнул из облака. Он оказался совсем близко от поверхности мира; где, обрабатывая почву и занимаясь иными повседневными делами, в превеликом множестве копошились люди с Земли. Виктор даже услышал их испуганные крики...
   Мир рассекало глубокое ущелье и именно в это ущелье устремился дракон. Сразу стало темно. Виктор едва мог разглядеть каменные стены, которые сходились всё ближе друг к другу...
   Теперь уже Виктору было впору кричать. Столкновение с этими гранитными выступами казалась неизбежной. Но Смур произнёс:
   - Ты зря беспокоишься. Положись на Рогомата. Он умелый дракон. Уже триста лет живёт, и ещё и не из таких передок живым выбирался...
   - Ага! - вскрикнул Виктор, но ничего со своим страхом не мог поделать.
   А впереди забрезжил свет. Только бы добраться дотуда! Разве же может такой громадный дракон пролететь между столь узкими стенами?!
   Но Рогомат сложил крылья, весь вытянулся и... прорвался. Вновь влетел в облако...
   Смур произнёс:
   - Ну, кажется, оторвались от этих глупцов.
   Затем он достал из ящичка в столе крупную, жемчужного цвета раковину, и громко проговорил в неё:
   - Смур вызывает. Вы слышите меня?
   Через пару донёсся приветливый женский голос:
   - Смур, дорогой. Ну, как у тебя дела?
   - Здравствуй, Таисья. Я встретил важного гостя. Ну ты слышала о нём: Виктор Райс...
   - О-о, наконец- то! Ну и как он?
   - Нормально, хотя трусоват и неловок. Но этого и следовало ожидать... Помнишь, каким вначале был его предшественник?
   - Да, тоже на героя не слишком походил, но быстро исправился.
   - С ним, кстати, ещё одна девушка телепортировалась. Зовут Альфой. У неё тоже обруч из коры вечного дерева.
   - Девушка Альфа? Виктора Райса мы готовили, а эту девушку - нет. Вообще, в первый раз о ней слышу. Интересно, кто направил её двойника.
   - Этого я не могу сказать. - тут Смур обратился к Виктору. - Ты знаешь, кто направил двойника Альфы на Землю?
   - Нет. Об этом она мне не рассказывала, а, может, и копия ей не сообщила. Ведь копия всего несколько минут в нашем мире живёт, а затем - погибает...
   Смур дальше говорил своей собеседнице:
   - К сожалению, был инцидент с перестрелкой. Альфа тяжело ранена. Это произошло у 365-дуба титана в квадрате 3528... А потом на нас ещё напали. Кто именно - не знаю. Но на заплатанных земных "тарелках" с лучевым оружием.
   - Ага, я их уже отследила. Они в квадрате 3576, а некоторые до сих пор преследуют вас.
   Из Виктора вырвалось восклицание:
   - Где?!
   А затем дракон вылетел из облака и вопрос Виктора оказался лишним. Одна из "тарелок" неслась прямо на них. Дракон выдохнул огненный поток, и тарелка обратилась в ослепительный, бесформенный сгусток, которой продолжал лететь на них.
   В самое последнее мгновенье, когда столкновение казалось уже неизбежным, дракон изменил направление полёта, и сгусток пронёсся мимо. Однако Виктор почувствовал жар.
   То, что осталось от "тарелки", скрылось в облаке. Оттуда выплеснулась яркая вспышка. Дракон, как ни в чём не бывало, продолжал лететь вперёд. Смур обратился через жемчужную раковину:
   - Видела, что произошло?
   - Да, - ответила Таисья. - В район, где обосновались эти разбойники, уже направлена драконья стая с парламентёрами.
   - Эти вояки настроены очень агрессивно. Так что пусть парламентёры будут осторожны.
    - Не беспокойся, Смур. Они знают, что делать дальше...
    Некоторое время летели в молчании. Затем Виктор спросил:
    - Так вы не досказали историю про тех обособившихся, агрессивных, людей, которые один мир захватили.
