<<Назад
   
"Фильм про крысиного короля"
   (повесть)



Глава 1
"Белая Крыса"

    То было в расчудесный, солнечный весенний день. Таял и бежал в звонких золотистых ручейках снег, а в свежем, наполненном сиянием ярко-синих небес воздухе слышался беспрерывный птичий гомон.
    Но мальчик Костя, который шёл по одной из аллей городского парка, был совсем невесел. Он, ученик девятого класса, сочинитель романтических стихов и рассказов страдал от неразделённой любви. А звали его неразделённую любовь Аней. Она, отличница, училась с ним в одном классе, так что, глядя на неё, Костик уже не мог думать ни о чём ином, кроме как о Любви.
   Порой, в течении урока, он сочинял по дюжине возвышенно-лирических стихотворений, где едва ли ни в каждой строчке повторялось имя "Аня". Так что он стал совсем рассеянным, и не воспринимал то, что говорили учителя. Начал получать двойки, хотя прежде был твёрдым троечником...
   И ночами он не спал, а по памяти, с помощью цветных карандашей рисовал портреты Ани. Ему самому эти портреты казались верхом совершенства, но, когда он решился преподнести их Ане, то она усмехнулась, и спросила язвительно-леденящим тоном:
   - Так-так... И за что же ты на меня карикатуры нарисовал?
   - К-карик-катуры-ы-ы? - дрожащим от обиды голосом пролепетал Костя.
   - Ну а разве же это серьёзные картины?! - совсем уж леденящим тоном спросила Аня. - Неужели ты видишь меня такой уродиной?
   - Да... то есть "нет", - прошептал Костя и заплакал.
   Тут проходивший поблизости веснушчатый хулиган Генка Гоготалов крикнул:
   - А наш Костян плачет! Он влю-ю-юбился! Гы-гы-гы!!
   Класс отозвался дружным хохотом, а кто-то изрёк:
   - Вот до чего доводит человека неразделённая любовь!
   Такого Костя уже не мог вынести. Он выхватил свои картины из рук Ани, и выскочил из класса. Он так разволновался, что даже и портфель свой забыл...
   И вот теперь сумрачный Костя брёл по солнечному парку, и бормотал:
   - Вот все девчонки такие! Никогда больше с этой Анькой не заговорю! Она меня на смех подняла! Не поняла она моих страданий! Ну и пусть... пусть... Значит, она совсем бездушная, холодная...
   Он так разволновался, что уже совсем ничего не видел, а перед его глазами стоял образ Ани, которая теперь преобразилась, и весьма напоминала Медузу-Горгону. Во всяком случае змеевидные волосы на её голове шевелились, и весьма болезненно жалили воображение несчастного мальчика.
   Так что Костик не заметил весьма широкой лужи, на дне которой ещё оставался лёд. Вот он вошёл в эту лужу сделал несколько шагов, и тут поскользнулся.
   Пытаясь сохранить равновесие, он замахал руками. Причём махал так часто, как птица, которая пытается взмыть в небо. Но полетел Костя не вверх, а вниз. Он увидел, как быстро приближается поблёскивающая на солнце поверхность лужи, и успел подумать: "Ну, вот сейчас я стану весь мокрый...".
   А в следующее мгновенье он действительно стал весь мокрый, да ещё поехал по ледяному дну лужи вперёд.
   Стремительно приближался к его промокшему лицу удивительный сугроб. И в этом сугробе было удивительно то, что он состоял в основном из маленьких ледовых арок, коридорчиков, и прочего изящного, светящегося на солнце великолепия.
   В общем, этот сугроб весьма напоминал миниатюрный, сказочный дворец, созданный не человеком, но природой.
   Костя попытался остановиться, выставил вперёд руки, но это его движение оказалось слишком резким, и он только ускорил своё скольжение.
   Он ухватился руками в две тоненькие ледяные колонны, и сломал их. Затем его голова проскользнула внутрь снежного дворца.
   Он увидел внутреннюю часть ледяной залы, стены которой сияли в основном золотыми пятнами, но между этими пятнами располагались и слитые из всех цветов радуги полосы.
   А центре залы стояла на задних лапах, и смотрела на Костю белоснежная крыса. Размерами эта крыса была вполне обыкновенная, но на её голове располагалась золотистая корона, с вкраплениями крошечных драгоценных камешков.
   Когда голова Кости ворвалась в залу, крыса даже не пошевелилась, но осталась стоять на месте, причём ей удавалось выражать своей фигуркой воистину царское величие.
   Нижняя часть Костиного тела оставалась в луже, и ей было весьма холодно, но увиденное настолько потрясло его поэтическую душу, что он даже не пытался из ледяной залы вырваться.
   Он обратился к белой крысе с такими словами:
   - Здравствуйте, ваше царское величество.
   И Костя так ожидал, что крыса ответит ему человеческим голосом, так надеялся, что он попал в самую настоящую сказку, что ему и на самом деле показалось, будто бы крыса ответила:
   - Здравствуй!
   Но на самом-то деле она ничего не ответила, а только издала звук "Цик-цик-цик", и несколько раз взмахнула своим массивным хвостом.
   Тогда мальчик вымолвил:
   - Вы уж извините, что вторгся в ваши владения...
   И вновь крыса ничего ему не ответила, но только шагнула к нему, и вдруг обхватила своими передними лапками Костю за нос.
   Тут Костя вспомнил, что крысы могут очень даже больно кусаться, и попросил:
   - Вы только не кусайте меня, ладно?
   Крыса ещё раз издала звук "цык-цык". И прямо перед собой видел Костик чёрные крысиные глаза, видел в них своё отражение.
   Тогда он попытался осторожно выбраться из ледового дворца, но ничего у него не получилось. Руки его начали разъезжаться и он, чтобы не съехать обратно в лужу, резко дёрнулся вверх.
   В результате он проломил своим затылком хрупкие ледовые своды. Во все стороны брызнули золотистые и радужные осколки льда.
   Костя отшатнулся в сторону, а увенчанная короной крыса продолжала висеть у него на носу.
   Затем мальчик оглянулся, поглядел на те бесформенные руины, которые остались от дворца, и вымолвил:
   - Ну вот. Натворил я дел. Вы уж извините меня, ваше величество, ладно?
   - Тцык... тцык... кык... - ответила крыса...
   
   * * *
   
    Через пару минут Костя уже сидел на скамейке и разглядывал крысу, которая разместилась у него на коленях. Крыса не сидела спокойно, но перебегала из стороны в сторону, шевелила усами, часто вставала на задние лапки, а передними лапками поправляла корону.
    И, когда она в очередной раз поправляла свою корону, Костя заметил, что её переднюю лапку охватывает тонкое серебристое колечко. Это колечко было прикрыто шерстью, поэтому мальчик и не заметил его сразу.
    И вот он осторожно поставил крысу к себе на ладонь, поднёс к лицу, и попросил:
   - Можно я твоё кольцо посмотрю?
   Крыса пошевелила усами и утвердительно кивнула.
   А на кольце маленькими буковками была выгравирована надпись: "Крыса Снежич. Собственность дрессировщика Боярского".
   - Ага. Так вот в чём дело. Ты, оказывается, дрессированная крыса...
   В голосе Кости было разочарование. Ведь он до самого последнего мгновенья надеялся, что крыса всё-таки окажется волшебной, и заговорит с ним человеческим голосом. Вот здорово было бы, если бы взяла его в сказочное королевство, где он спас бы от ужасного монстра - слепого подземного крота прекрасную принцессу...
   Тут он и Аню вспомнил, вздохнул печально, и... вскрикнул:
   - А!
   Дело в том, что некий весьма увесистый предмет врезался ему в спину. Костя едва на землю не повалился.
   Но он тут же вскочил и оглянулся. Оказывается, предметом так немилосердно стукнувшим его по спине, был его же собственный портфель. А запустил портфель двоечник и хулиган Генка Гоготалов, который стремительно приближался к нему.
   По причине весеннего времени года, буквально всё лицо Генки было усеяно веснушками, а если к этому добавить его рыжие волосы, то он весьма походил на ходячий костёр.
   Генка говорил грозно:
   - Ты что это, Костяшка, свой портфель в классе оставил?! Совсем со своей любовью - того?! - он пальцем покрутил у виска, и продолжил. - Представь, все убежали, а меня алгебраичка оставила отсчитывать за невыполненное задание. Потом глядит, твой портфель лежит. Спрашивает у меня: знаю ли я, где ты живёшь? Ну меня чёрт и дёрнул ответить, что знаю. Она и говорит: отнеси своему товарищу портфель, и... в общем пошёл я через парк, и тут вижу - ты сидишь...
   Только тут Генка заметил, что Костя весь мокрый. И тогда Генка Гоготалов разгоготался:
   - Гы-гы- гы! Ой, не могу! А Костяшкин то в лужу упал! Гы-гы-гы! Вот потеха!
   Костя насупился и ответил:
   - Нехорошо смеяться над несчастьями других. Мне тебя жаль. Ты ведь совсем невоспитан.
   - Чего? - грозно спросил Генка и поднёс к носу Кости свой увесистый кулак.
   Неизвестно, чем бы всё это закончилось, но тут мокрые волосы на голове Кости раздвинулись, и оттуда выглянула белая крыса. Она вытянула в сторону Генки свой массивный нос, и начала нюхать.
   А Генка вымолвил:
   - Ух ты... крыса!
   - Ага. Я её нашёл, - произнёс Костя.
   - Да ещё с короной, - восхищался Генка, и его голос был уже совсем не злым.
   - Она дрессированная, - пояснил Костя.
   И тут Генка выпалил:
   - Так мы с ней кино снимем!
   - Что-что? - переспросил Костя.
   - Кино, - повторил Генка. - Ведь если она дрессированная, так сможет снятся в главной роли в нашем фильме.
   - А какой у нас фильм? - недоуменно спросил Костя.
   - Ну ведь это ты у нас писатель, так что придумаешь сценарий, - молвил Генка.
   Костя произнёс задумчиво:
   - А ведь это, пожалуй, дельное предложение... Ты знаешь, Гена, я тебе даже благодарен. На такое дело меня подтолкнул!
   - Это дело будет нашим общим, - заметил Гоготалов. - В этом фильме буду сниматься и я, и ты, и ещё актёры, которых ты подберёшь. Но главную роль исполнит эта крыса...
   - Да! Да! Да! - несколько раз повторил Костя.
   - Ты бы домой шёл, а то весь мокрый, ещё замёрзнешь и заболеешь, - заметил Генка.
   Теперь Гоготалов относился к Косте бережливо - видел в нём будущего режиссёра.
   А Костя уже и впрямь начал стучать зубами, поэтому он и выпалил:
   - Ладно, я домой греться побежал.
   И он действительно припустил по парковой аллее.
   - Э-эй, а портфель то забыл! - вслед ему закричал Генка.
   Костя подхватил портфель, а Генка покачал головой и вымолвил:
   - Э-эх, поэт! Ладно, я тебе сегодня вечером позвоню. Узнаю, написал ли ты сценарий.
   - Угу! - кивнул Костя и из всех сил побежал по парку в сторону своего дома.
   Ему действительно было уже очень холодно. Он даже время от времени подпрыгивал. Ну а крыса бесстрашно встала на задние лапки у него на затылке, и весьма похожа была на крысиного царя.
   
   
   
   
   
   

Глава 2
"Первые проблемы"

    Как только Костя переступил порог своей квартиры, его мама всплеснула руками, и воскликнула:
   - И где ж ты так промок?!
   Она шагнула было к нему, но тут увидела стоявшую на голове её чада белую крысу в кроне, и пронзительно завизжала:
   - А-а-а!!
   Дело в том, что Антонина Петровна (так звали Костину маму), с детства очень боялась крыс.
   Итак, она резво вскочила на табуретку, которая опасно заскрипела под тяжестью её тела, и выкрикнула:
   - Немедленно выброси эту гадость!..
   - Но мама...
   - И слышать ничего не хочу! - вскричала мама. - Не-мед-лен- но!
   И тут Костя почувствовал совсем непривычную для себя твёрдость. Ведь, если он сейчас сдастся, то с фильмом придётся распрощаться.
   И он, глядя прямо в глаза мамы, вымолвил твёрдым голосом:
   - Ты просто ещё не знаешь всего. Это дрессированная крыса. Она всякие фокусы умеет показывать. Понимаешь, мама? Это не просто какая-то подвальная крыса, а крыса уникальная, она...
   - Нет! - выкрикнула Антонина Петровна. - И слышать ничего не хочу...
   После этого в течении примерно десяти минут продолжался напряжённый спор. Мама стояла на табуретке, а Костя на полу. Что касается крысы, то она вполне комфортно чувствовала себя на Костином затылке. Она то вставала на задние лапки, то подпрыгивала, то вертелась волчком. Один раз упала Косте на плечо, и тогда мама взвизгнула:
   - А-а!! Она сейчас тебе ухо откусит!
   - Не бойся. Не откусит, - произнёс разгорячённый затяжным спором Костик.
   А крыса действительно укусила его за ухо, но совсем не больно, а так - играя. А затем крыса опять запрыгнула к нему на затылок.
   В это время лестничная дверь раскрылась, и в квартиру вошёл Костин отец: грозный Игорь Филиппович.
   Когда он увидел сидящую на Костином затылке крысу, то его густые чёрные брови, и ещё более густые и чёрные усы начали выгибаться вверх.
   - Папа..., - начал было Костя.
   Но тут отец пророкотал:
   - Чтобы через минуту этой крысы здесь не было! Ясно?!
   И Костя по его голосу понял, что спорить с отцом совершенно бесполезно.
   Тогда мальчишка выскочил на лестницу, и побежал вниз, перепрыгивая сразу через три, а то и через четыре ступеньки. Вслед ему закричала мама:
   - Переоденься! Ты ж мокрый весь!
   Но Костя был так раздосадован, что даже ничего не ответил.
   И вот он выскочил на улицу. Щедрое весеннее солнышко быстро высушило его одежку, но это совсем не радовало Костю.
   И он вышагивал таким же мрачным, как и давеча, когда его картины были высмеяны Аней.
   Костя размышлял над тем, куда пристроить крысу. В одном он был уверен совершенно точно: он её не оставит.
   И вот мальчик вспомнил, что в прошлом году он по школьному поручению заходил домой к Володе Ухин.
   Этот Володя Ухин был на год старше Кости и тогда учился в девятом, а сейчас - уже в десятом классе. Тогда Володя серьёзно заболел, а школьной библиотеке срочно нужны были те редкие книги про животных, которые взял Володя. Вот подвернувшегося под руку Костю и использовали в качестве посыльного.
   В тот раз Костю встретила в прихожей Володина мать - передала библиотечные книги, и добавила, что Володя сейчас не встаёт с кровати, и поэтому сам не может выйти. Зато Костя услышал голоса сразу нескольких птиц: попугайчиков и канареек. И он спросил:
   - А вы птиц дома держите?
   - Да, - кивнула Володина мама. - Мой сыночек очень птиц любит, да и всех зверюшек... Он их воспитывает...
   Костя хотел расспросить подробнее, но он не стал этого делать, потому что был слишком застенчивым. Так что он распрощался с Володиной мамой, и побежал назад, в школьную библиотеку
   А потом, в школе, он хотел познакомиться с Володей Ухиным, но всё из-за той же своей застенчивости не решался этого сделать. Он просто не знал, с чего начать разговор.
   А Володя Ухин был очень высоким, и чрезвычайно тощим подростком. Больше всего он был похож на мумию. Костя знал, что и на переменах Ухин читает книги про животных. Друзей у Володи было совсем немного, но всё это были верные, преданные друзья.
   Итак, Костя решил: "Я должен перебороть свою робость. Я должен зайти к Володе Ухину, и посоветоваться, что делать с этой крысой... Ох, но как же это правильно сделать? У меня даже мурашки по коже!.. Но что же я за трус такой?! Я должен перебороть себя".
   И вот Костя зашёл в тот подъезд, в котором жил Володя Ухин. Он не поехал на лифте, а начал подниматься по лестнице. Ему нужно было время, чтобы собраться с силами, и совершить такой неожиданный шаг.
   И вот Костя остановился перед обитой мягким, чёрный войлоком дверью, поднял руку, и надавил на звонок. Так как его палец, а вместе с пальцем и вся рука дрожала, то звонковая трель получилась такой же прерывистой, как азбука Морзе.
   Дверь тут же распахнулась, и на порог выступил Володя Ухин. В одной руке Володя держал томик "О Кроликах и их повадках", а в другой - морковку и капустный лист. Из-за одной Володиной ноги робко выглядывал кролик, а из-за другой - только трясущиеся кроличьи уши выступали. На Володином плече сидел совсем маленький крольчонок, который весьма был похож на пушистый комочек .
   Володя удивлённо смотрел на Костю, и не знал, что сказать. Костя тоже не знал что сказать, и был так рассеян, что даже палец со звонка не убрал, и наполнил Володину квартиру ещё несколькими позывными из азбуки Морзе.
   И Володя Ухин произнёс задумчиво:
   - А звонок то звонит...
   Костя быстро отдёрнул руку от звонка, и убрал её за спину. Он попытался улыбнуться, но его улыбка получилось настолько дурацкой, что он даже и сам это почувствовал. Тогда он попытался придать своему лицу торжественно-мрачное выражение, и у него получилось настолько безыскусно, что, если бы Володя не был таким серьёзным, то он бы рассмеялся.
   Затянулась сцена безмолвия. И, наконец, Володя спросил:
   - Так в чём же дело?
   Костя хотел бы ответить, но он уже столько сил приложил, чтобы перебороть изначальную робость, что смог только промычать:
   - Ы-ы- ы...
   И вот тогда на его затылок выскочила белая крыса! Всё это время она пряталась - висела, уцепившись коготками за рубашку на его спине, и только теперь решила появиться.
   Володя Ухин увидел эту крысу, и глаза его засияли. Да и весь он просиял, словно бы внутри его в одно мгновенье взошло яркое солнце.
   И Володя говорил:
   - Вот это да! Какая замечательная крыса! Это же настоящее сокровище!
   Тут крыса встала на задние лапки, поправила свою корону, а потом ещё несколько раз взмахнула своими передними лапками - совсем как миниатюрный человечек...
   Тут Володя Ухин стал буквально воплощением счастья. И уже невозможно было смотреть на него, и самому не радоваться.
   Костю оставила его чрезмерная робость, и он даже удивлялся - а чего, собственно, он так боялся? Костя улыбнулся, и вымолвил:
   - Это дрессированная крыса. Я её в парке нашёл, хотел про неё сценарий написать, но мои родители не разрешили... В общем, сейчас я ищу, куда бы её пристроить. Ты бы не мог мне в этом посодействовать?
   - Конечно мог бы! - с радостью воскликнул Володя Ухин. - Да ты проходи, не стесняйся...
   