    - Ах, да. Нас отвлекли.... Ну так была вполне типичная история. Они попытались захватить ещё несколько миров, но мы дали им достойный отпор. К сожалению, многие из них погибли... Наконец, когда их ресурсы оказались полностью истощёнными, они сдались. Вот, собственно, и всё... Погибли тогда несколько тысяч человек. Ни за что, ни про что - просто из-за глупости. И такие случае происходят повсеместно.
    - Ужасно, - вздохнул Виктор. - Действительно, надо прекратить телепортации... Только ничего не получится. То, что кажется очевидным здесь, покажется небывальщиной на Земле. Даже если мне удастся вернуться на Землю с помощью обруча, меня там никто слушать не станет, о чём, впрочем, я уже говорил...
    - Но наше путешествие ещё не закончено, и ты не знаешь всего, что должен узнать.
    - О чём же, например?
    - Подумай-ка: значительная часть ваших телепортаций происходит на Земле, но ведь многие телепортируются и в пределах Солнечной системы, и даже - в другие звёздные системы.
    - По-статистике, на сегодняшний день 45% всех телепортаций происходят вне Земли, - ответил Виктор.
    - А если проводить аналогию с нашим Многомирьем, то, получается, что телепортируются они сюда, в Многомирье за многие миллионы километров вот от этого места. Те, кто на Луне - ближе, те кто, например, на Юпитере или Сатурне - значительно дальше. Вот Рогомат, при всей своей скорости, будет лететь туда столетия или даже тысячелетия, а все те ваши люди появляются в отдалённых государствах... Знай, что за миллионы, километров от места, где ты сейчас находишься, но всё же в Многомирье, правит зло.
    - Что ещё за зло?
    - Ты обо всём узнаешь со временем. Скажу только, что они, враги наши, захватили уже миллионы миров, и повсюду насаждают свой жестокий порядок: отбирают у людей и не у людей свободу. И помогает им в этом поставляемое из вашей вселенной оружие.
    - Да уж. Оружие у нас жуткое. Одна атомная бомба может сотню или больше ваших миров уничтожить. Я уж не говорю о плазменных бомбах... Но управление этим оружием весьма сложное. Неужели враги разобрались?
    - Разобрались, и не без помощи ваших военных специалистов.
    - Но всё же оружия у них не должно быть слишком много. Ведь его не часто телепортируют.
    - Не забывай, как часто и как давно у вас происходят телепортации абсолютно всего.
    - Вообще-то - да. Согласен.
    - И к тому же у нас имеются сведения, что происходят планомерные поставки оружия из вашей Вселенной в наше Многомирье.
    - Но как же так?.. Ведь никому в нашей Вселенной неизвестно, о том, что наши копии попадают сюда.
    - По-видимому, кому-то всё-таки известно. Поставки оружия происходят именно в те враждебные нам области. Из-за этого ежедневно погибают миллионы людей и не людей... Я не думаю, что нам удастся противостоять их вторжению. Злая империя имя которой Саатурщ разрастается...
    - А я-то думал, что мне первому удалось проникнуть сюда и вернуться.
    - Ты ещё не вернулся, и вообще - не будь слишком самонадеянным. Мы же не можем отследить всех людей... Нашим врагам попался такой способный посредник между измерениями. Кто он, я не знаю. Кто именно, в вашей Вселенной, стоит за всем этим, мне тоже неизвестно. Но, согласись, не так уж и много надо средств, чтобы поставить сюда например, тысячу истребителей с атомными боеголовками...
    - Вообще-то, каждый из таких истребителей стоит значительную сумму.
    - Ну да, на один всё же придётся потратиться. А дальше - ты сам подумай.
    - Ах, да! - воскликнул Виктор. - Скажем, если поставить два таких телепорта на поверхности Марса или на спутнике Юпитера и начать телепортировать туда-сюда один истребитель, так он и будет дублироваться здесь вновь и вновь!.. Как же мне это сразу в голову не пришло? Вроде, не тугодум... Наверное, просто сложно ко всему этому привыкнуть. Слишком всё это сложно, и... страшно... Я вижу красивый мир. Вернее - десятки разных миров, они мне нравятся; здесь всё так на сон похоже, и вот всему этому грозит гибель от нас, Землян. Я действительно хочу это остановить, но я слишком слаб. Я просто маленький человек, один из миллиардов. Нет, нет - я не смогу противостоять огромной машине, всем государствам, всем, кто не представляет своей жизни без телепортаций!.. Если бы каждому человеку в нашей Вселенной можно было бы показать Многомирье так, как вы показываете мне его, так ещё был бы шанс на успех. По-крайней мере, началась бы борьба, а меня с моим заявлением - просто раздавят...
    - Не всё так плохо. Если бы не было надежды, мы не устраивали этих прыжков с обручем из вечного дерева...
    Виктор шагнул к занавеси, отдёрнул её, склонился к Альфе. Она лежала, всё такая же недвижимая, бледная. Он положил ладонь на её холодный лоб, спросил:
    - Альфа, ты слышишь меня?
    Но Смур проговорил:
    - Она не слышит. Сердце её не бьётся, но она ещё не совсем не умерла. Есть шанс...
    - А сколько ещё лететь до этой змеи-целительницы?
    - Примерно шесть часов.
    - Как долго!
    - Отвыкай от телепортаций, и поверь - Рогомат один из самых быстрых драконов...
   
   
   

Глава 8


    В течении следующих нескольких часов Виктор увидел так много всякого разного, совсем необычного для жителя Земли, что от переизбытка впечатлений у него разболелась голова. Он уже устал спрашивать у Смура, устал глядеть:
    И всё же то главное, что Виктор увидел за это время - это множество миров, которые были переполнены людьми, землянами. Миры были истощены, а на них появлялись всё новые и новые, телепортировавшиеся из иного измерения - их как могли успокаивали и везли туда, где ещё можно было жить.
    Когда они пролетали поблизости от одного из таких мест, Виктор услышал истеричные крики, а затем - стрельбу. Там явно начиналась заварушка, но ему уже лень было спрашивать у Смура, что именно происходит. Виктор просто сидел за столом, и глядел на штору, за которой лежала холодная, почти мёртвая Альфа:
   И вот, наконец, свершилось. Смур торжественно объявил:
   - Мы прилетели на мир Смаш, к змее, колдунье Смааараше.
   Дракон Рогомат, сделав стремительный полукруг, опустился на островок, окружённый болотной топью. Причём дракон занял практически всю поверхность этого островка.
   Смур скинул вниз верёвочную лестницу, подхватил одной рукой Альфу и, ловко балансируя, спустился на землю. Зато Виктору пришлось помучиться. Когда Рогомат пошевелился - лестница всколыхнулась, руки Виктора соскользнули и он полетел вниз. К счастью, падение было не слишком болезненным - почва оказалась болотистой, прогнулась под тяжестью Виктора.
   Поднявшись, Виктор огляделся. Собственно, смотреть там было особо не на что. Над ними возвышался чешуйчатый, источающий жар дракон, перед ними - покосилась на бок ветхая избёнка. А над болотной топью поднимались, клубились зеленоватые испарения, так что висящие в небе миры казались смазанными, и даже невозможно было разглядеть той суеты, которая на них царила:
   Смур пояснил:
   - Мир Смаш - один из немногих, совершенно непригодных даже для отчаявшихся Землян. За исключением этого островка, здесь - сплошное болото, осушить которое не представляется возможности, так как оно идёт едва ли не до самого ядра. Ну а здесь живёт:
   Тут дверь избушки распахнулась, и наружу выглянула отнюдь не змея, а старуха в ветхом, заштопанном платье. Она проскрежетала:
   - Смааарша здесь живёт. А ты, Смур, болван молодой, гони давай отсюда своего дракона, а то от него такой жар, что у меня сейчас кожа слезет.