   
   
   
   
   

Глава 3
"Важное совещание"

    И вот ребята прошли на кухню. Удивительное это было место. С потолка, на цепочках свешивались клетки, а в клетках этих сидели попугаи и канарейки.
   Но самый большой попугай, который имел цвет озарённого заходящим солнцем моря, сидел не в клетке, а на жердочке. Когда Костя вошёл на кухню, этот попугай возвестил:
   - А к нам гости пожаловали!
   И ещё одна птица - чёрный ворон не сидел в клетке. Увидев Костю ворон шумно замахал крыльями и взвился в воздух.
   Тут дрессированная крыса прикрыла передними лапками глаза, и присела. Помимо того она быстро-быстро затрясла хвостом. В общем, она с необычайнейшим для грызуна талантом показала ужас.
   Но Володин ворон был очень хорошо воспитан. Ему ведь приходилось уживаться с разными маленькими зверьками, которых холил Володя. И он не тронул крысу, а только пронёсся над ней и над Костиным затылком, а затем вернулся на место.
   Володя предложил Косте усесться, а сам начал хлопотать. Он налил своему гостю крепкого чая с ещё тёплыми, недавно извлечёнными из духовки пирожками с яблочной начинкой.
   Также он достал мисочку, и поставил на мягкую скамеечку рядом с Костей. В эту мисочку Володя насыпал зёрен. Крыса тут же спрыгнула с Костиного плеча, и увлечённо начала эти зёрна грызть.
   Костя с большим аппетитом жевал яблочные пирожки, и глядел в коридор. Там, из-за угла, робко выглядывали два кролика, а на полке, где он поставил свою обувь, оказывается сидел, топорщился иголками ёжик.
   На другой полке, которая была расположена повыше, сидела и хрустела орешками белка. Причём скорлупу она не выбрасывала, а складывала в стоявшую рядом с ней медную мисочку.
   И Костя вымолвил:
   - Слушай, Володь, а у тебя здесь классно!
   - Ну, спасибо...
   - И звери у тебя все такие учёные.
   - Да уж. Стараюсь, воспитываю их. Все они у меня смышленые, всех их люблю, - простодушным и искренним тоном отвечал Володя. - Но твоя крыса - это, похоже, настоящее сокровище.
   - Снежичем зовут. Собственность дрессировщика Боярского. У него там на колечке написано. Ты не знаешь такого дрессировщика, Боярского?
   - Нет, - покачал головой Володя. - Но если собственность, то надо возвратим.
   - Конечно, возвратим. И даже объявление в газету поместим, если хочешь. Только сначала фильм снимем. Ты согласен?
   - В общем, да. Согласен. А что за фильм.
   - А ещё даже и сценарий не написал. У тебя как, можно написать?
   - Конечно! - улыбнулся Володя. - Это ведь так интересно!
   От недавней Костиной робости и следа не осталось. Теперь он проклинал себя: надо же быть таким дураком, столько времени собирался познакомиться с Володей, и столько времени из-за этой своей дурацкой робости упустил. Но в тоже время он был счастлив - ведь теперь он нашёл нового, и такого интересного друга.
   Затем Костя позвонил домой, и терпеливо разъяснил родителям, где он сейчас находится, и добавил, что придёт часа через три, так как он должен с помощью старшего товарища выполнять сложное школьное занятие...
   
   * * *
   
    Итак, Костя взял лист бумаги, ручку, взлохматил свои и без того лохматые волосы, и произнёс, задумчиво:
   - Вот что-что, а сценарии я никогда прежде не писал. С чего же начать. Э-э, думаю съёмки мы начнём в парке. Итак, крысиный король выходит из своего снежного дворца. Камера расположена...
   Тут Костя побледнел, и так сжал ручку, что она едва не сломалась.
   - Что случилось? - осведомился Володя Ухин.
   - Ведь у меня же нет видео-камеры! - изрёк Костя таким тоном, будто только что услышал, что его приговорили к смертной казни.
   А затем он робко спросил у Володи:
   - А может видео-камера у тебя найдётся?
   - Не-а, - покачал головой Ухин.
   Тогда Косте стало так обидно, что он едва не заплакал. Ведь это же было крушением всех его надежд! И он проговорил:
   - Как же мы тогда кино снимать будем?
   А Володя вымолвил:
   - Но зато есть у Зины Чайкиной.
   - Что ещё за Зина Чайкина? - сразу оживился, и даже заулыбался Костя.
   - Зина Чайкина учится в нашем классе, и, насколько мне известно, у неё есть камера. Во всяком случае, в прошлом году она в школу с ней приходила - снимала эпизод празднования своего Дня Рождения. С Зиной у меня хорошие дружеские отношения. Так что, я ей сейчас позвоню...
   И вот Володя набрал номер Зины Чайкиной. Сказал в трубку:
   - Зин, привет... Ага... Всё хорошо... Ты представляешь, тут ко мне Костя Линеечкин забежал... Ну он из девятого класса... Да... Отличный парень, я вас познакомлю... В общем, он принёс такую дрессированную крысу. Она, кажется, очень много фокусов умеет выделывать... Ага... ага... В общем, он вынес идею снять фильм... сценарий за нами, а вот камеры у нас нет... можешь свою камеру для такого дела предоставить?.. хорошо... жду тебя...
   И Володя повесил трубку.
   - Ну, и что же Зина сказала? - нетерпеливо спросил Костя.
   - Сказала, что скоро ко мне придёт, и камеру с собой принесёт, - ответил Володя.
   Через пять минут, в прихожей уже зазвенел звонок, а следом впорхнула на кухню Зина Чайкина. Это была высокая, стройная девушка, с хорошо ухоженными белокурыми локонами, которые опускались до самого её пояса.
   Девушка поставила на стол сумку, и сказала:
   - Вот здесь моя камера, но она не в рабочем состоянии.
   - К-как же так?.. - голос Кости задрожал от горечи.
   А Зина вымолвила тоном полным искреннего сострадания:
   - Да не волнуйся ты так, бедненький. Мы ведь обязательно всё устроим. Главное, чтобы было желание. И хотя я ещё очень мало знаю о том, что вы замыслили, но это дело уже сейчас кажется мне очень интересным... А вот и крыса эта... Ну надо же какая прелесть!..
   И Зина Чайкина, полностью опровергая то мнение, что Все девчонки и девушки бояться крыс, доверительно протянула к этому зверьку свою изящную ручку. И крыса, которая как раз расправилась с предоставленными ей Володей зёрнами, ловко перескочила со скамеечке к Зине на тыльную сторону ладони, а оттуда перебежала по руке на плечо девушки, и даже потёрлась своей щекой об щёку Зины.
   И девушка вымолвила тоном наполненным самым искренним оптимизмом:
   - С такой крысой мы точно снимем замечательное кино!
   Её радужное настроение передалось и Косте. Он улыбнулся и спросил:
   - Так как же мы будем снимать камерой, которая не работает?
   Спрашивая, он уже знал, что Зина ответит что-то обнадёживающее. Так и вышло. Зина сказала:
   - Это камера - подарок на мой поза-поза-поза- позапрошлый День Рождения. Немало она мне послужила, но теперь я могу распорядится с этим подарком так, как мне угодно. Когда камеру покупали - это была очень дорогая камера. И сейчас я знаю человека, который скупает старую, неработающую технику. Камеру мы ему продадим. Далее, к вырученной сумме я прибавляю свои сбережения... У меня - тысяча рублей...
   - Я столько же могу добавить, - произнёс Володя.
   - А я - пятьсот рублей, - сказал смущённый Костя - и эта, предложенная им сумма, действительно была всеми деньгами, которые имелись в его распоряжении.
   Зина призадумалась, и почти сразу же вымолвила:
   - Но этого маловато будет...
   - А-а, я знаю кого подключить! - воскликнул Костя.
   - Ну и кого же! - обернулись к нему Зина и Володя.
   - Генку Гоготалова! - выпалил Костя.
   Зина и Володя в недоумении переглянулись. Володя переспросил:
   - Гоготалов? Это веснушчатый такой?
   - Ага, - кивнул, улыбаясь, Костя.
   - Так это же хулиган! - воскликнула Зина Чайкина.
   - Но он в сущности неплохой парень, - вступился за Генку Костя. - Да, парень хулиганистый, но он никогда не издевался над животными...
   Тут Костя смущённо примолк. Ему вспомнилось, что, когда в прошлом году в их классе проводился урок мира, посвящённый Дню Победы 9 мая, Генка притащил в школу рюкзак, который трепыхался и курлыкал совсем как живой.
   И когда дверь раскрылась и через порог перешагнула их классная руководительница, Генка неожиданно раскрыл этот рюкзак. И тут же взмыли под потолок белоснежные голуби, в количестве по крайней мере дюжины. Несколько голубей выпорхнули через приоткрытые форточки на улицу, но остальные устремились прямо на классную руководительницу, и вошедшего следом за ней специального гостя - ветерана войны, человека без всякого сомнения почтенного и уважаемого. И голуби не только перепугали учительницу, но и подпортили своим помётом тщательно вычищенный и выглаженный пиджак ветерана.
   То, что потом в школу вызывали Генкиных родителей, и его самого едва не отчислили, к делу не относилось. Просто Костя размышлял: стоит ли относить выходку с голубями к жестокому отношению к птицам?
   В общем, он ничего не тая рассказал эту историю, и Володя произнёс:
   - Случай, конечно, спорный. В общем, даже и не знаю.
   И тогда Костя решительно вступился за Генку:
   - Но ведь это именно он придумал фильм снимать!
   - Что?.. Почему это?.. - начали расспрашивать его Володя и Зина, и Костя всё им рассказал.
   - Ладно, позвони Гоготалову, - вздохнул Володя, и добавил. - Но должен отметить, что сегодня - самый удивительный день в моей жизни.
   Ещё через двадцать минут зазвенел звонок, и квартиру вошёл приглашённый Генка Гоготалов.
   - Здрасте, - сказал Генка. - Ну что банк будем брать? По-моему, съёмки нашего высокобюджетного фильма, претендента на десять "Оскаров" того стоят...
   
   
   
   
   
   

Глава 4
"Лесное хозяйство"

    Конечно предложение Гоготалова относительно налёта на банк никто не воспринял всерьёз, да он и сам шутил. И Генка выдвинул следующее, уже вполне серьёзное предложение:
   - Вы знаете лесное хозяйство, которое возле нашего парка расположено?
   - Конечно, знаем, - кивнула Зина Чайкина.
   - Так вот я проходил там сегодня и видел объявление: "Требуются ученики или студенты для изготовления скворечников. Оплата сдельная, по количеству сделанных скворечников". А снизу ещё подпись: "Обучение плотницкому делу в процессе работы".
   Костя улыбнулся так счастливо, будто это было уже окончательным решением всех их проблем. И он вымолвил:
   - Ну, друзья, я думаю нам всем надо в это лесное хозяйство устроиться. А? Как думаете?
   И это его предложение было единогласно принято, а Володя Ухин сказал:
   - Сейчас пойдём устраиваться на работу, а крысу у меня оставляем. Правильно, Костя?
   - Именно с этим я к тебе и пришёл, - сразу кивнул Костя, хотя, честно говоря, ему жалко было расставаться с их замечательным Снежичем.
   Итак, Володя достал из чулана ещё одну клетку, насыпал на её дно широких опилок из специального мешочка, закрепил на решётке специальную крысиную поилку (всё это нашлось в его домашнем хозяйстве). После этого он поместил Снежича в эту клетку, и закрыл с помощью специального крючка дверку.
   Тогда Снежич присел на задние лапки, а передними лапками начал вытирать глаза, будто бы плача. Он даже издал жалобный звук: "У-у-у-кь".
   Тогда Костя молвил:
   - Ну, ничего страшного. Не век же тебе в этой клетке сидеть.
   А Володя добавил:
   - Просто у меня в квартире столько зверей разных, что, пока ты не освоился, лучше тебе действительно в клетке сидеть. Вот тебе пока - почитай.
   И он протянул между прутьям крошечную книжку для малышей. А крыса эту книгу подхватила, и, усевшись совсем как человек, начала переворачивать страницы.
   - Ну, надо же какая прелесть! - воскликнула Зина Чайкина.
   - Гы-гы-гы!! - загоготал Генка Гоготалов.
   А потом ребята быстренько собрались, и поспешили в лесное хозяйство. Ведь уже вечерело...
   
   * * *
   
   В лесном хозяйстве встречал их мужчина с длинными, лихо закрученными усами, весьма похожий на бравого донского казака. Несмотря на то, что было уже весьма прохладно, мужчина этот так усердно выкапывал ямы для новых саженцев, что весь взмок, а одет он был легко - штаны да матроска-безрукавка.
   Генка Гоготалов прокашлялся и громко заявил:
   - А мы пришли скворечники делать!
   Усатый мужчина усмехнулся, и произнёс:
   - Да я уже по вашему виду догадался, что вы именно по части скворечников пожаловали. Кстати, меня Константином Павловичем зовут.
   Таким образом этот человек был не только тёзкой Кости, но и по отчеству с ним сходился. И Костя, который ещё с утра казался таким зажатым и неразговорчивым, теперь чувствовал потребность быть открытым. И он спросил:
   - А вас случайно не Линеечкиным зовут?
   - Нет, хотя весьма близко. Моя фамилия Линейкин.
   - Дело в том, что я - Константин Павлович Линеечкин, - пояснил Костя.
   - Надо же какое совпадение! - засмеялся Константин Павлович. - Наверное, мы дальние, а может и близкие родственники... Ладно, ребята, проходите - я объясню, что делать...
   И он провёл их на задний дворик, где, оказывается, уже разложены были заготовленные для скворечников деревяшки. Правда, некоторые из этих досок надо было ещё дополнительно обстругивать, так как они не очень то хорошо подходили друг к другу.
   Константин Павлович выдал ребятам молотки и гвозди, чтобы собирать скворечники; ну а как их собирать, он сам наглядно показал, а потом ещё и бумажку специальную, на которой весь этот процесс был запечатлён, положил перед ними.
   Итак, ребята принялись за работу...
   Сначала ничего не получалось, и Костя даже заехал один раз себе по пальцу (к счастью, не сильно). Но запах древесины, и свежий, наплывающий из парка воздух бодрили, к тому же у них была цель, поэтому ребята трудились настойчиво, и из всех сил старались исполнять наставления Константина Павловича.
   Примерно через час, когда небо уже наполнилось тёмно-сиреневыми оттенками позднего вечера, Константин Павлович сказал:
   - На сегодня хватит, потому что час поздний, и за вас дома будут волноваться. Поработали вы славно, и вот вам заработанные денежки...
   И он каждому выдал небольшую сумму, которую ребята тут же сложили в общую копилку (деньги решили хранить у Володи), затем они распрощались с Константином Павловичем, и добавили, что придут завтра. А он ответил:
   - Конечно, приходите. Но после трёх часов.
   - Почему это после трёх?! - возмутился Генка Гоготалов.
   - А потому, что завтра учебный день, и в положенное время вы должны сидеть на уроках...
   
   * * *
   
    Костя вернулся домой усталый, но счастливый. Он умылся, поужинал, после чего прошёл к себе в комнату.
    Вообще-то надо было учить стихотворение Пушкина, но Костя взялся за сочинение сценария. Сначала он сидел за столом, затем начал стремительно мерить шагами свою комнату, а при этом ещё и ручку грыз - всё ожидал, когда же снизойдёт к нему увенчанная кинопроектором муза сценаристов.
    Но почему то в образе музы всё время грезилась ему Аня. Он старался отогнать мысли о ней. Даже приговаривал:
   - И чего о ней думать? Она ж совсем глупая! Ни стихов, ни картин моих не понимает...
   Но, как бы то ни было, а Костино настроение испортилось, и вновь он был похож на мрачного, отверженного гения. Вот уселся он за стол, и начал сочинять меланхоличное стихотворение об отверженной любви. А за первым стихотворением и второе последовало. А потом он даже портрет Ани нарисовал, и долго на него любовался, но при этом был всё таким же мрачным. Наконец, погрозил нарисованной Ане кулаком, и произнёс, сердито:
   - У-у-у... Всё из-за тебя!..
   Затем он разорвал портрет на мелкие кусочки, взглянул на часы, и тут же зевнул. Стрелки уже перешагнули полночь, и пора было ложиться спать.
   Так что Костя так и не написал в тот вечер сценария...
   