   Смур нисколько не обиделся на такое грубое приветствие. Он, не выпуская недвижимую Альфу, одной рукой достал дудку и громко дунул в неё. Дракон Рогомат шумно взмахнул крыльями и взлетел. Ветер при этом поднялся такой, что избушка заскрипела и зашаталась. Виктор даже подумал, что это ветхое строение рухнет. Но избушка устояла.
   Ещё не смолк шум от драконьих крыльев, а Смаарша проскрежетала:
   - Ну, проходите, проходите. Отведаем мервичинки:
   - Извините, что? - переспросил Виктор.
   - И не подумаю прощать, - злобно проскрежетала Смаарша.
   Когда они переступили-таки порог и оказались в затенённом, сыром помещении, где запах плесени царствовал над всеми, тоже далеко не самыми приятными запахами, Смур произнёс:
   - Смаарша, со всей своей проницательностью, ты ошиблась сегодня. Это не очередная подачка тебе. Не жертва войны:
   - А жаль, жа-а-аль, - зашипела страшная старуха. - Давно уже не доводилось мне лакомится человечиной. Редко они сюда падают:
   - Да - редко, потому мы что за этим следим. И ты это прекрасно знаешь.
   - Вы глупцы! Глу-упцы!! Их надо уничтожать. Скоро они захватят всё Многомирье.
   - Всех ни уничтожить. Да и не в нашем это стиле: лишать кого-либо жизни, без особых на то причин. Они не объявляли нам войны, они - сами жертва случайности. Если им объяснить:
   - Но никто им не объяснит, потому что это невозможно! - зашипела Смаарша, и тут Виктор увидел, что во рту у неё - не зубы, а клыки, причём острые и длинные.
   Но Смур указал на Виктора произнёс:
   - Вот - наша надежда.
   - Этот?! Ха-ха! - рассмеялась старуха, и щёлкнула клыками. - Да хоть он и нацепил себе на голову обруч из коры вселенского древа, а всё же на героя ну совсем не похож.
   Смущённый и испуганный Виктор пробормотал:
   - Я вовсе о такой роли не просил. Меня практически насильно послали в это ваше Многомирье.
   Смур ответил:
   - Ну, в Многомирье ты бы попал так или иначе, при следующей телепортации. Но не принимай близко к сердцу слова Смаарши. Ведь она пострадала от гостей с Земли:
   - От врагов с Земли! - рявкнула Смаарша.
   А Смур произнёс:
   - Землю населяют столь же разные по характеру люди, как и наше Многомирье. Пусть личное горе не затмевает твой разум.
   - Легко тебе, Смур, говорить! Твоих детей не убивали эти бандиты с Земли, не жарили их на медленном огне:
   - В одной из глупых, бессмысленных стычек с ними погиб мой лучший друг, и ты про это тоже прекрасно знаешь. Однако же я не позволяю злобе отравлять моё сердце:
   Тут в разговор вмешался Виктор. Всё это время он с возрастающей тревогой вглядывался в лицо Альфы, которая недвижимо лежала на сильных руках Смура. Виктору казалось, что её лицо, прежде просто бледное, теперь наливается какой-то смертной синевой. Возможно, это происходило только из-за скудного освещения, а, возможно, и в самом деле смерть подступила к ней ближе, чем прежде.
   И Виктор громко, с болью и с тоской, воскликнул:
   - Спасите же её! Слышите?! Хватит болтать!! Здесь человек умирает, а вы просто трепитесь!! Из пустого в порожнее переливаете! Если вы не спасёте Альфу, то вы: станете моими врагами! Да: я не шучу:
   Глаза Смаарши полыхнули зловещим, зеленоватым светом. Она зашевелила своими длинными, кривыми пальцами и заскрежетали её ногти. Виктор подумал, что эта ведьма набросится на него, но он не отступил, выпятил грудь, сжал кулаки.