   * * *
   
    На следующий день Костя получил по литературе за невыученное стихотворение двойку, но даже, в общем-то, и не заметил этого. А главным было то, что Аня не пришла в школу!
    Просто удивительно! Она, отличница, которая не пропустила ни одного занятия за всё время их учения, взяла и не пришла. Костя много думал о том, из-за чего она не пришла, но так не до чего дельного и не додумался, и в конце-концов решил, что это, может быть, даже и к лучшему...
    А на перемене Костя общался с Генкой Гоготаловым, с Зиной Чайкиной и с Володей Ухиным. Они стояли в уголке, и тихонько обсуждали всё, что касалось предстоящих съёмок. Володя Ухин, например, рассказывал о крысе. Оказывается, она неплохо прижилась у него дома, и вечером он даже выпустил её на ознакомительную прогулку по квартире. Прогулка закончилась вполне успешно, а небольшой эпизод с колючим ежом, которого крыса попыталась покатать как футбольный мяч не в счёт.
    А Зина рассказывала, что накануне она уже продала старую, неработающую камеру, и выручила сумму даже несколько большую, чем ожидалось. И эти деньги последовали в общую кассу их предприятия.
    Даже проходившие по коридору учителя поглядывали на их компанию с удивлением. Ведь все они считали Генку Гоготалова неисправимым хулиганом, а тут видели его вдохновлённое лицо... Казалось, что в течении одного дня Генка просто переродился...
    Но всё же и это "перерождение" не избавило ребят от проказы. Дело в том, что они просто не могли высидеть последних урок: у Зины и Володи это была нуднейшая геометрия, а у Кости и Генки - скучнейшая биология. В общем, они сговорились, и сбежали.
    А через несколько минут уже были в лесном хозяйстве.
   
   * * *
   
    Если сказать, что в тот день они работали с энтузиазмом - это значит, ничего не сказать. Они мастерили скворечники не покладая рук, и дорожили каждым мгновеньем.
    Константин Павлович понаблюдал за их работой, да и вымолвил:
   - Ну вы ребята даёте. Таких хороших работников, как вы не сыскать.
   И к тому времени, когда свежее весеннее небо вновь наполнилось тёмной бирюзой позднего вечера, они сделали гораздо больше, чем можно было ожидать даже от самых искусных плотников. Причём и скворечники получались добротными - ни на один год сколоченными.
   Константин Павлович расплатился, и на этот раз сложенная ими четырьмя сумма получилась вполне солидной.
   Костя вымолвил:
   - Мы завтра с утра придём.
   - Да, завтра же суббота, и в школе занятий нет, - весело усмехнулся Генка.
   Потом они зашли домой к Володе, пили крепкий чай с пирожками и наблюдали за крысой, которая устроила для них весёлое представление: прыгала, подбрасывала и ловила слепленные из сыра шарики, и даже умудрилась на одно мгновенье встать на передние лапы.
   За чаем разговор зашёл о сценарии. Генка спросил:
   - Ну, как ты - много написал?
   - Не, совсем можно сказать ничего не написал, - ответил Костя. - Но обязательно напишу. Нам сейчас главное видео-камеру купить.
   Генка произнёс:
   - Что касается видео-камеры, то мы с такими темпами работы за несколько дней накопим недостающую сумму.
   - Сегодня обязательно напишу! - пообещал Костя.
   И, когда он это говорил, то действительно чувствовал, что действительно сможет написать сценарий...
   
   * * *
   
    Костя пришёл домой в полвосьмого вечера, поужинал, прошёл к себе в комнату, уселся за стол и... тут же вскочил! Он понял, что не сможет написать ни единой строчки до тех пор, пока не выяснит, что же случилось с Аней. Почему она не пришла в школу?!
    В блокноте его мамы были записаны домашние телефоны всех учеников Костиного класса, имелся там и Анин телефон. Но никогда прежде из-за робости своей не звонил ей Костя.
    Сейчас от этой проклятой им робости не осталось и следа, а после тяжёлого трудовых часов, проведённых в лесном хозяйстве, Костя чувствовал себя даже более бодрым, чем когда бы то ни было.
    Но всё же он решил, что не будет звонить Ане. Простой звонок казался ему слишком незначительным делом. И Костя решил навестить её. Он знал, где она живёт. Во-первых, Анин адрес был записан в этом мамином блокноте, а во-вторых Костя и сам как-то следил за ней - шёл шагах в пятидесяти за её спиной, подобный тени, сумрачный и влюблённый.
    И вот теперь он решил навестить Аню. Маме и папе своим сказал прямо:
   - Я пойду навещу свою школьную подругу Аню. Вернусь примерно через полтора часа, самое большее - через два. Не буду задерживаться.
   Обычно ворчливые родители переглянулись, и на удивление быстро согласились. Не ожидали они, что Костя может проявить себя таким решительным человеком...
   ...И вот Костя уже идёт по улочкам ночного города. То входит в оранжевые овалы фонарного света, то погружается в тени. Он идёт быстро-быстро, едва ли не бежит... Ему не терпеться узнать, что же случилось с Аней!
   
   
   
   
   
   

Глава 5
"Под окнами"

    Дверь открыла Анина мама: пожилая, сухонькая женщина, светлые волосы которой были закручены в бигуди.
    Никогда прежде она не видела Костю, а поэтому смотрела на него удивлённо. Костя переборол зародившееся было смущение, и проговорил спокойным голосом:
   - Здравствуйте. А я Анин одноклассник. Меня зовут Костей Линеечкиным. Хотел бы узнать, как Аня поживает?
   И Анина мама ответила:
   - Аня болеет.
   Тут бы Косте и продолжить играть эту, такую простую и приятную роль вежливого, хорошо воспитанного мальчугана, но что поделать - всё-таки дала о себе знать натура слегка безумного поэта-романтика.
   И вихрем нахлынули следующие мысли: "А ведь это из-за меня Аня заболела! Да, да - я ей показал эти свои дурацкие картины, и ей показалось, что я над ней издеваюсь... и... она нервничала, она переживала... у неё поднялась температура. И теперь ей совсем плохо!"
   В одно мгновенье Костя покраснел, а в следующее мгновенье - побледнел. Ещё одно мгновенье промелькнуло, и вот уже зеленоватый Костя стоял перед Аниной мамой.
   Такие перемены показались этой женщины настолько удивительными, что она даже своим глазам не поверила и тщательно начала их протирать.
   А Костя тем временем развернулся, и побежал прочь. Почти сразу же он выскочил на улицу - ведь Аня жила на первом этаже, и припустил к своему дому.
   Он уж и не помнил, как оказался в своей комнате, но просто осознал, что меряет её из стороны в сторону, и бормочет:
   - Это из-за меня Анечка заболела... из-за меня...
   Много сумбурных, а лучше сказать - весенних мыслей промелькнуло тогда в его голове, но он уцепился за одну и уже не хотел отпускать.
   Эта мысль заключалось в том, что в их фильме крыса, а вернее сказать - крысиный король Снежич, должен прийти на помощь прекрасной принцессе Анне, которая заболела. Дело в том, что от самочувствия Анны зависело и благополучие крысиного королевства. Только здоровая принцесса Анна должна была бы спасти крысиное королевство от страшного врага.
   Костя ещё не придумал, что это за "страшный враг". Он не видел ещё многих логических ниточек, которые связали бы его замысел в осмысленное, целостное полотно, но уже отчётливо увидел следующую картину.
   Девочка-принцесса лежит в своей кровати такая несчастная, такая больная. Ей очень скучно и тягостно, её личико бледно, она вздыхает...
   И тут на подоконнике её квартиры появляется чудесная крыса - король Снежич. Он показывает такие забавные номера, что Аня начинает смеяться, и хлопать в ладоши. На её щеках появляется румянец. Проходит сколько то времени и Снежич, исполнив свою программу, удаляется. Аня с нетерпением ждёт его возвращения, и на следующий день он действительно возвращается, показывая ещё более забавную программу.
   В общем - представления Снежича действуют на Аню лучше любого лекарства, и вскоре она выздоравливает... Конечно - это только начало фильма.
   И Косте уже грезились дальнейшие приключения, но пока что он остановился на задуманном.
   Вот уселся Костя за стол и тщательно начал записывать, как он видит первую сцену, и какие именно фокусы должен показывать Снежич.
   Тут он сообразил что, по крайней мере часть этой сцены надо будет снимать изнутри Аниной квартиры. Он призадумался, и решил, что для начала они всё-таки снимут все "наружные" виды, а уж потом, когда Аня выздоровеет, договорятся с ней и проведут дополнительные съёмки и в её квартире.
   В общем, Костя размечтался, а время за мечтаниями полетело ого-го как быстро. Когда он взглянул на часы, то стрелки показывали уже далеко за полночь. Пора было спать...
   
   * * *
   
    На следующее утро Костя был разбужен телефонным звонком. Он тут же подскочил с кровати, схватил трубку и спросил громко:
   - Алло?!
   - Это я, Володя. Ты как - готов?
   - А-а, по поводу скворечников. Ну, конечно же готов! Встречаемся у лесного хозяйства...
   Костя на удивление быстро собрался, позавтракал, и выскочил из квартиры. Через несколько минут он уже подбежал к лесному хозяйству...
   В течении нескольких часов они работали с таким усердием, что над их взмокшими головами даже образовались облачка пара.
   Наконец к ним подошёл Константин Павлович и сказал:
   - Ну всё, ребята, хватит уже. А то переработаете и развалитесь...
   Генка Гоготалов начал было возражать, но Костя сказал:
   - Нам действительно пора идти. Дело в том, что сегодня у нас есть ещё дела...
   И вот вновь значительное пополнение в их финансах. Посчитали. Оказывается, до покупки камеры осталось уже совсем немного.
   Ну, а пока они шли от лесного хозяйства Костя рассказал о своём замысле. Ребята его поддержали, и обрадованный этой поддержкой Костя продолжал с большим энтузиазмом:
   - Пока мы камеру не купили, но ничего страшного. Сегодня же пойдём под Анины окна, и отрепетируем. Она очень обрадуется!
   - Очень обрадуется! - хмыкнул Генка.
   - А ты что - сомневаешься?! - воскликнул Костя, и в его голосе слышалась такая твёрдость, что Генка даже и возражать не стал...
   
   * * *
   
    Прежде всего зашли к Володе, взяли крысу, в очередной раз почаёвничали, и уже после этого направились к дому Ани.
    Подошли к подъезду, а потом - чуточку в сторону, там разместились под её окнами. Форточка в Аниной комнате была открыта, и то не удивительно: ведь погодка то в день была необычайно солнечной, и радостные ручьи, сверкая на солнце, бежали по улице.
    Костя шёпотом обратился к Снежичу, который стоял на его ладони, и всем своим видом выказывал энтузиазм:
   - Ведь ты очень смышленый, правда?
   Крыса в согласии вильнула хвостом.
   - Так вот. Сейчас ты должен показать представление на этом подоконнике. Понимаешь?..
   И вновь крыса вильнула хвостом.
   - О-очень хорошее представление. Самое лучшее из всех представлений, которые ты знаешь. Договорились?
   Снежич несколько раз кивнул головкой. После этого Костя поставил его на подоконник, и, тихонько хлопнув в ладоши, вымолвил:
   - Ну, начинай!
   Прежде всего, крыса подскочила к окну, и уткнулась в него мордочкой. Причём передние лапы она выставила по сторонам от своей мордочки.
   - В комнату смотрит, - прошептал Володя.
   - А мы то не догадались! - хлопнул себя по лбу Костя. - Ведь сначала надо было убедиться, что Аня на месте. Впрочем, если она так сильно болеет, то никуда не должна выходить.
   Тем временем крыса подбежала к раскрытой форточке и... прыгнула в квартиру.
   - О-о-ой..., - застонал Костя. - Ведь это же не предусмотрено сценарием!
   И он зашипел, не смея приподняться над подоконником:
   - Снежич, немедленно вернись. Слышишь - я приказываю!
   В это же мгновенье из форточки вырвался истошный визг. И хотя Костя никогда прежде не слышал, как визжит Аня, но он сразу понял, что визжит именно она.
   Это был какой-то неимоверно пронзительный, на самых высоких тонах звучащий затяжной звук:
   "А-А-А-А!!!"
   Проходившая в это время поблизости, по тротуару старушка, посмотрела на скособочившихся под окнами ребята, неодобрительно покачала головой, погрозила им пальцем, и вымолвила, сильно картавя:
   - У-у, хулиганы! Вот сейчас милицию вызову!
   После чего повернулась, и спокойно пошла дальше.
   А тем временем Снежич выскочил обратно. Он бежал на задних лапках, а в передних нёс свёрнутую в рулончик бумагу.
   И Костя зашептал, едва не плача:
   - Ну, Снежич, что же ты натворил... Зачем же ты? Э- э-эх!!..
   Выплёскивавшийся из квартиры визг оборвался...
   Тогда Зина Чайкина достала из своей сумочки зеркальце, и поставила его к подоконнику под таким углом, что можно было заглянуть в квартиру. И она донесла, обращаясь к Косте:
   - Твоя Аня запрыгнула на кровать, и стоит там, вжавшись в стену, трясётся. Глаза у неё расширены, и даже, кажется, зубы стучат. Бедняжка!
   Тем временем, Снежич, ловко орудуя передними и даже задними лапками, смог развернуть сложенную в рулон картину.
   И тогда Костя воскликнул таким голосом, что Зина Чайкина даже выронила своё зеркальце:
   - Так это же я!
   И действительно - на принесённой Снежичем картине, был изображён он, Костя, стоящий на зелёном поле, на фоне берёзовой рощи, над которой возвышался увенчанный златоглавой церковью холм. И Костя был изображён с таким мастерством, что, если бы Аня сдала эту картину в качестве контрольной работы на уроке рисования, то оценка в пять с тремя плюсами была бы ей обеспечена.
   А Костя буквально выхватил из лапок Снежича картину, и теперь с большим вниманием рассматривал её, приговаривая:
   - Ну точно - я. И это здорово. Значит я не безразличен Ане.
   И тут окно распахнулась, и выглянула Аня. Она была бледна, и несколько волосков на её голове ещё стояли дыбом от пережитого ужаса, но в то же время её глаза уже выражали обычную сосредоточенность школьной отличницы, всезнайки.
   Прежде всего, она вытянула руку и попыталась выхватить у Кости свою картину. А Косте с этой картиной совсем не хотелось расставаться. Так что он и не разжал своей хватки. В результате, картина оказалась разорванной на две части.
   Аня хмыкнула, и тщательно скомкала ту часть картины, которая оставалась в её руках. И она сказала резко:
   - Вот и замечательно. Всё равно, я считаю, что это была очень неудачная работа. Кстати, ты уж не воображай, что это я тебя рисовала. На самом деле это был персонаж... мультфильма... я его вчера по телевизору видела... просто он очень похож на тебя...
   И хотя Костя не вполне верил в искренность этих Аниных слов, всё равно ему стало так горько и так обидно, что уголки его губ поползли вниз, и он издал звук:
   - У-у-у-ы- ы...
   Аня посмотрела на Генку, и сказала:
   - Ага, и Гоготалов здесь. Надо же! Теперь у нас два хулигана: бывший романтик Линеечкин и матёрый хулиганище Гоготалов. А это ещё кто такие...
   Тут Аня узнала Володю Ухина и Зину Чайкину, она покачала головой, и вымолвила уже тише, но с большой, неподдельной обидой:
   - А о вас я была большого мнения...
   Тогда вновь заговорил Костя:
   - Аня, ты ещё не знаешь всего. Ведь мы кино собрались снимать. И ты в одной из главных ролей. Ты - принцесса. Ты - спасительница крысиного королевства.
   - Что за бред?! - фыркнула Аня.
   - Б-бр-ред? - заплетающимся языком прошептал Костя. - Но в-ведь это я п-п-придумал...
   - Так значит, бред вдвойне! - резко проговорила Аня.
   - П-п-почему б-р-е-е- еддд...., - пролепетал Костя, а в его глазах блестели слёзы.
   - Потому что ты сам - бред! - воскликнула Аня.
   Она уже собралась закрывать окно. Тут по щекам Кости покатились слёзы, и он прошептал:
   - Анечка, миленькая, пожалуйста, ещё секундочку. Молю тебя! Один вопрос! Мне очень-очень надо знать! Больше всего на свете.
   - Что ещё за комедиантство, - произнесла Аня, но её рука дрогнула, а на лице отразилось искреннее сострадание.
   А Костя говорил очень искренно:
   - Мне просто очень надо знать, что с тобой случилось...
   - А с чего ты взял, что со мной что-то случилось? - удивилась Аня. - Помимо этого дурацкого инцидента с крысой, никаких чрезвычайных происшествий со мной в последнее время не случалось.
   - Но ведь ты очень тяжело заболела...
   - С чего ты взял?
   И тут Костя вспомнил, что Анина мама вовсе не говорила, что её дочь серьёзно болеет, а сказала она только, что Аня "просто болеет", а всё остальное он уже сам сочинил.
   И Аня пояснила:
   - У меня просто разболелся зуб, и я ходила к врачу. После лечения врач посоветовал мне несколько дней посидеть дома. Вот, собственно, и всё... Надеюсь, вы избавите меня от участия в вашем сомнительном кино-проекте.
   Она уже почти закрыла окно, но на последок добавила:
   - Кстати, ползать под чужими окнами - это, по крайней мере, не прилично.
   