   Тут Смаарша расхохоталась, а Смур усмехнулся. Смаарша сказала:
   - Ну это уже лучше. Показывает характер, а тот как увидела, подумала - хлюпик, хлюпиком, а не герой: Ладно, спасу я твою Альфу. А сейчас - положите её на стол и выйдите отсюда:
   Смур положил Альфу на стол и повернулся к выходу. Но Виктор окрикнул его:
   - Постой! Я Альфу наедине с этой старухой не оставлю:
   Смаарша подскочила к нему, схватила за запястье и сжала с такой силой, что Виктор вскрикнул. Старуха прошипела:
   - Выметайся прочь, или я сейчас откушу тебе ухо, землянин.
   Слово "землянин" прозвучало из её уст, словно ругательство, и она подтолкнула Виктора к выходу. Теперь уже Смур взял Виктора за руку и произнёс:
   - Нам лучше подчиниться и выйти. Смаарша не творит своё колдовство при посторонних.
   - Но она: она же: трупоедка: змея: Откуда я знаю, что она сделает с телом Альфы?
   - Я сказала, что излечу её, значит, это и сделаю, - произнесла Смаарша. - Я не стала бы унижаться до вранья, если бы так хотела полакомиться. Я бы просто съела и тебя и её. Но вы, возможно, действительно нужны Многомирью, поэтому до сих пор живы. А сейчас - выметайтесь из моего дома:
   
   * * *
   
    Отойдя от избёнки, Виктор стремительно обернулся к Смуру, который следовал за ним и спросил у него:
    - Ну и долго ждать?..
    На что Смур ответил:
    - Ты, кажется, недоволен? А ведь если бы не Смаарша, то шансов на излечение твоей Альфы почти не было бы: Это ваша, земная пуля, а не наше колдовство, задела её сердце.
    - Задела сердце, - повторил Виктор упавшим, мрачным голосом. - А я и не знал, что всё настолько плохо. Как страшно!.. Я не хочу терять Альфу:
    Смур проговорил:
    - Несмотря на то, что Альфа не так уж часто телепортировалась, здесь, в Многомирье, ты мог бы найти некоторое количество её подобий. Мне гораздо интереснее узнать, кто устроил передачу обруча ей: Во всяком случае, я к этому не причастен:
    Только Виктор хотел спросить, куда отвозились все прежние копии его и Альфы, как раздался мелодичный, похожий на напев морских волн звук. Смур достал из кармана жемчужного цвета раковину, и, поднеся её к лицу, спросил:
    - Это ты, Таисья? Что случилось?
    Он выслушал ответ, которого Виктор не слышал, и проговорил:
    - Скоро буду!
    Затем, нажав выступ на раковине, отключил связь.
    - Что ещё стряслось? - поинтересовался Виктор.
    - Плохи дела: Впрочем, здесь они почти всегда плохи: Я должен отлучиться.
    - А когда вернёшься?
    - Постараюсь скорее. Ты отсюда не отходи; даже и не приближайся к топи. Засосёт и никто тебя не вытащит:
    - Ладно. Буду ждать.
    Смур поднёс к губам трубку, и издал несколько резких, но, как показалось Виктору, не слишком громких звуков. Тем ним менее, звуки эти разнеслись очень далеко и дракон Рогомат услышал их, ответил рёвом:
    Правда, рёв долетел с некоторой задержкой - первым появился сам стремительный дракон. Широко расправив крылья, подобный чёрному утёсу нёсся он с затянутого болотной дымкой неба. Что ни говори, а зрелище было устрашающим. Казалось неизбежным то, что эта махина раздавит или испепелит.
    Смур стоял уверенный, с гордо расправленной спиной и с серьёзным, строгим лицом; он неотрывно смотрел на приближающегося дракона. А вот Виктор присел к земле и даже зажмурился.