   
   
   
   
   

Глава 6
"Камера"

    Ну и надо ли говорить, в каком мрачнейшем состоянии пришёл домой Костя? С одной стороны ему хотелось написать сотню пронзительных стихотворений о неразделённой любви; а с другой стороны - его чувства были настолько сильны, что никаких связанных строчек всё равно бы не получилось...
    Хорошо ещё, что рядом с ним были и Генка, и Володя, и Зина.
    И Генка Гоготалов говорил:
   - Да плюнь ты на эту Аньку. Что с неё взять то? Отличница, зазнайка. Совсем не уважает твоих чувств. У тебя же должна быть гордость. Поставь себя выше её, не прогибайся, не унывай от этих несчастий...
   А Володя легонько похлопал Костю по плечу, и вымолвил:
   - Ты не унывай, мы вместе обязательно что-нибудь придумаем.
   Ну а Зина Чайкина произнесла:
   - Я вот ещё посчитала, и оказывается, что, если мы завтра в лесном хозяйстве будем работать так же усердно как и сегодня, то завтра же сможем купить нормальную видео камеру.
   - У-у! Здорово! - воскликнул Генка.
   А Костя произнёс уныло:
   - А что мы этой камерой снимать то будем? Ведь сценария всё равно нет... или...
   Тут Костины глаза засияли мрачным светом, и он проговорил самым зловещим тоном, который только можно себе представить:
   - Раз уж эта Анька такая жестокая, так я думаю - и нет никакой светлой любви!
   - Ничего себе логика, - покачала головой Зина.
   А Костя продолжал:
   - И я думаю - будем снимать чёрную комедию, с элементами ужастика. Наша крыса окажется эдаким монстром, она будет кусать людей, и превращать их в зомби. В этом фильме будут отрубленные конечности, куча кровищи, в качестве которой мы используем какой-нибудь дешёвый кетчуп, и...
   - И я наотрез отказываюсь сниматься в таком проекте, - произнесла Зина.
   Володя Ухин прокашлялся и поддержал свою подругу:
   - Да. Я тоже думаю, что надо снимать такой фильм, чтобы после его просмотра у людей что-то хорошее на душе оставалось, чтобы им самим захотелось создать что-то прекрасное. А если мы такой фильм снимем, как ты предлагаешь, то людям после его просмотра в душ захочется, чтобы от грязи отмыться...
   Генка хмыкнул:
   - А мыться тоже хорошо! Я б снял такой фильм. Ужастики - мой любимый жанр...
   Но Зина Чайкина покачала головой, и вымолвила:
   - В общем, будем работать по нашему изначальному замыслу. То есть: наш Снежич - это крысиный король. И ведь ты, Костя, рассказывал, в каком изумительном ледяном дворце его нашёл. Так вот, сейчас наша задача - воссоздать этот дворец.
   Костя вздохнул меланхолично:
   - Но как же его восстановишь? Что разрушено, то разрушено навеки...
   Но Зина произнесла, решительно:
   - И вот это точно не дело - так сидеть и печалиться. Пойдём сейчас в парк, и займёмся возведением этого дворца.
   - Что, прямо сейчас? - пробормотал Костя.
   - Да, - кивнула Зина. - Ведь сейчас только пять часов. Времени у нас ещё предостаточно, так что... пойдёмте!
   
   * * *
   
    И вот они пришли в парк. Возле основных аллей весь снег уже практически растаял, но когда они сошли на маленькую тропинку, и углубились в тенистые глубины парка, то нашли настоящее снежно-ледовое царствие.
    А потом они очутились на небольшой, но уютной, окруженной белыми берёзками полянке. И на этой полянке снега ещё было предостаточно, хотя и бежали, озорно звеня, небольшие ручейки.
    Возле одной берёзки, подтаявший лёд образовал причудливые и изящные формы с маленькими, полупрозрачными арками, колоннами и внутренними залами, в которых, правда всё-время капали крупные капли.
    Володя произнёс:
   - А вот и дворец. Почти уже готовый. Надо только немного украсить его...
   - Ага, - кивнул Генка, - А завтра он уже растает!
   Зина произнесла:
   - Сейчас весна: всё снежное и ледяное тает. Поэтому нам надо будет поторопиться со съёмками. Но всё же есть надежда, что эта прелесть, не растает...
   И вот они занялись улучшением этого дворца. Лепили из снега дополнительные башенки, колонны. Отламывали от иных льдин изящные части, соединяли их между собой, и, таким образом, получали ещё дополнительные части этого дворца.
   Запустили в эти прохладные хоромы и Снежича. Он пробежался там, постоял, виляя хвостом, в самой большой зале, и вскоре вернулся, всем своим видом показывая довольство.
   Распрощались уже в сумерках. Прошедший день был переполнен событиями, и это было просто здорово! Во всяком случае, Костя уже совершенно не чувствовал никакой мрачности.
   Он твёрдо знал, что и предстоящий день будет не менее ярким.
   
   * * *
   
    Обычно в воскресные дни, Костя спал подолгу. Иногда даже и до двенадцати часов. Правда, после такого долгого отсыпания он вовсе не чувствовал себя особо бодрым. Совсем напротив - он чувствовал себя усталым, разморенным, и не способным на какие-либо решительные деяния.
    Но на этот раз он проснулся совсем рано - в полвосьмого. Бодро проделал зарядку, и позвонил Володе Ухину. Оказывается, и Володя уже не спал; весёлым голосом ответил:
   - Сейчас уже собираюсь... а встречаемся возле лесного хозяйства...
   И, наверное потому, что все они жили одним делом, подошли они к лесному хозяйству в одну и туже минуту, и вошли туда вместе.
   И вновь несколько часов работали с таким энтузиазмом, что над головами их заклубился пар.
   И вновь Константин Павлович хвалил их:
   - Ну, ребята... Лучших работничков, чем вы, мне ещё не доводилось встречать...
   Он выдал им заработанные деньги. Ребята быстренько подсчитали - Да - теперь они могли купить видео- камеру!
   А Константин Павлович говорил:
   - Приходите к нам и дальше. Вот закончатся скворечники, так какая-нибудь другая работа для вас найдётся...
   Но Костя ответил:
   - Мы бы с удовольствием, но, понимаете ли, у нас теперь иных дел много будет. Нас ожидают съёмки фильма...
   - Надо же, как интересно, - произнёс Константин Павлович.
   Тут ребята переглянулись, и почувствовали одно и то же: не хотелось им насовсем прощаться с Константином Павловичем. Всё-таки привыкли они уже к нему, хорошим он был другом.
   И вот Генка произнёс:
   - А хотите у нас сниматься?
   - Хм-м-м... Вообще - да. Но сначала хотелось бы узнать, в какой роли?
   Тут Костя выпалил:
   - Роль для вас ещё не написана, но я её обязательно напишу, и это будет хорошая роль.
   - Хорошо, - улыбнулся Константин Павлович. - Буду ждать вашего предложения. Днём я здесь работаю, ну а вечером готов участвовать в ваших съёмках.
   
   * * *
   
    От лесного хозяйства побежали домой к Володе, там ещё раз пересчитали сумму - да, им хватало на видеокамеру, правда - впритык, уходило всё до последней копеечки. Но они об этом не жалели, а напротив - были очень радостны и возбуждены.
    Конечно, они не собирались откладывать покупку видеокамеры в долгий ящик, и поспешили в крупный магазин, который работал и в этот, воскресный день.
    Там и оплатили выбранную ещё раньше из каталога видеокамеру. Правда, это была далеко не самая дорогая камера, и записывала только на уже устаревший кассетный формат (или иначе vhs), а не в цифровой, компьютерный формат, но ещё раньше Володя рассказал им, что у него есть знакомый, который работает на телестудии, и он в свободное время мог бы поработать с этими кассетами - оцифровать их, то есть перевести в удобный и современный компьютерный вид.
    В общем, видеокамера была куплена, и здесь же, в магазине испробована. Сначала сняли на кассету. Генка кривлялся перед камерой. Потом посмотрели отснятый материал. Качество и звук показались отменными. Счастливые, ребята побежали в парк...
   
   
   
   
   
   

Глава 7
"Циклоп"

    Возбуждённо переговариваясь, ребята добежали до той полянки, которую приметили накануне.
    Выскочили, и...
    Оказывается, кое-что уже пошло не по их сценарию. Наверное, им казалось тогда, что во всём мире есть только они, и их фильм. А были и иные люди, которые ничего не знали ни о них, ни о их фильме.
    И один из таких людей как раз присутствовал на полянке. Он сидел на пеньке, шагах в пяти от их расчудесного ледового дворца, и, когда ребята выскочили на это открытое пространство, уставился на них своим единственным глазом.
    Перед ними сидел старик, возраст которого не поддавался определению. Он был одет в чрезвычайно грязную, рваную и заштопанную одежку. Скорее он имел славянские корни, но кожа его уже так потемнела, и так огрубела, что являла собой цвет тёмный.
    Щёки старика ввалились, а нос наоборот выпирал. Несчётное множество больших и мелких морщин рассекали его сухую кожу. Одну глазницу прикрывала чёрная повязка; в глубинах другой поблёскивал тёмным пламенем живой глаз.
    Ребята застыли перед стариком. Они растерялись, они не знали, что делать дальше. А старик едва зашевелил губами, и породил голос такой глубокий и мрачный, будто бы он вырывался из самых глубин тёмной, гибельной бездны:
   - Кто вы? С чем пожаловали?!..
   Ребята переглянулись. И Генка вымолвил:
   - Вот это да... Такой актёр... А ведь он, пожалуй, главного злодея сыграть сможет.
   Старик сощурился и пристально уставился на Генку. И таким колючим был его взгляд, что Генка невольно потупился, и проговорил уже без обычной своей задиристости:
   - Это в общем так... к слову пришлось... в общем... да...
   Тут Володя прокашлялся, и обратился к старику:
   - Дело в том, что мы фильм снимаем. И сейчас собираемся заснять первую сцену, с участием этой вот крысы по имени Снежич.
   И Володя кивнул на аккуратную, увенчанную золотистой короной крысу, которая стояла на задних лапках на плече у Зины. Причём одной из передних лап она опиралась на ухо девочки, и напряжённо размахивала хвостом.
   А Костя пробормотал:
   - Мы вот и видеокамеру купили... А Генка-то правильно говорит: мы могли бы вам роль в нашем фильме предложить.
   - Злодея? - спросил вкрадчиво страшный старик.
   Костя безмолвно кивнул.
   Тут рот старика растянулся в широкую улыбку и, надо сказать, что это была безобразная улыбка. Из под его губ выступили кривые и поломанные тёмно-жёлтые или синеватые, больные зубы.
   И вымолвил старик медленно:
   - Ну что ж... Роль злодея я очень хорошо сыграю... И знаете ли, почему?
   Ребята отрицательно замотали головами, но под пронизывающим взглядом старика бежали по их спинам мурашки.
   А старик произнёс таким страшным тоном, что не оставалось никаких сомнений в искренности его слов:
   - А всё дело в том, что я и сам злодей.
   Затем он сделал некое практически неуловимое движение, и в его руке оказался длинный охотничий нож. Лезвие этого ножа было чрезвычайно остро заточено, а лучи заходящего солнца подкрашивали его в кровяные оттенки.
   И старик проговорил:
   - Знайте, что я могу вас всех перерезать?
   - Да зачем же? - пролепетал Костя.
   - А, может, просто так. Может потому, что я - маньяк, - хмыкнул старик.
   Тут Костя произнёс:
   - Но вы совсем не похожи на маньяка.
   Однако про себя он подумал, что старик этот как раз и есть вылитый маньяк. Тоже самое подумали и остальные ребята. Теперь они даже и пошевелиться боялись. А вдруг их шевеление спровоцирует страшное действие?
   А старик продолжил говорить всё тем же устрашающим тоном:
   - А может и не маньяк я вовсе, а разумный грабитель. Может, мне ваша камера приглянулась, а?
   - Да зачем вам наша камера сдалась? Вы что, кино что ли снимать станете? - спросил Генка.
   Старик покачал головой, и вымолвил:
   - Да уж кино-то я снимать не стану. А вот продать её, новенькую, пожалуй, сумею. Мне денежки-то, может, ого-го как нужны.
   Тут вступилась Зина:
   - Но ведь нас четверо. Что вы можете сделать?
   Старик ухмыльнулся ещё более страшной ухмылкой, и пророкотал:
   - А что один из вас сможет сделать против моего меткого ножика, а? Пожалуй, что трое со мной справятся, но ведь одного из вас не станет. Подумайте, стоит ли камера такой жертвы?
   Ребята переглянулись, и прочитали в своих глазах страх и боль. Каждый уже чувствовал в своей глотке холодную, безжалостную сталь. Все понимали, что ради видеокамеры не стоит рисковать жизнью. Тем более, и жить им хотелось страстно. Но в тоже время и расставаться с камерой, на которую они возлагали такие надежды ужасно не хотелось. И, пожалуй, каждый из них пожертвовал бы ради фильма половиной своей крови, но только не всей кровью, не всей жизнью.
   А старик прорычал:
   - Ну, так что - отдайте камеру по хорошему, или нож испробовать хотите?!
   - Отдаём..., - шепнул Костя, и шагнул к старику (именно в руках Кости находилась видеокамера).
   Но тут старик вдруг вымолвил:
   - Но, впрочем, подождите...
   Ребята посмотрели на него, и были поражены разительной, произошедшей в нём за какую-то неумолимую долю мгновенья перемене. Уже не злодей, но добродушнейший старец с ясной, открытой душой сидел перед ним. И единственный его глаз сиял умиротворённым светом, и само лицо преобразилось - теперь он очень похож был на мужественного борца со всяким злом, потерпевшим, впрочем, в этой борьбе кое-какие увечья.
   И говорил старик:
   - Вы же актёров ищите, и вот перед вами актёр на разные роли способный. Ножом своим, поверьте, ни одной живой твари ни разу раны не нанёс, но выковыриваю с его помощью разные целебные коренья, да ещё грибы иногда срезаю. Зовут меня Игнатом Полифермовичем. Я - лицо без определённого места жительства. Иначе говоря - Бомж, но бомж интеллигентный, не спивающий, и даже книги читающий. В тёплое время года ночую прямо в парке, ну а зимы лютые в лесном хозяйстве обитаю. Слыхали о таком хозяйстве?
   - Конечно, слышали. Мы там даже работали..., - произнёс Костя, всё ещё не уверенный - а не снится ли ему эта прекрасная произошедшая в старике перемена.
   - Вот как?! - совсем уж радушно воскликнул старик.
   Тут Генка спросил:
   - А вы случайно Константина Павловича не знаете?
   - Как же не знаю? Очень даже хорошо с ним знаком, - проговорил Игнат Полифермович. - Да он, кстати, здесь неподалёку проходит.
   - Вы, наверное, шутите? - молвил Костя.
   - Нет, вот на этот раз не шучу...
   И Игнат Полифермович громко свистнул...
   Через несколько секунд на поляну вышел, весело улыбаясь, Константин Павлович. Он посмотрел на ещё весьма бледных ребят, и на Игната Полифермовича, и спросил:
   - Ну, вижу здесь разыгралась какая-то ужа-асная сцена.
   - Да уж, ужасная..., - произнёс Володя, и провёл ладонью по лбу.
   Константин Павлович сказал:
   - Меня они уже в свою актёрскую труппу записали. А тебя Циклоп Полифермович?
   - А - ребята? Берёте меня в актёры? - спросил Игнат.
   - Бер-рё-ём-м, - заплетающимся языком проговорил Костя.
   А Генка произнёс:
   - А сейчас мы всё-таки будем снимать первую сцену.
   - Нет, уже поздно. Солнце зашло. Потом на плёнке одна темнота будет, - заявил Игнат Полифермович.
   И действительно, было уже весьма темно.
   Ребята собрались идти домой, а на последок договорились, что завтра в три часа после полудня все встретятся возле ворот лесного хозяйства. Таким образом, начитывалось уже шесть актёров людей, и один актёр - крыса.
   Когда шли домой, Костя изрёк с большим чувством:
   - Надо же, как изменилась моя жизнь. Столько событий! Столько знакомств! А ведь всё началось с простого падения в лужу!..
   