    Но, конечно, дракон не задел ни его, ни Смура. Как только когти Рогомата прикоснулись к болотистой почве, Смур подпрыгнул, схватился за выступы на чешуе, начал карабкаться. Через несколько секунд он уже добрался до кабинки, оттуда крикнул:
    - Ну - лети!!
    Рогомат снова взмахнул крыльями, оторвался от земли, понёсся вверх. Исходящий от него поток горячего воздуха был настолько сильным, что Виктора швырнуло назад, и он повалился спиной в грязь.
    Уже поднимаясь, вытирая с себя грязь, пробормотал:
    - Ну и какой из меня герой? Издеваются они что ли?.. Или перепутали, меня с кем-то? А, интересно, когда Смур вернётся?.. Так и не сказал. Может, через неделю: И вообще, чего это я сам с собой разговариваю?.. Точно, крыша от всей этой нервотрёпки едет:
    Некоторое время он сидел на коряге. В голову лезли самые дикие, неожиданные, пугающие мысли:
    Что, если Смур не вернётся - погибнет в заварушке? Забудут про него, Виктора, оставят на этом болотистом мире, где и доберётся до него, сожрёт злобная Смаарша. Конечно, и волнение за Альфу не оставляло юношу.
    Виктор медленно подошёл к окну избушки, осторожно заглянул внутрь. Стекла там не было, но висела, слегка подрагивая, некая полупрозрачная материя. Вот через эту материю и увидел Виктор, что Альфа лежит на столе, а Смаарша склонилась над ней и усиленно вдыхает в себя что-то.
    Лицо колдуньи преображалось. С каждым мгновенье всё больше напоминала она змею, раскалёнными рубинами разгорались её глазищи. Вот из груди Альфы начала подниматься некая тёмно-синяя, призрачная субстанция; Смаарша-змея эту субстанцию вдыхала, шипела и била длинным, сильным хвостом по полу.
    Виктору показалось, что Смаарша пожирает Альфу. Да и вообще - всё это напоминало кошмарный сон. Юноша протестующее вскрикнул.
    Смаарша тут же обернулась, дёрнулась к окну. Движение этой страшной змеи заставило юношу отдёрнуться, он выставил перед собой руки и снова задел за некую корягу, упал спиной в грязь.
    Из окна высунулся длиннющий, тёмный язык, обвился вокруг его лодыжек, зловещий голос прошипел:
    - Я же сказала - сиди тихо, не подглядывай!
    - Я буду сидеть тихо: я обещаю: - пробормотал Виктор.
    Язык разжался, втянулся обратно в окно, а на само окно пала непроницаемая завеса, так что Виктор уже не мог видеть, что происходит внутри:
    Эдак с полчаса Виктор просто сидел и ждал. Ничего не происходило, из избы не доносилось ни звука. Смура и его дракон не возвращались. Несколько раз за туманом, в небе проносились некие стремительные тени, но разглядеть их Виктор не мог. Ожидание становилось невыносимым:
    И тогда Виктор услышал вопль. Это был наполненный ужасом вопль, за которым последовали новые мольбы о помощи. Впрочем, звуки эти доносились весьма плохо, с большого расстояния:
    Виктор подошёл к краю островка, там, где его ноги уже начинали уходить в топь, крикнул:
    - Есть здесь кто?!
    Снова донеслись крики. Теперь не оставалось сомнений: кто-то попал в это болото. Виктор ответил:
    - Я помогу вам!! - и, цепляясь за торчащие из болотной жижи гнилые коряги, начал пробираться в ту сторону, откуда, как ему казалось, доносились мольбы.
    Он торопился, и не всегда делал верные движения, иногда его руки или ноги соскальзывали. Он погружался по пояс в жижу, потом отчаянными рывками вырывался и продолжал двигаться вперёд, крича:
    - Держитесь! Я помогу вам!!