   
   
   
   
   

Глава 8
"Начало съёмок"

    На следующий день четверо актёров-людей: Костя, Генка, Володя и Зина, а также - актёр-крыса, встретились по дороге в школу. Костя нёс видеокамеру, а на плече у Володи сидела, с любопытством оглядываясь по сторонам, и помахивая усами, крыса.
    И, странное дело - хотя они и не сговаривались об этом заранее, но теперь уже знали, что не пойдут в школу, но направятся в парк, где и пройдут первые съёмки.
    Через некоторое время они вышли на уже знакомую полянку. И что же увидели? Их ледово-снежный дворец был украшен дивной, тонкой росписью; какими-то очень хорошими, естественными красками, и теперь действительно напоминал произведение искусства.
    И в тоже время, несмотря на обилие краски, оставалось много прозрачных, наполненным светом восходящего солнца частей.
    На том пне, где накануне сидел ужасный и добрый Игнат Полифермович, нашли записку, выполненную изящными готическими буквами:
    "Ребятки, решил подсобить в вашем нелёгком актёрском деле. Украсил дворец, как мог, так как по вашем глазам горящим понял, что первые сцены снимете вы с утра, поставив кино превыше школьных занятий. Успехов вам, и до скорой встречи. Подпись: Циклоп"
    Записку оставили без комментариев, но каждый почувствовал благодарность Игнату Полифермовичу.
    После этого Володя поставил крысу возле входа в дворец, присел перед ней на корточки, и, осторожно погладив её указательным пальцем по голове, вымолвил:
   - Сейчас вся надежда на тебя. Ты уж сыграй, пожалуйста, так хорошо, как сможешь. Прежде всего, ты должна войти внутрь этой ледяной залы, постоять там, а потом выбежать вот сюда, и замереть, выражая напряжение. Ну а мы потом всё это озвучим, объясняя, что это значит. Хорошо?
   Снежич кивнул, но всё же запорол первый дубль. Он слишком мало времени пробыл в ледяной зале, а потом вдруг выбежал, и прыгнул на крошечный островок-кочку, который поднимался посреди ближайшего ручейка.
   Тогда Зина вымолвила мягким голосом:
   - Снежич, ты только не обижайся, ладно? Но я должна показать тебе всё наглядно...
   И вот девушка подхватила крысу в свою тонкую ладошку, и движением руки провела её сначала внутрь залы, подержала там двадцать секунд, а затем - вывела её наружу. Спросила:
   - Ну, а теперь понимаешь?
   Крыса кивнула, и в следующем дубле проделала всё так, как от неё требовалось.
   - Заснято! - выкрикнул, сияющий счастьем, Костя.
   Затем Костя обратился к Володе:
   - Вот ты говорил, что у тебя есть знакомый, который работает в телестудии, и он нам при монтаже поможет.
   - Да.
   - Так, может, мы к нему прямо сейчас и обратимся? Съездим к нему и попробуем смонтировать первую сцену. А? Как ты думаешь?
   - Вообще-то сегодня рабочий день. И наверняка он занят.
   - И всё же давай попробуем, - настаивал Костя. - Ведь одним единственным звонком мы ему не слишком помешаем, правда?
   Позвонили из ближайшего телефона автомата. Говорил Володя:
   - Алло, Вадим, это ты? Да... помнишь я тебе говорил про фильм... ты сейчас наверное занят... Нет?.. Тогда, может, мы к тебе заедем?
   И, положив трубку, обратился, широко улыбаясь, к ребятам:
   - Как вы уже, наверное, догадались, нам несказанно повезло. У Вадима как раз выдалось несколько свободных часов, и он готов нам помочь...
   
   * * *
   
    Вадим работал в местной телестудии, которая размещалась в небольшом, и не слишком презентабельном снаружи здании.
    Однако уже в холле было светло и нарядно. Вадим встретил их, и, показав охранникам своё удостоверение, повёл через проходную.
    Но надо же: как раз в то мгновенье, когда они проходили возле грозных охранников, Снежич решил выглянуть из Володиной сумки.
    И самый объёмистый из охранников тут же перегородил им дорогу. Он пророкотал:
   - Пронос животных возможен только со специальным разрешением!
   На это Вадим ответил:
   - Знаем мы эти специальные разрешения: чтобы получить нужную бумажку потребуется месяц, а нам надо пройти сейчас же...
   Но охранник пожал своими широченными плечами и, глядя куда-то поверх их голов, вымолвил:
   - Но я ничего не могу поделать. Таковы правила...
   Тогда охранников начал убеждать Костя:
   - Ведь это не просто какая-то подвальная крыса. Нет! Это учёная крыса. Посмотрите только...
   И тут крыса помахала охранникам лапкой, а затем улыбнулась. Охранники не могли удержаться от ответных улыбок, а один даже помахал в ответ рукой...
   Тут и самый грозный охранник смягчился и произнёс:
   - Чего ж сразу то не сказали, что это Такая крыса? Ладно, проходите. И пригласите потом на бестселлер?
   - На какой ещё бестселлер? - спросил Генка.
   - Ну вы ж снимете с этой крысой бестселлер, правда?
   - Обязательно! - воскликнул Костя, и тогда он действительно был уверен, что им удастся снять бестселлер, который будут показывать во всех кинотеатрах, и билеты на который из-за небывалого ажиотажа будет не так-то легко достать...
   А когда они вошли в чистенький, беленький, украшенный зеркалами лифт, то Вадим сказал им:
   - А ведь крыса ваша - действительно настоящее сокровище. С ней мы действительно сможем снять что-нибудь эдакое... Конечно, если бы какой-нибудь американский Дисней вздумал сейчас снимать фантастический фильм с участием крысы, то он нанял бы программистов, и они сделали бы ему цифровую крысу на компьютере, но это таких денег стоит, каких у нас нет и в ближайшее время не предвидится.
   
   * * *
   
    Вадим провёл их в небольшое по размерам, но заставленное современной аппаратурой помещение.
    Повертел в руках предоставленную видеокамеру, и произнёс:
   - Аппартик-то дешёвый... Ну да ладно. Давайте посмотрим, что вы там наснимали...
   Ознакомившись с предоставленным материалом, Вадим вымолвил:
   - Что же, неплохо.
   - Да! Нам тоже очень понравились! Хорошо! - наперебой заговорили ребята, потому что увиденные кадры показались им очень естественными и живыми.
   - Но есть несколько небольших "но", - заметил Вадим. - Надо снимать сразу несколькими камерами, с нескольких ракурсов, чтобы потом возможен был нормальный монтаж. Во-вторых у вас камера подрагивает. Это уж совсем никуда не годится. Это же не авангардный фильм, где всё трясётся и мечется. У вас фильм для детей, снятый по классической схеме. Правильно я говорю?
   - В общем, да, - огорчённо вздохнул Костя, и тут же добавил. - Но снимать несколькими камерами мы точно не сможем. Мы на одну-то едва-едва наскребли.
   Вадим почесал свою небольшую рыжеватую бородку, и вымолвил задумчиво:
   - А может быть и будет вам помощь от нас. Ведь крыса ваша - это настоящая находка.
   - Что - ещё одну камеру нам выделите?! - радостно воскликнул Генка.
   - Посмотрим... посмотрим... - произнёс Вадим. - А сейчас займёмся монтажом. Материала вы отсняли немного, но и с ним можно очень много работать. Мы наложим голоса. Мы наложим музыку. Можно будет обработать изображение, например добавить свечение. Всё это позволяют компьютерные технологии. Начнём, наверное, с озвучки. Где у вас текст.
   - Э-э... - сказал Костя, и покраснел.
   Как же он мог позабыть о такой простой и важной вещи! Ведь надо было написать речь комментатора, а также - диалоги актёров.
   Но не хотелось лишний раз позориться перед этим телевизионщиком, поэтому Костя вымолвил:
   - Текст у меня в голове.
   - Так ты готов? - спросил Вадим.
   - Ага, - кивнул Костя, хотя ещё довольно-таки смутно представлял, что он будет говорить.
   Вадим произнёс:
   - Сейчас я нажимаю на кнопку, и твой голос будет записываться параллельно с происходящим на экране. Готов?
   - Ага...
   И вот Костя начал говорить:
   "В это утро правитель крысиного королевства Снежич проснулся, и сразу почувствовал, что что-то неладно. Позвал он своих поданных, но никто не откликнулся на его зов...
   И уже сердцем чувствовал благородный Снежич, что стряслась какая-то беда. Выбежал он на балкон своего ледяного дворца, и тут увидел страшную картину..."
   И больше Косте не пришлось говорить, потому что и отснятый материал закончился. Тогда Вадим прокрутил назад плёнку, и включил запись.
   Наложенный голос Кости прозвучал очень даже к месту.
   - Вот уже и готов первый дубль! - рассмеялся Генка. - Теперь осталось только доснимать фильм. В общем - сущие пустяки.
   Вадим покачал головой, и вымолвил:
   - Ну, может быть, один процент от всего дела вы и сделали. И это в том случае, если ваш фильм будет короткометражным. Ведь вы же собрались снимать короткометражку, правильно я понял?
   - Ага, - кивнул Костя, который до этого мгновенья даже и не задумался о формате будущего фильма.
   - Хорошо, - кивнул Вадим. - А какое звуковое оформление будет у этой вашей первой сцены.
   Тут уж Костя признался:
   - Честно говоря, мы об этом и не подумали...
   Вадим вздохнул, посмотрел на часы, и вымолвил:
   - Что ж, времени у меня осталось немного, но, быть может, мы и успеем что-нибудь подобрать.
   Он пощёлкал подключённой к компьютеру мышкой, и вскоре перешёл в нужное меню, где имелся список различных композиторов, в основном классических.
   Список оказался чрезвычайно длинным - больше тысячи наименований, так что тут и глаза разбегались.
   Зина, которая была более сведуща в классике, чем её друзья, довольно-таки быстро выбрала подходящую по настроению - красивую, и, вместе с тем, несущую затаённую тревогу мелодию.
   И эту мелодию наложили на отдельную звуковую дорожку. Теперь музыка звучала на заднем плане, а впереди выступал голос Кости.
   И то, что получилось, показалось ребятам настолько профессиональным, что они захлопали в ладоши. Ну а крыса - та и вовсе запрыгала на Костином плече.
   Не мог скрыть своей радости и Вадим. Он говорил:
   - Я ещё покажу ваш материал начальнику нашей студии, но уже и сейчас предчувствую, как он обрадуется. Нам как раз нужны свежие идеи, новые герои. Думаю, ваша крыса, да и вы сами пригодитесь нам в качестве героев. И, чем чёрт не шутит, пригласим вас в новый сериал.
   - Да! Да! Конечно! Было бы здорово! - наперебой заговорили ребята.
   А Вадим сказал:
   - Берегите эту вашу крысу, как зеницу ока. Она - настоящее сокровище...
   Затем он записал получившейся, оцифрованный материал на лазерный диск, и протянул этот диск Косте. Сказал на прощание:
   - Завтра с утра обязательно позвоните.
   Затем он проводил их до проходной...
   
   
   
   
   
   

Глава 9
"Лучшие актёры"

    Они вышли из здания телестудии, и забежали в ближайшее кафе, где неплохо, и за довольно-таки незначительную сумму пообедали. Официантка начало было что-то возражать против присутствия крысы, но после того как Снежич несколько раз с разбегу перепрыгнул поставленную на столе чашку - официантка успокоилась, и даже улыбнулась, сказала:
   - Ну что ж вы сразу не сказали, что у вас цирковая крыса?
   И в благодарность за такое представление принесла несколько бесплатных, но высококачественных ломтиков сыра, которые Снежич быстро съел.
   Володя посмотрел на часы, и вымолвил:
   - Между прочим, нас уже ждут...
   Ребята вскочили из-за столов, и опрометью бросились прочь из кафе, в сторону парку.
   И возле лесного хозяйства их действительно дожидались Константин Павлович и Игнат Полифермович, ведь накануне они договорились, что встретятся на этом месте в три часа.
   А была уже четверть четвёртого!
   И, когда ребята подбежали, то заметили на лицах взрослых следы только что пережитого сильного волнения. Правда теперь взрослые улыбались. И Константин Павлович говорил:
   - А мы уж испугались, что вы не придёте. Думали, может, вы уже нашли лучших актёров, чем мы.
   И тут Костя, да и все остальные ребята почувствовали гордость от того, что взрослые люди стремятся поучаствовать в их проекте.
   И Генка заявил:
   - Ну вы что! Конечно же мы никаких иных, лучших чем вы актёров не могли найти! Вы - самые лучшие!
   А Володя спросил:
   - А вам что, действительно так хочется снятся в нашем фильме.
   И Игнат Полифермович заговорил таким голосом, что совершенно невозможно было усомниться в искренности его слов:
   - Вы знаете, ребята, ведь так сейчас себя чувствую, будто заново возродился. Прекрасно себя чувствую! Ведь я же всю жизнь мечтал актёром стать. Когда-то, в юности, даже и играл, и недурно играл в небольшом, областном театре. Но кино всегда было моей мечтой. И хоть бы в таком фильме - непрофессиональном сняться, а потом свою игру на экране увидеть. Вот это было бы здорово... Но вы не волнуйтесь: я такой немытый к вам домой проситься не стану, а фильм посмотрю здесь, в лесном хозяйстве, есть там у них и видео, и компьютер. Меня там хорошо знают, и пустят...
   - Конечно, мы посмотрим фильм вместе, - в некотором смущении проговорила Зина.
   А после этого они направились в парк.
   Через некоторое время вышли на ту самую полянку, где стоял их расчудесный дворец. И, оказывается, лучи весеннего солнца сделали уже свою неотвратимую и необходимую работу - дворец, ещё такой прекрасный и целостный с утра, уже значительно подтаял.
   Генка расстроился, но Костя поспешил его утешить:
   - Ничего страшного. Больше нам этот дворец и не понадобиться снимать. Следующая сцена...
   И тут его перебил Игнат Полифермович:
   - Вы, ребята, не так много говорили мне про свой сценарий, который, судя по всему, ещё совсем не проработан, да и рождается этот сценарий, отталкиваясь от новых событий. В общем, из ваших слов, понял я, что должен сыграть роль злодея, который угрожает крысиному царству. И всю последнюю ночь не спал - к предстоящим съёмкам готовился. Да и Константин Павлович мне помогал. В общем, смотрите...
   С собой Игнат Полифермович принёс мешок, и вот теперь раскрыл его, и начал доставать фигурки вырезанных из дерева и вылепленных из пластилина крыс.
   Некоторые фигурки были изготовлены полностью, некоторые представляли только крысиные головы. И Игнат Полифермович пояснил:
   - Мы будем снимать их в качестве массовки, но не все крысы будут показаны крупным планом. Достаточно показать только мордашку или лапку, чтобы придать эффект большого их числа.
   - Просто здорово! - искренне воскликнул Генка
   Остальные ребята были с ним полностью согласны - крысиные фигуры действительно получились просто отменными.
   А Константин Павлович говорил:
   - Мы с Игнатом Полифермовичем действительно проделали немалую работу, но у этих фигурок есть один существенный недостаток - они способны двигаться, а если дёргать их с помощью ниток, то их движения покажутся через чур гротесковыми. Поэтому мы решили перейти вам сразу к следующей сцене: когда крысиный король Снежич выбегает на крыльцо своего дворца, то он видит, что злодей уже заморозил его поданных...
   - Да, - кивнул Игнат Полифермович. - Я буду возвышаться над ними, махать лапами и говорить всякие магические словечки...
   - А почему "лапами", а не руками? - осведомилась Зина.
   Тут Полифермович вымолвил:
   - А ведь я ещё не рассказал вам всего того, что мы задумали. Итак, кто по-вашему является одним из злейших врагов крыс?
   - Э-э, ну, наверное, кошки, - предположил Генка.
   - Совершенно верно, - кивнул Игнат Полифермович. - И из этого следует, что главным злодеем в нашем фильме должен быть кот. В общем, я и сыграю этого кота...
   С этими словами Игнат Полифермович достал из своего мешка во-первых длиннющие накладные усы, а во-вторых - мохнатые, с длиннющими острыми когтями лапы - конечно же полые изнутри.
   Гренка присвистнул и вымолвил восторженно:
   - Ух ты! Совсем как у Фредди Крюгера.
   Но Игнат Полифермович покачал головой и вымолвил:
   - Вашего Крюгера я не знаю, и знать не хочу, а эти лапы пришлось временно позаимствовать из лесного хозяйства. Есть там такое чучело тигра. Разборное, между прочим. Вот мы вместе с Константином Павловичем и позаимствовали временно лапы...
   Итак, Игнат прицепил у себя под носом неимоверно длинные, вздымающиеся вверх усы, а на руки натянул тигровые лапы.
   - Ну, как? - обратился он к ребятам.
   - Вылитый кот! - воскликнули те...
   Затем начались съёмки. Засняли Игната Полифермовича, возвышающимся над застывшим крысиным воинством. Он размахивал лапами, он шипел, рычал и выгибался. Он издавал такие зловещие звуки, что даже уже хорошо знакомым с ним ребятам стало страшно.
   Ну а Снежич, тот и вовсе спрятался в Володин портфель и выглядывал оттуда одним лишь кончиком своего носа.
   - Отсняли! - возвестил, наконец, Генка.
   Тут Зина напомнила:
   - Вадим говорил, что надо снимать с разных ракурсов. Раз уж у нас нет второй камеры, так давайте сделаем второй дубль.
   И отсняли они второй дубль, во время которого Игнат Полифермович играл так же самозабвенно, как и во время первого.
   После этого Игнат Полифермович произнёс:
   - Хорошо. На сегодня достаточно. Ведь, как говориться: хорошего понемножку.
   А Константин Павлович обратился к ребятам:
   - Завтра в фильме должен буду появиться я. Исполню роль доброго лесного духа. Никто не возражает?
   - Конечно - нет, - возвестили ребята.
   Тут Константин Павлович прокашлялся, и вымолвил:
   - Мне уж неудобно дальше вам что-то говорить. Получается, что я вам сценарий навязываю. А фильм-то ваш. Так что...
   Костя почувствовал, что упрёк относится к нему. И мальчик сказал:
   - Я обязательно напишу. И уже знаю, что по этому сценарию вы сообщите Снежичу, что есть такая прекрасная принцесса...
   Тут голос Кости дрогнул, и он вымолвил с большим искренним чувством:
   - Принцесса Анна... Так вот - она единственная, которая может остановить зловещего кота э-э-э кота Василия. Потому что это был её домашний кот, и вполне благовоспитанный кот. Но так уж получилось, что Анна заболела тяжёлой болезнью, которая приковала её к кровати. Бедняжка даже и подняться не могла... В общем, родители были поглощены заботой об Анне а Василий остался без присмотра, и всё чаще стал выходить на улицу. У него появились дурные знакомства - он общался с дворовыми котами, которые, как известно, хулиганы и разбойники. Характер Василия портился, и однажды он познакомился с кошачьей королевой; которая обитала в подвале. У этой кошки шерсть светилась тускло-зелёным светом, и часто сыпали из неё колючие синие искры. Влюбился в неё Василий, не ведая, что под образом кошки скрывается злая ведьма Бронхильда. Когда-то ужасная Бронхильда задумала наслать на землю вечную зиму, но её остановил крысиный король, и превратил её в кошку. С тех пор Бронхильда уже не могла покинуть подвал, потому что и ночное и дневное небо было для неё одинаково губительным. Но кот Василий был готов ради неё на всё. Тогда Бронхильда вдохнула в него часть своей магической силы. И Василий принял человеческие черты. Он направился в парк, нашёл крысиное царство, и заморозил всех его подданных. Далее он собирался шантажировать Снежича: если тот не расколдует Бронхильду, то все его поданные так и перемёрзнут. Но Снежич понимал, что, если он согласится на эти условия, то возрождённая Бронхильда нашлёт на землю вечную зиму, и тогда всё равно все станут ледышками. Крысиному королю удаётся убежать от разбушевавшегося Василия и он встречает доброго лесного духа Эха.
   - Эха? - переспросил Константин Павлович.
   - Ну, да. Это я только сейчас придумал. Эхом вас будут звать. Или вам не нравится?
   - Почему же не нравится. Вполне даже приличное имя. Так что завтра встречаемся в три часа, и снимаем сцену разговора Снежича с Эхом. Только вот, Костя, попрошу тебя: забеги ко мне в лесное хозяйство с утра, ладно - занеси мою речь? Мне ведь много придётся говорить, чтобы объяснить Снежичу всё это. Так что я должен буду выучить роль заранее.
   - Ага. Я обязательно напишу, и забегу, - пообещал Костя.
   
   
   
   
   
   

Глава 10
"Нежданные повороты"

    Следующим утром ни Костя, ни Володя, ни Зина, ни, тем более, Генка и не подумали о том, что надо было бы идти в школу. Зато Володя позвонил в телестудию Вадиму. Тот сразу спросил:
   - Ну что, отсняли ещё что- нибудь?
   - Ага.
   - Приносите сегодня к десяти. Поработаем...
   - Ага...
   - И, Володя, я вчера показал оставшуюся копию ваших съёмок нашему начальнику.
   - И что он?
   - В общем, был весьма заинтересован. Хочет сотрудничать с вами. Очень вероятно, что наша студия предоставит вам оборудование, ну и, конечно, наши люди будут работать с вами.
   - Это здорово! - очень обрадовался Володя.
   - Вот и я считаю, что здорово. Так что ждём вас...
   Володя обзвонил своих товарищей, и они встретились в полдевятого возле лесного хозяйства. Костя занёс Константину Павловичу длинную речь, которую ему предстояло заучить.
   После этого ребята отправились гулять по парку. Ходили по аллеям, шутили, смеялись - день опять выдался солнечным, и уже переговаривались вернувшиеся из южных стран птицы.
   К десяти часам они пожаловали в телестудию
   
   * * *
   
    Они находились в том же помещении что и накануне, но теперь, помимо Вадима, присутствовал там ещё и директор студии, который ради такого дела урвал несколько минуток из своего напряжённого графика.
    Этот был человек невысокий, но полный. Вообще он весьма напоминал бочку. На него натянут был белый свитер, почти совершенно чистый, но с одним жирным пятном под подбородком. Ни усов, ни бороды у него не имелось, зато присутствовали внушительные бакенбарды, которые придавали ему такой смешной вид, что Генка постоянно кривился, силясь запихнуть свой дурацкий смех поглубже, но это у него не очень-то хорошо получалось, и из- под его плотно прижатых к губам ладоней то и дело вырывалось:
   - Гы-гы-гы...
   Зина шепнула:
   - Не зря, наверное, твоя фамилия Гоготалов.
   - Гы-гы-гы..., - ответил Генка.
   Тем временем Вадим подключил их видеокамеру, и изображение было передано на большой, плоский монитор.
   Началась та сцена, где загримированный под кота Игнат Полифермович колдовал над замороженными крысами.
   Глаза у Кости засияли, он сказал очень искренне:
   - По-моему, у него просто здорово получилось!
   Но директор студии, которого, кстати, именовали Дмитрием Устиновичем, надул щёки, и вдруг выдохнул, самым недовольным тоном:
   - А это ещё кто такой?
   Вадим обернулся к ребятам, и спросил:
   - Да. Действительно. Кто это такой, а? Ведь ещё вчера его не было...
   А Дмитрий Устинович продолжал:
   - Он мне Совсем не нравится.
   - Почему же не нравится? - возмутился Костя, которому совсем не нравился директор студии.
   Дмитрий Устинович вновь надул щёки, и выдохнул:
   - Потому что - это явно бомж. Как Такого можно задействовать в фильме. Это же позор!
   - А вам не кажется, что он весьма хороший актёр? - спросил Володя.
   Дмитрий Устинович сморщился, и теперь весьма напоминал ссохшееся яблоко. И он, постоянно надувая щёки, от чего его бакенбарды подпрыгивали, произнёс:
   - Он отвратительный актёр... Выключи Это безобразие!
   Последнее восклицание относилось к Вадиму, который безропотно исполнил этот указ своего грозного начальника.
   Затем Дмитрий Устинович продолжил ворчать:
   - Крыска то у вас интересная. Поработать с ней можно. Программку выпустить. Всякие там фокусы будет показывать... Кого-нибудь из вас задействуем...
   - Мы все будем сниматься, это наш проект, - произнёс Генка.
   - Нет, не все, - произнёс Дмитрий Устинович таким тоном, будто это был уже окончательно решённый вопрос.
   Затем, глядя куда-то поверх их голов, начальник студии спросил:
   - Чья крыса?
   - Что?.. Что?.. - непонимающе спрашивали ребята.
   - Кто её нашёл? - с едва уловимым раздражением спросил Дмитрий Устинович.
   - Я, - ответил Костя.
   - А-а, ну вот с тобой и договоримся, - сказал, и тут же легонько зевнул Дмитрий Устинович. - Скорее всего, утвердим тебя на роль в нашем шоу.
   - В каком ещё шоу? - спросил Костя.
   - Шоу ещё не разработано, но определённая роль в нём будет играть найденная вами крыса.
   Тогда Костя поинтересовался:
   - Ну, а как же мой сценарий?
   - Какой ещё сценарий? - нахмурился Дмитрий Устинович.
   Костя пояснил:
   - Ведь те сцены, которые вы видели - это начало короткометражного фильма, снятого по моему сценарию.
   - Ой, да по какому ещё сценарию! - пренебрежительно махнул ладонью Дмитрий Устинович. - Всё это так - детский сад. Неужели вы думаете, что наша студия будет связываться с какими-то там детскими сценариями? Нет! Сценарий для вашей крысы напишут профессиональные сценаристы. Ты, как владелец крысы, скорее всего, будешь принят на одну из ролей, остальные актёры будут проходить кастинг... Желающих поучаствовать в предприятиях массовой культуры всегда, знаешь ли, много...
   Тут Костя поднялся, поднялись и остальные ребята. Костя обратился к Вадиму:
   - Отдайте нашу камеру.
   Когда Вадим отдал камеру, Костя вымолвил:
   - Мы уходим...
   У Дмитрия Устиновича аж глаза на лоб полезли, он воскликнул:
   - Вы что же это - отказываетесь, что ли?!
   - Да. Мы отказываемся, - ответил Костя.
   - Но это же не-воз-мож-но, - по слогам произнёс Дмитрий Устинович. - Ведь вам же больше ни-кто, слышите ник-то, не предложит такого! Что вы сделаете со своей камерой, а? Снимете дурацкий школьный фильмец, который никому, кроме вас и ваших бомжеватых знакомых не будет нужен... Ну, ребята, вы же не настолько глупые, чтобы отказываться от моего предложение. Ведь это же возможность выйти на широкую аудиторию.
   - Во всём этом присутствует ложь, - резко ответил Костя, и с самым решительным видом вышел из помещения.
   Остальные ребята последовали за ним.
   
   * * *
   
    Настроение было испорчено. Уже не хотелось гулять по парку, и даже весна не радовала. До назначенных на три часа съёмок ещё оставалось предостаточно времени, и решили идти в школу, а то получалось, что они уже второй день прогуливали.
    Так получилось, что в том классе, где учились Костя и Генка как раз проходила информатика. Костя сидел за своим компьютером и выглядел чрезвычайно угрюмым. Ну а за соседним компьютером сидела его любовь - принцесса Анна, и из всех старалась случайно не посмотреть на Костю.
    А Костя думал, что он должен предпринять что-нибудь эдакое решительное. И как только началась перемена, он обратился к Ане:
   - Послушай. Нам надо поговорить.
   - Я сейчас занята. Поговорим как-нибудь в другой раз, - леденящим тоном ответила Аня.
   Но Костя говорил очень решительно:
   - Нет. Надо поговорить именно сейчас. Дело очень важное.
   - Хм-м-м, - вздохнула Аня. - Ну что ж - говори. Только учти: если это касается вашего фильма, то я слушать тебя не стану...
   - Сейчас ты всё увидишь, - проговорил Костя.
   Затем он прошёл к главному компьютеру, за которым сидел, добирая текст, их молодой учитель информатики Даниил Леонидович. И Костя обратился к учителю:
   - На вашем компьютере есть привод для дисков. И мне очень надо показать Ане материал записанный именно на диске. Не позволили бы вы...
   - Позволил бы... позволил..., - весело улыбнулся Даниил Леонидович.
   Затем молодой учитель вскочил и произнёс:
   - Я сейчас сбегаю в столовую: куплю там булочек и кофе. Через десять минут уже вернусь. Если сюда будут малыши заглядывать (имелись в виду ученики начальных классов) - гоните их. Ну - всё...
   И Даниил Леонидович выскочил из класса.
   - Замечательный у нас всё-таки учитель! - улыбнулся Костя.
   Тут Аня сказала ему:
   - Костя, я хочу сказать, что за последнее время ты очень изменился.
   - Да? И в какую же сторону?
   - Однозначно - в лучшую, - ответила девочка.
   - И всё началось с того, что я упал в лужу, и нашёл крысу...
   - И не говори мне об этой крысе!
   Но в это время Костя вставил диск, и запустил программу просмотра. И на экране появился смонтированный накануне в студии материал: Снежич стоял в ледовом дворце, а Костя, под аккомпанемент музыке выразительным, вдохновлённым голосом объяснял, что же это крысиный король.
   У Кости аж мурашки по спине побежали, настолько ему всё это качественным и профессиональным показалось.
   И в тоже время, краем глаза он наблюдал за Аней. Сначала девочка нахмурилась, но потом черты её лица разгладились, а в глазах сверкали радостные искорки, и даже уголки губ дрогнули и, обозначая улыбку, поползли вверх.
   Тут и Костя заулыбался - он ведь чувствовал, что Ане понравилось. И он обратился к ней со следующими словами:
   - Здорово у нас получилось, правда?
   - Хм-м-м-м..., - вздохнула Аня, а потом сказала. - Вынуждена признать, что получилось значительно лучше, чем я ожидала...
   Аня остановилась, и бросила на Костю быстрый взгляд. Мальчик понял - она что-то ожидала. И тогда он спросил:
   - Ведь если бы теперь я предложил тебя сняться в роли принцессы, ты бы не отказалась, правда?
   И Аня молвила:
   - Быть может, и не отказалась бы. Но хотелось бы увидеть, что вы ещё отснимите...
   И эти слова обычно неприступно холодной Ани подействовали на Костю так, что он весь прямо-таки просиял. Он подскочил, и, чувствуя себя счастливейшим человеком, бросился бежать. Аня закричала ему вслед:
   - А диск то свой забыл!
   Костя пробежал половину коридора, и только после этого вернулся. Вынул из компьютера диск, и, размахивая им, и, подпрыгивая, опять побежал. И вновь окликнула его Аня:
   - А портфель-то свой забыл!
   Костя вернулся, схватил портфель, и, размахивая им, рванулся по коридору...
   
   * * *
   
    Остаток дня прошёл подобно сказочному сну. Снимали длинную и эмоциональную сцену, в которой Константин Павлович или, лучше сказать - лесной дух Эх, объяснял крысиному королю Снежичу, кто такой ужасный кот Василий, и что он должен сделать для того, чтобы принцесса Анна вылечилась.
    Константин Павлович был одет в сшитый его женой костюм мшисто-зелёного цвета, а двадцатисантиметровые накладные брови действительно делали его похожим на сказочное существо.
    Стремительно пролетели эти съёмки, и счастливые, полные сил ребята пошли в город.
    На следующий день планировалось заснять путь Снежича к дому Анны.
    Костя обговорил с друзьями детали, и они решили, что крысиному королю предстоит преодолевать различные препятствия в виде широких ручьёв, и даже спасаться от кошек, насланных Бронхильдой.
    И именно в этих сценах должны были появиться: Костя, Володя, Зина и Генка. У них были эпизодические роли ребят, которые откликались на просьбы Снежича (ведь он умел говорить человеческим голосом!), и помогали ему в преодолении различных препятствий.
    И никто не огорчался из-за того, что их роли выходили такими коротенькими. Главное для них было участие в этом проекте.
    Да - они улыбались, они смеялись, и они не знали, какие испытания готовит им грядущий день.
   
   
   
   
   
   

Глава 11
"Катастрофа"

    Только Володя Ухин проснулся, и тут же раздался звонок. Володя подумал: "Наверное - это Костя звонит. Придумал что-нибудь эдакое для нашего фильма".
    Но, к его изумлению, звонил Вадим с телестудии:
   - Да, здравствуй..., - удивлённо произнёс Володя.
   А Вадим сразу спросил напряжённым голосом:
   - Крыса у тебя?
   - Да.
   - Тогда не мог бы ты её принести её сегодня к нам?
   - Зачем? - ещё больше удивился Володя. - Ведь мы же вчера уже обо всём кажется поговорили...
   - Нет. Вы не понимаете, вашу крысу должен посмотреть ещё один человек. Кстати он - очень значимая персона. И очень вероятно, что он выделит на ваш проект хорошую сумму. Ведь вам нужен спонсор.
   Володя так и подмывало воскликнуть: "Да что это за бред такой?!", но всё же он сдержался, и сказал спокойно:
   - Я ничего не могу обещать. Сначала поговорю с ребятами. Если они согласятся, то мы все вместе придём.
   На этом их разговор оборвался. Володя обзвонил всех своих друзей, и они договорились встретиться во дворе Володиного дома.
   Там произошёл довольно-таки напряжённый спор: стоит идти на студию или нет. Так, впервые мнения компаньонов разделились.
   Большего всего хотелось встретиться со "значимой персоной" лихой Генка Гоготалов, он возбуждённо размахивал руками и едва не кричал:
   - Неужели вы не понимаете - это такой шанс! Если этот богатей выделит нам сумму, то мы такой фильм отснимем... Такой!
   Ему возражала Зина Чайкина:
   - Неужели ты не заметил вчера, каким нехорошим светом горели глаза этого Дмитрия Устиновича? Ведь он же возжаждал нашу крысу заполучить...
   - И что?! - воскликнул Генка. - Он что - силой её что ли отнимет? Но это уже будет ограбление. Мы на него в таком случае в суд подадим. И правда будет на нашей стороне, потому что у нас имеются вещественные доказательства - отснятый материал...
   В общем, Генке удалось уговорить остальных, тем более что всем, кроме Зины, в той или иной степени хотелось ещё раз испытать счастья в телестудии.
   