    И вот, наконец, увидел худую девушку, которая вцепилась в корягу и глядела на него выпученными глазами.
    Когда их разделяло не более пяти метров, девушка пронзительно закричала:
    - Спа-а-асите!!
    Виктор ответил:
    - Да вот же я. Пришёл к тебе на помощь.
    - Кто вы такой? - выпалила девушка.
    - Я - Виктор Райс. Я не сделаю тебе ничего плохого. Я помогу тебе.
    - Откуда ты такой взялся?
    Виктор быстро взглянул на себя и обнаружил, что весь он перепачкан в грязи; лицо его тоже было покрыто грязью, волосы слиплись. В общем, он походил на болотное чудище, ну или на маньяка.
    Он попытался вытереть лицо, но тщетно - только размазал грязь, да ещё и в топь соскользнул. Едва выбрался на скользкую корягу, уже совсем рядом от девушки.
    - Не приближайтесь ко мне! - требовала девушка.
    - Понимаешь, я такая же жертва обстоятельств, как ты. Я совсем не хотел попадать сюда: Но вот я здесь, так же как и ты.
    - Да что это за место такое? - спросила девушка, уже не так истерично, как прежде.
    - Это - мир Смаш, - ответил Виктор.
    - Что ещё за "мир Смаш"? Что за шутки? Что за аттракцион такой идиотский?
    - Это не шутки. Но, извини, я не знаю, как тебя зовут.
    - Машей меня зовут. Ты мне объясни, почему я телепортировалась в лес, чтобы рисовать, а попала в какое-то болото? Это что - неполадки в системе телепортации. Где это болото, в Африке что ли?
    Виктор произнёс как можно более спокойно:
    - Можно сказать, что это - глобальные неполадки в системе телепортации. Но это не Африка и не Южная Америка, это - Многомирье. И тебе здесь придётся жить до тех пор, пока не найдут способ возвращать людей на Землю.
    Сказал это и пожалел: "Не слишком ли резко? Быть может, следовало сказать, что это действительно Африка, что через час-другой её вернут обратно в Объединённую Европу, и уже потом, постепенно, объяснить ей, что к чему? Может, у неё опять начнётся истерика? Как её потом успокаивать?.."
    Но Маша ответила неожиданно ровным голосом:
    - Что ж. Мне приходили мысли, что телепортироваться - это не так безопасно, как нас учат в детстве. Вот и дотелепортировалась: Но, интересно, где Коля и Даша?
    - Кто такие Коля и Даша?
    - Мои друзья. Они тоже художники. Тоже телепортировались на окраину леса, но только за пару часов раньше меня. Мы договаривались встретиться на опушке.
    - То есть, они телепортировались на это самое место два часа назад, - произнёс Виктор, и посмотрел мрачным взглядом в непроницаемо тёмную топь.
    Виктор понял, что Коля и Даже уже лежат на далёком дне мира Смаш. Но вовремя сдержался - всё же нельзя было так сразу говорить Маше о таких страшных вещах. Он произнёс:
    - Здесь есть весьма надёжный островок. Надо выбираться туда. Быть может, и про твоих друзей узнаем. Ну, пойдём?
    - Да, - кивнула Маша и доверчиво протянула ему руку.
    Идти им, конечно, не пришлось. Они ползли, они карабкались, они соскальзывали в топь, и помогали друг другу выбраться. Наконец, совершенно измождённые, добрались до островка, и повалились на прогибающуюся, влажную почву.
    Там Виктор пробормотал:
    - Я остановлю этот кошмар:
    - Что? - переспросила Маша.
    - Телепортации.
    - Я не понимаю тебя.
    - Потом поймёшь.
    - А что это там в небе - какие-то шары видны? Неужели это миры?
    - Да, Маша, это миры. Это - частица Многомирья. А мы здесь незваные гости. Кошмар, кошмар: сколько боли, сколько трагедий здесь:


   (ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)