   * * *
   
    При входе в телестудию их встретил Вадим, который казался больше обычного напряженным. Он старался не смотреть ребятам в глаза, и говорил быстро:
   - Вот скоро вы познакомитесь с этим замечательным человеком... не пожалеете... Точно вам говорю...
   На этот раз он провёл их в совсем маленькое помещение, стены которого были выкрашены в чёрный цвет, а из убранства присутствовало только несколько небрежно сдвинутых стульев.
   Сразу же вслед за ними вошёл тощий человек с пластиковой коробкой белого цвета. Он открыл в верхней части коробки крышку и произнёс:
   - Положите сюда, пожалуйста, крысу...
   - Но, - начал было Костя.
   Тут Вадим заговорил суетливо:
   - Не советовал бы вам возражать. Раз говорят, значит так надо делать. Ведь здесь люди опытные работают, они знают, что делать. И ваш спонсор сначала осмотрит крысу из этой коробки, и уж потом заключит с вами Контракт.
   И это слово "Контракт", Вадим произнёс так, будто финансовая поддержка их фильму уже была обеспечена.
   Костя провёл пальцем по голове Снежича, и проговорил:
   - Ты, главное, не волнуйся. Мы будем рядом.
   - Конечно, конечно, - заулыбался Вадим.
   Костя положил Снежича в ящик. Тощий человек тут же захлопнул крышку и вышел.
   - Э-эй! Куда он?! - закричали и вскочили ребята.
   Но в дверях уже встал гориллообразный охранник, а Вадим выставил в примирительном жесте ладони, и говорил:
   - Успокойтесь. Скоро ваш Снежич будет возвращён.
   - Мы возражаем! - закричал Генка. - Это не по правилам! Так нельзя! Вы не спросили нашего согласия!
   Тут охранник пророкотал:
   - Слушайте меня! Если вы сейчас же не успокоитесь сию же минуту вылетите из этого здания, и уже никогда сюда не войдёте.
   А Вадим добавил:
   - Советовал бы вам послушаться. Просто подождите немного и крыса будет вам возвращена.
   Но это "немного" растянулось в полчаса.
   Наконец в помещение заглянула какая-та девица с хитрым личиком, и поманила их пальчиком. В сопровождении охранника они пошли вниз по лестнице.
   У проходной их ждал тощий человек, который держал в руках белую коробку пластикового цвета. Он протянул коробку Косте и сказал:
   - Получите ваше.
   Генка спросил:
   - Ну и каков результат осмотра? Будут нас спонсировать?
   Тощий человек хмыкнул, и ответил:
   - Пока этот вопрос ещё не решён, но в случае чего вам позвонят. Так что ждите звонка и дрессируйте вашу крысу.
   Костя выхватил из рук тощего коробку, попытался открыть крышку, но она заела, и только чуточку приоткрылась. Впрочем, он смог увидеть белую крысу, которая бегала внутри коробки.
   Охранник грубо подталкивал их в спины, и говорил:
   - А ну-ка, на выход. Быстро!
   Таким образом их вышвырнули из телецентра.
   
   * * *
   
    Пластиковую коробку они открыли только дойдя до окраины парка. Там они уселись на брёвнышко, Генка просунул в отверстие руку, и проговорил:
   - Ну, Снежич, иди сюда...
   И тут же вскрикнул, и выдернул руку.
   - Что такое? - спросила Зина.
   - Кусается! - простонал Генка, показывая окровавленный указательный палец. - У-у- у, больно то как! До самой кости, наверное прокусил! А-а-а! И чего он?! Ведь раньше не кусался...
   Костя заглянул в коробку, и сказал:
   - Это не Снежич.
   - Чего?! - выпучил на него глаза Генка.
   - Снежича подменили, - повторил Костя. - Подсунули вместо него какую-то глупую крысу, которую, конечно же, в нашем фильме не задействуешь...
   В коробку заглянул и Володя Ухин. Он изрёк печально:
   - Да - это действительно не Снежич, а какая-то другая крыса. Ведь я к Снежичу привык. А эта крыса и облезлая какая-то, и движется рывками. В общем - это совершенно невоспитанная крыса.
   Тогда Генка вскочил и, продолжая размахивать своим пальцем, закричал:
   - И что же мы здесь сидим?! Побежали скорее обратно в студию, устроим там скандал, потребуем, чтобы нам Снежича вернули.
   - Как же. Так они его тебе и вернут, - печально произнёс Володя.
   - Но что же нам делать?! Сидеть и ждать, да?! - бушевал Генка. - Ну уж нет! Я настаиваю на то, чтобы потребовать украденное. Не захотят отдавать по хорошему... Ну что ж - им самим хуже будет...
   И вновь Генке удалось уговорить и они пошли в студию. Как не сложно догадаться - через самое короткое время они были выставлены оттуда, и выставлены с позором. Генка пытался сопротивляться, и за это схлопотал пинок. Охранники отлично справились со своей работой, а на последок сказали:
   - Если ещё раз переступите этот порог, то будете провожены в милицию. И запомните - правда всё равно останется на нашей стороне, потому что вас и не знает никто, а у нас - большие связи.
   
   * * *
   
    И вот вновь они сидят на скамеечке во дворе Володиного дома...
    Костя сжал кулаки. Глаза его пылали мрачным светом, а лицо вытянулось, и все черты заострились. Он весьма напоминал Лермонтовского Демона, и говорил Демоническим голосом:
   - Вы, понимаете - Анна уже практически согласилась сниматься в нашем фильме... Понимаете?
   Подавленные ребята безмолвно кивали.
   Костя продолжал:
   - А без Снежича мы фильм не снимем... И вот что я скажу... Я на всё готов, чтобы вернуть его. И мы вернём его.
   Володя с сомнением покачал головой. Но Костя повторил твёрдо:
   - Обязательно вернём!
   
   
   
   
   
   

Глава 12
"Ночное предприятие"

    Ребята пришли домой к Володе Ухину и мрачные сидели у него на кухне. В клетках сидели такие же мрачные попугаи, а самый большой из попугаев глубокомысленно изрёк:
   - Беда случилась!
   - Да, уж беда, - вздохнул Володя, и приподнял клетку, которая до этого служила домом для Снежича.
   Но Костя спросил:
   - Подожди, куда ж клетку понёс?
   - А в чулан поставлю, ведь она нам больше не понадобиться...- меланхолично изрёк Володя.
   Тут Костя сжал кулаки, вскочил, и проговорил громко:
   - Скажите, неужели вы уже сдались?
   Володя молвил печально:
   - Ну а что ты предлагаешь, а? Наверное штурмом взять телестудию, да?
   - Ага! - кивнул, и печально усмехнулся Генка. - Купим себе шестиствольные пулемёты, гранаты, и как Терминаторы возьмём телецентр штурмом!
   - Тебе бы всё шутить! - возмутился Костя.
   - Ну, ладно. А ты то сам что предлагаешь? - поинтересовался Генка.
   - Прежде всего, надо разузнать, где у них в телецентре могут содержаться животные.
   - И как же ты это узнаешь? - полюбопытствовал Генка.
   - Через Вадима, - ответил Костя.
   - Ага - схватим его и будем пытать! - хмыкнул Генка.
   - Ну уж нет. Будем действовать хитростью, - ответил Костя.
   И после этого Костя изложил своим друзьям план, который только что зародился в его голове.
   
   * * *
   
    На сотовый Вадима раздался звонок. Он ответил:
   - Алло?
   К нему добродушным тоном обратился Володя:
   - Привет...
   Вадим насторожённо ответил:
   - Здравствуй.
   Но Володя продолжал говорить всё тем же расслабленным тоном, будто бы ничего не случилось:
   - Послушай, Вадим, а если нашу крысу перевезти в ваш телецентр, то как у вас там с содержанием, а?
   - Что ты имеешь в виду?
   - Ну, я имею в виду: у вас уже есть какой-то опыт ухода за животными?
   - Конечно же есть, - сухо ответил Вадим.
   - Но подожди, разве у вас выделено специальное помещение для этих целей.
   - Есть у нас такое помещение.
   - А-а, теперь я припоминаю. Я как-то к тебе заходил, шёл по коридору и из-за двери слышал будто свинья хрюкала.
   - Ты не мог этого слышать.
   - Почему этого не мог? - обиженным тоном удивился Вадим.
   - Да потому что ты ко мне заходил, а я работаю на втором этаже.
   - Ну и что ж из того?
   - А комната со зверьми у нас на третьем этаже.
   - На третьем? Так у вас же там производственные павильоны!
   - Ты что - не веришь мне? - сердито проговорил Вадим.
   - Так как же я могу тебе поверить? Вы что зверей прямо в павильоне держите.
   - Мы их держим в маленьком комнатушке - самой крайней на третьем этаже.
   Тут Володя проговорил задумчиво:
   - Подожди-подожди. Там ещё окна старыми газетами заклеена.
   - Ну да, а ты откуда знаешь?
   - С улицы видел.
   Тут Вадим прокашлялся и проговорил сурово:
   - Послушай, у меня уже нет времени с тобой разговаривать. Так что прощай.
   И Вадим повесил трубку. Но Володя уже узнал всё, что рассчитывал узнать.
   
   * * *
   
   Ребята продолжили общение по дороге к лесному хозяйству. Костя говорил:
   - Итак, теперь нам известно, где содержится Снежич...
   Но Зина возразила:
   - Но мы не можем быть уверены в этом на все сто процентов. Быть может, они держат Снежича в каком-нибудь отдельном помещении.
   - Вот тогда действительно плохо, - произнёс Костя, и тут же добавил. - Но всё же мы должны надеяться на лучшее.
   Затем он обратился к Володе:
   - Насколько я понимаю - это окно находится с тыльной стороны здания, да?
   - Угу, - кивнул Володя. - Со стороны двора. Там ещё тополь растёт.
   - Как раз то, что нужно, а то я уж думал, что придётся раскладную лестницу из лесного хозяйства тащить, - кивнул Костя.
   - Что ты задумал? - спросила Зина.
   - Ну, а вы разве ещё не догадались? - мрачно усмехнулся Костя.
   - Ну, наверное, пробраться внутрь студии? - предположил Генка.
   - Совершено верно. Карабкаясь по ветвям тополя, один из нас заберётся на высоту третьего этажа, а потом... потом, по видимому, придётся выбить стекло в том помещении.
   Генка кивнул и вымолвил:
   - Ну что же - я "за". Только одна поправочка будет. Уж если мы кино вместе снимаем, так и это рискованное дело вместе проворачивать надо. В общем, кто как, а я - вместе Костей.
   Но Костя возразил:
   - Поймите, в этом деле количество участников может только навредить. Один может пробраться незамеченным, а если мы вчетвером пойдём... Ну в общем вы понимаете - риск возрастает ровно в четыре раза.
   Тогда Генка сказал:
   - Хорошо. Мы не полезем на тополь, но будем стоять в ближайшем переулочке, караулить тебя.
   - Так и сделаем, - согласился Володя.
   - И я с вами, - вздохнула Зина.
   Тогда Костя молвил:
   - Но, по крайней мере, ни Константину Павловичу ни Игнату Полифермовичу ничего говорить не станет. Их то ни к чему в это втягивать.
   И ребята согласились с этим предложением...
   Вскоре они подошли к лесному хозяйству, где их уже дожидались с большим нетерпением Константин Павлович и Игнат Полифермович.
   И пришлось портить им настроение, говорить, что на сегодня съёмки отменяются.
   - Надеюсь, что не навсегда отменяются? - с явным волнением поинтересовался Полифермович.
   - Завтра обязательно будем снимать! - заверил его Костя. - Встречаемся как обычно - в три часа.
   
   * * *
   
    Город объяла приятная весенняя ночь. Прохладный, тёмный воздух дышал свежестью. Повсюду чувствовалась пробуждающаяся жизнь. И робкие, нежные запахи первых листиков незримыми вуалями протягивались в пространстве...
    Время уже перевалило через полночь, когда в маленьком, пустынном переулке на задворках телецентра встретились Костя, Генка, Володя и Зина. Каждому из них удалось незамеченными ускользнуть из дома. Каждый сделал из тряпья фигуру и уложил в своей кровати - это на тот случай, если родители всё-таки заглянут в их комнаты...
    Итак, они остановились перед весьма высокой решёткой, за которой виден был небольшой сад, и здание телецентра. Несмотря на поздний час, большинство окон в этом здании сияли электрическим светом - работа телевизионщиков не прекращалась и ночью. И казалось ребятам, что из каждого окна наблюдает за ними грозный охранник с двустволкой, и стоит только кому-нибудь перебраться через ограду, как это оружие будет задействовано.
    Генка сказал:
   - А давай я полезу.
   - Нет, полезу я, - твёрдым голосом ответил Костя, и шагнул к решётке.
   - Но я всё-таки половчее тебя буду, - заявил Гоготалов.
   - Я это всё придумал, мне и кашу расхлёбывать, - произнёс Костя, и начал карабкаться вверх...
   
   * * *
   
    К зданию телецентра Костя полз по земле, совсем как партизан, готовящийся к поджогу вражеского штаба. Он старался оползать световые пятна, которые выплёскивались из окон на кусты, но всё же несколько раз ему приходилось пересекать открытое пространство, и в такие мгновенья очень велика была опасность, что его всё-таки заметят.
    Но вот он подполз к тополю, и, вжимаясь в его ствол, приподнялся. Вдруг увидел, что прямо перед ним стоит здоровенный, лохматый пёс. И Костя подумал:
    "Ну вот сейчас он залает, и тогда всё пропало. И съёмки фильма, и ответные чувства Анны..."
    Он зашептал:
   - Пёс, очень прошу тебя не лай...
   Пёс раскрыл пасть...
   - Ну не лай. Зачем тебе лаять? - упрашивал Костя.
   А пёс просто зевнул, вильнул хвостом, и пошёл прочь. Это был не охранный пёс, а простой уличный пёс, который зашёл в этот сад случайно, и теперь собирался отыскать себе место для ночлега.
   Костя облегчённо вздохнул, затем подпрыгнул, вцепился в низко нависающую ветвь, подтянулся, и начал карабкаться по стволу, перелезая с ветви на ветвь.
   Наконец ему удалось подняться на высоту третьего этажа. Теперь до заветного, заклеенного газетами окошка оставалось совсем немного. Костя уже достал заранее заготовленную палку, с помощью которой собирался высадить окно...
   И вдруг за этим, прежде затенённым окном, загорелся электрический свет. Костя сразу вжался в ветвь, и даже не шевелился...
   Верхняя форточка в этом окне была приоткрыта, и поэтому мальчик мог слышать голоса, которые доносились изнутри.
   Один голос он сразу узнал - это был булькающий и ворчливый голос директора телестудии Дмитрия Устиновича:
   - Ну вот она, наша крыска. Хе-хе-хе! По словам тех лопухов зовут её Снежичем. Ну что скажете Сидор Степанидович?
   Тот, которого звали Сидором Степанидовичем, ответил тонким, писклявым голосом:
   - Да вроде бы ничего так крыска...
   И вновь заговорил Дмитрий Устинович:
   - Вы ещё даже не представляете - какое это сокровище! И хранить её здесь чрезвычайно опасно. Ну, вы понимаете...
   - Ага.
   - Так что вот и хочу предложить перевезти её в ваше хранилище. Там же и первые дубли нашего шоу будем снимать.
   - Ну, Дмитрий Устинович, я не могу так сразу решиться.
   - Поймите, Сидор Степанидович, мы не можем откладывать. Я ж нутром чую - опасно её здесь хранить. Так что давай перевезём её прямо сейчас...
   - Но...
   - Сидор Степанидович, да вы ещё просто и не представляете какая эта крыса. Вот попробуйте взять её на руки.
   - Да что вы, Дмитрий Устинович, она ведь и укусить может.
   - Не. Не укусит. Она очень хорошо воспитана. Вот смотрите - я её вытаскиваю из клетки... Видите... видите как она покорно себя ведёт?
   Вжавшийся в ветвь Костя слушал всё это, а в голове его бабахала горячая кровь. И думал мальчик: "А ведь действительно - увезут нашего Снежича в хранилище, из которого его уже едва ли удастся вызволить. И произойдёт это сегодня. Через несколько минут! Так что надо действовать немедленно!"
   На мгновенье ему стало так жутко от задуманного, что холодный пот выступил по его телу, а палка едва не выпала из рук. Но вот Костя уже справился с этой слабостью.
   Левой рукой он вцепился в ветвь, а правой запахнулся, и что было сил ударил зажатой в ней палкой по окну. Часть стекла оказалась выбитой, но не упала вниз, а осталась болтаться на старых, пожелтевших газетах, которыми было обклеено.
   И Костя увидел небольшую, ярко освещённую коморку, где громоздились друг на друге клетки с разными несчастными зверушками, которые для тех или иных целей нужны были телестудии.
   Увидел он и Дмитрия Устиновича, который выпучился на окно, и рот которого приобрёл форму буквы "о"; увидел он и его собеседника Сидора Степанидовича. Это был похожий на жердь человек с ромбовидной головой, и быстро-быстро мигающими серыми глазками. Он отступил за спину Дмитрия Устиновича, вцепился свой сухонькой ладошкой в его рыхлое плечо, и сильно дрожал.
   Что касается Снежича, то он сидел, словно в узкой трубе, был зажат в потной ладони Дмитрия Устиновича, и тоже смотрел на Костю. Но, судя по энергичному шевелению его усов, Снежич был счастлив возвращению своего старого друга.
   Костя ещё раз ударил палкой по стеклу, в результате чего обклеенные бумагой куски всё-таки оторвались и полетели вниз.
   И мальчик закричал:
   - Снежич, давай - прыгай сюда скорее!
   Крыса понимающе кивнула и вцепилась своими острыми зубками грызуна в изнеженный палец Дмитрия Устиновича.
   Глаза директора телестудии округлились, и он из всех сил начал размахивать рукой в которой был зажат Снежич. В результате этих рывков, он заехал по лбу Сидора Степанидовича и тот, нокаутированный, повалился на пол.
   Снежич на мгновенье разжал свои челюсти, но это с тем только, чтобы вцепиться в визжащего директора студии с новой силой.
   В результате, Дмитрий Устинович всё-таки не выдержал и разжал ладонь. Снежич отлетел в сторону, и, пролетев между широкими прутьями одной клетки, оказался перед мордой самого настоящего волка.
   Волк угрожающе зарычал, но Снежич ударил его хвостом и выскочил из клетки. Затем он по оставленному кем-то халату вскарабкался на спинку кресла, а оттуда перепрыгнул на стол. Со стола он переметнулся на заваленный битым стеклом подоконник, и уже оттуда, совершив самый свой невероятный прыжок, перелетел на ту ветвь, где поджидал его Костя.
   - Молодчина! - похвалил крысу мальчик, и засунул её во внутренний карман своей курточки.
   В это время Дмитрий Устинович возопил из всех сил, которые у него только были:
   - Ка-ра-ул!!
   В помещение уже ворвались охранник, а Дмитрий Устинович орал на них:
   - Оцепить здание - живо! Они в саду - сад оцепить! Переулки все оцепить! Милицию вызвать!! Живо - живо!!
   А Костя спустился вниз по стволу тополя и, уже не таясь, бросился через сад к ограде.
   Вот добежал до прутьев, по другую сторону которых дожидались его друзья. И Костя сразу же вынул из кармана Снежича и протянул его Володе:
   - На - возьми.
   - Снежич! - обрадовано воскликнул Володя, и принял крысу.
   Костя начал карабкаться вверх, и тут сзади ударили, засветили лучи электрических фонарей.
   Костя вымолвил:
   - Ребята, бегите!
   Но они отвечали:
   - Мы без тебя никуда не побежим...
   - Бегите, - повторил Костя, но они и не думали оставлять своего друга в беде.
   А сзади раздался крик:
   - А ну - сто-о-ой!
   Костя продолжал карабкаться вверх.
   Крик повторился:
   - Стой! Стрелять буду!
   Костя подумал: "Это они просто так кричат, а по настоящему они стрелять не по посмеют".
   Но тут раздался хлопок, и что-то щёлкнуло по железному пруту ограду буквально на расстоянии вытянутой руки от Кости.
   - Ай! - громко вскрикнула Зина.
   - Что с тобой?! - крикнул ей Костя.
   - Со мной - ничего. А тебя не задело?!
   - Нет! - вскрикнул Костя.
   И тут вновь грянул выстрел, и вновь пуля просвистела где-то рядом с Костей. Только тут понял он, в какую страшную игру они ввязались...
   Но вот он добрался до самого верха, и спрыгнул вверх. Но спрыгнул он слишком поспешно, и не видел, куда падает. Его левая нога попала в какую-то колдобину и... пронизывающая, калёному железу подобная боль резанула его через коленную чашечку, и пульсирующим жалом добралась, казалось, до самого черепа.
   Он не мог сдержать стона.
   Генка спросил:
   - Кость, чего с тобой?
   - Ногу кажись сломал..., - простонал Костя.
   А топот их преследователей всё приближался. С побелевших губ Кости слетели следующие слова:
   - Оставьте меня и бегите... Я вам только мешать буду...
   Но Володя и Генка подхватили его под мышки, и под зад, и как на кресле, бегом, понесли его по этому переулку.
   Зина бежала позади них, и постоянно оглядывалась.
   Хотели выбежать на большую улицу, но оттуда раздались завывания милицейской машины.
   Тогда Генка вымолвил:
   - Здесь поблизости есть подъезд в котором кодовый замок сломан...
   - Быстрее - веди нас туда, - произнёс Володя.
   Генка довёл их до этого подъезда. Там они и укрылись, там и дождались рассвета...
   
   
   
   
   
   

Глава 13
"Тяжёлый день"

    Часов примерно в шесть утра, из подъезда вышла съёмочная группа: то есть - Зина, Володя, Генка и Костя. Что касается Кости, то он шёл, опираясь на плечи, Генки и Володи, и старался не наступать больной ногой.
    Они уже, конечно, ещё в подъезде исследовали Костину ногу (Зина при этом отвернулась), и Генка изрёк:
   - Ну, Костик, костяной ты человек - цела твоя кость, только, разве что, вывих заработал.
   И вот теперь, когда они пробирались по пробуждающимся улочкам к дому Кости, сам Костя приговаривал:
   - Вот вы говорите, что я хорошо отделался, а мне самому - тошно. Как же это хорошо отделался, когда дальше сниматься не могу?.. Не, ребята - такое "хорошо" никуда не годится...
   - Да что ты говоришь? Как это ты сниматься не можешь? - обратилась к нему Зина. - Полежишь немного дома, и...
   - Что ты такое говоришь! - горестно воскликнул Костя. - Как я могу отлёживаться дома, когда сейчас такие важные, такие напряжённые дни! Я хочу быть в центре событий! Я хочу снимать и сниматься...
   - И всё же тебе придётся остаться дома, - не очень то уверенно произнесла Зина.
   - Ни за что! - воскликнул Костя.
   И всё же они проводили Костю до его квартиры. Он открыл дверь, осторожно заглянул внутрь: мать готовила завтрак на кухне, отец уже уехал на работе - в общем, никто не заметил его ночного исчезновения.
   Тогда Костя шепнул своим друзьям:
   - Расходитесь по домам... В школу то сегодня пойдёте?
   - Пойдём, - ответила Зина.
   - Но в два часа ко мне заходите, понятно? Вместе на съёмки пойдём.
   Володя ответил:
   - Обязательно зайдём.
   А Зина добавила:
   - Но насчёт съёмок я не могу ничего обещать. Там уж по обстоятельствам посмотрим...
   Уже на улице Володя обратился к Зине:
   - Ты знаешь что: возьми-ка нашего Снежича к себе.
   - Это зачем же?
   - А я очень волнуюсь вот по какому поводу: вдруг они связали похищение крысы с нами.
   - Кстати - это очень даже вероятно, - заметил Генка, но тут же воскликнул. - Но ведь у них нет наших адресов!
   Володя настороженно оглянулся, и прошептал:
   - Ты бы потише... Или забыл, что Вадим - мой приятель. У него мой адрес и телефон в записной книжке записаны. Так что они уже вполне могли поставить у моей квартиру засаду. Так что, Зина, возьми Снежича от греха подальше.
   И Зина переложила Снежича к себе в сумку.
   
   * * *
   
    Итак, Костины родители ничего не заметили. Такая же история была и с родителями Володи, и с Генкиными родителями. Что же касается Зины, то её мать (они жили без отца) рано утром заглянула в комнату своей доченьки.
    Она увидела фигуру Зины, которая, свернувшись калачиком, спала под одеялом. И хотя подушка была аккуратно уложена, матери - женщине чрезвычайно строкой, аккуратной и педантичной, - показалось, что подушка всё-таки немного сбилась на бок, и она решила её подправить. Подошла, склонилась, и тут тихонько вскрикнула.
    Вместо её доченьки лежала на кровати груда белья...
    Мама заплакала, уселась на стул, и досчитала до ста пятидесяти. Затем она взяла телефон, и решила, что, если до тех пор пока она не досчитает до двухсот двадцати двух её дочь не появится, то она позвонит в милицию.
    Но она досчитала аж до трёхсот тридцати трёх, и только тогда решилась поднять трубку. Уже набрала цифру "0", когда дверь приоткрылась и в комнату тенью бесшумной впорхнула Зина.
    Увидев маму, девушка вздрогнула, побледнела. А мама произнесла:
   - Объяснись...
   - Я выходила, - ответила Зина.
   - Куда выходила?
   - Немного прогуляться?
   - Ночью? - холодно спросила мама.
   - Только сейчас, утречком, и не надолго. Ты, главное, не волнуйся, мама. Я больше так не буду...
   Но мама Зины слишком лелеяла, слишком берегла свою дочь, чтобы успокоиться от этих заверений.
   Она, женщина внимательная, по глазам Зины прочитала, что дочь её что-то скрывает. Тогда мама заплакала. Зина шагнула было к ней, но мама оттолкнула её, и произнесла грозно:
   - Моя дочь - лгунья!
   - Мама, я прошу тебя!
   - Так ты не хочешь мне говорить правду?
   - Я сказала всё... что должна была сказать...
   - Хорошо. В таком случае, ты останешься взаперти до тех пор, пока не скажешь, с кем гуляешь по ночам.
   И, сказав так, мама захлопнула дверь, и провернула в замке ключ (этот замок был вмонтирован в дверь Зининой комнаты).
   Зина забарабанила кулачками по двери, и закричала:
   - Мама, как ты можешь?! Мы же не в средние века живём?!
   С противоположной стороны двери раздался плачущий голос матери:
   - А обо мне ты подумала? Каково мне теперь будет? Ночами теперь не спать? Думать - у себя в комнате моя дочь, или где-то по улице шляется? И с кем шляется?.. Ведь все твои хорошие школьные друзья ночью спят, потому что им утром вставать, на уроки идти... С кем же ты связалась?..
   Тут и Зина заплакала от горючей смеси незаслуженной обиды, и жалости к маме. И девочка начала убеждать свою маму, что она только немножко погуляла возле их дома, и что это никогда больше не повториться.
   Но мать оставалась непреклонной. Она сказала, что из-за этого она даже и в школу в Зину не выпустит, и оставит взаперти до тех пор, пока та во всём не сознается.
   После этого мама приняла таблетки от головной боли и удалилась на работу.
   Зина уселась на свою кровать. Резким движением руки сбросила на пол ставшее бесполезным тряпьё, которое изображало её фигуру, и... зевнула. Всё-таки чертовски хотелось спать.
   Глаза Зины были красными не только от пролитых слёз, но из-за бессонной ночи.
   Она ещё несколько громко зевнула, а затем - откинулась назад, и, как только почувствовала, прикосновение мягкой подушки, заснула.
   
   * * *
   
    Сонный Генка пришёл в школу, и разлёгся на той парте, где обычно он сидел. Первым уроком была скучная, и совсем непонятная Генке алгебра. Усыпляющим голосом сыпала учительница формулы, а Генка, повернув голову, глазел на профиль Ани, которая сидела напротив него, и старательно записывала все эти формулы.
    Генка думал: "Хотел бы я знать, что в ней нашёл Костян? А? Ведь она - обычный "ботан". Скучная, высокомерная, и вообще - холодная и стервозная. Бр-р- р, как в такую вообще можно влюбиться? За что её любить то? И сколько Костик из- за неё страдал! Что-то он говорил, будто она видела отснятый материал, и заинтересовалась... Ну, что ж: надо Кости сделать приятно: затащить её на съёмки, и ни когда-нибудь, а прямо сегодня же".
   На перемене Генка подошёл к Ане, и, глядя прямо в её глаза, спросил:
   - А ты сегодня ничего странного не заметила?
   И тогда Аня повела себя совсем неожиданно для "обычного холодного ботана". Она потупилась, зарделась, и прошептала:
   - Я заметила, что сегодня Костя не пришёл.
   - Ага. Именно про это я и хотел сказать, - молвил Генка.
   Тогда Аня в большом волнении схватила его за руку, и спросила:
   - Что с ним случилось? Он что - попал под каток?
   - А с чего ты взяла, что он попал под каток? - буравя её суровым взглядом, спрашивал Генка.
   - А мне сон такой приснился... Ох, да неужто же правда...
   Тут Аня переменила цвет своего лица с алого на бледный, и пролепетала:
   - Неужто раздавило...
   - А как ты это во сне видела?
   - Ну, в общем, такой здоровенный каток ехал, и... попал под него Костенька. Сначала ноженьки его попали, а потом и весь... И стал он плоский, как лист бумаги...
   Гоготалов едва сдерживал безудержный гогот, а про себя думал: "А ведь она, пожалуй, влюблена в него..."
   Вслух же он сказал:
   - Костя не попал под каток, но ему всё-таки очень плохо...
   Аня громко всплеснула ладонями, и тихо спросила:
   - Что же с ним случилось?
   - Он - жертва графомании.
   - Что?
   - В последнее время он целыми ночами писал лирические стихи, поэмы и даже в романы в стихах. В общем, теперь он так истощал, что не может подняться с кровати.
   - Какой ужас!
   - Вот и я про тоже. Ему очень плохо и, думаю, только твоё появление может привести его в чувство.
   - Но я даже ни разу не бывала у него в гостях.
   - Не волнуйся. Я тебя провожу.
   - Хорошо. Я подумаю...
   
   * * *
   
    Когда Володя незамеченным проскользнул к себе домой, то мысль о долгом и сладком сне показалась ему самой желанной. Но вот вспомнил он о том, что теперь за ним могут охотиться сотрудники телецентра, и ему стало так страшно, что мысль о сне отошла на какой-то очень отдалённый план.
    Итак он быстренько, и без всякого аппетита позавтракал; собрался в школу, и вышел из подъезда. Насторожённо оглянулся, и тут увидел высокого человека в длинном чёрном плаще, и в широкополой шляпе, тень от которой оставляла видимой только его широкий, с ямочкой в центральной части подбородок.
    Голову Володи огненным росчерком поразила мысль: "Вот это и есть сотрудник телецентра... Но что же мне делать?.. Идти в школу?.. Нет - ни в коем случае... Враги на это и рассчитывают. Выйдут на моих друзей. Схватят их... Нет, нет - не бывать этому! Надо запутать следы!.."
    И поэтому Володя направился не в сторону школы, а в сторону автобусной остановки. И пока он шёл к остановке, и пока потом ждал автобуса - он так и не решился оглянуться, потому что был уверен, что если он это сделает, то человек в чёрном плаще сразу схватит его.
    Итак, он сел в автобус, и только на третьей остановке решился повернуть голову, и скосить глаза назад. И ему показалось, что его преследователь стоит буквально за его спиной.
    На следующей остановке он вышел, и быстрым шагом направился в ту часть парка, которая переходила в густой лес, расположенный уже за чертой города.
    А про себя он думал: "Что ж, пускай они меня в лесу схватят. Пусть пытают - я им всё равно ничего не скажу".
    Сначала он шёл по широким парковым дорожкам, потом свернул на тропку, потом начал переходить с тропки на тропки, и наконец, какая- то уж совсем маленькая, едва протоптанная в снегу стёжка вывела его к поваленной ели, которая преграждала ему путь.
    И тогда Володя зажмурился, и обернулся. Он был уверен, что, когда откроет глаза, то увидит зловеще ухмыляющихся врагов. Вот он открыл глаза и увидел...
   
   
   
   
   
   

Глава 14
"Володя пропал!"

    Зина Чайкина была разбужена от щекотки. Она даже рассмеялась... Вот распахнула глаза, приподнялась, и обнаружила, что это Снежич водит своим хвостиком по её подбородку.
    Но вот девушка огляделась, вспомнила, что заперта, словно в темнице, в своей комнате, и едва не расплакалась.
    Она проговорила голосом тихим и печальным:
   - И что же нам с тобой, Снежич, делать? Сколько меня здесь мама продержит? Она ведь у меня такая принципиальная - может и на несколько дней оставить, пока я во всём не сознаюсь. Только вот я не собираюсь ни в чём сознаваться... А ребята меня ждут, надеется на меня... Позвонить бы им хотя бы, но ведь и телефон у нас находится в коридоре!
   Тут Снежич подбежал к двери, встал на задние лапки, а одной из передних - начал указывать на замочную скважину и пищать.
   - Хочешь, чтобы я тебя туда подняла? - спросила Зина.
   Снежич утвердительно кивнул.
   Тогда девушка подбежала к нему, подхватила на руки, и поднесла к замочной скважине.
   И Снежич просунул свой хвост в скважину, пошевелил им там, и вот что-то щёлкнуло в замке, и дверь приоткрылась.
   - Ты просто гений! - воскликнула Зина, и поцеловала Снежича в нос.
   
   * * *
   
    Через несколько минут Зина прибежала к Косте Линеечкину. Оказывается, Костя уже мог передвигаться без сторонней помощи, хотя ещё и прихрамывал на подвёрнутую ногу.
    А вскоре пожаловали Генка Гоготалов, и отличница Аня, которая была весьма бледна, так как верила, что Косте действительно грозит смертельная беда из-за его чрезмерных подвигов на почве графомании.
    Когда Костя увидел Аню, то его чрезвычайно впечатлительное сердце поэта едва не вылетело из груди, а сам он едва не грохнулся в обморок.
    Гоготалов гоготнул и сказал, обращаясь к Ане:
   - Вот видишь, до чего поэзия человека доводит!
   Аня налила из пакета апельсинового сока, и дала попить Косте, но тот, глядя на неё, подавился...
   Начали говорить о фильме. И, надо же! - Аня практически сразу же согласилась на то, что заключительная часть съёмок будет проходить у неё дома.
   Ведь надо было показать, какое впечатление производит на неё весёлое представление крысиного короля Снежича, как она выздоравливает...
   А, между прочим, время приближалось к трём часам после полудня, так что пора было идти к лесному хозяйству, где, по уговору, их уже должны были дожидаться Константин Павлович и Игнат Полифермович. А Володи Ухина всё не было и не было...
   Зина молвила:
   - А ведь сейчас занятия в нашем классе уже должны были закончится.
   Тут Генка сказал:
   - А я его сегодня в школе не видел...
   - Неужели он не пошёл в школу?! - воскликнула и вскочила Зина.
   - Ну а что в этом такого? - спросил Генка.
   - А то, что он, в отличие от тебя, занятия никогда не пропускает. Должно было случиться нечто экстроординарное, чтобы он не пришёл в школу, - говорила Зина.
   Затем Зина подбежала к телефону, набрала номер Володиного телефона, а трубку протянула Генке, вымолвив:
   - Спроси у родителей, дома ли Володя.
   Гоготалов взял трубку, сказал:
   - Алло, а Володю можно?.. А где он?.. В школу ушёл?.. И ничего не просил передать?.. Нет-нет, всё нормально... До свидания...
   Генка положил трубку, и вымолвил:
   - А его родители говорят, что он в школу пошёл. Странно это. Неужели с ним что-то случилось?
   Тогда Зина произнесла:
   - У нас с Володей был разговор. Он очень волновался, что люди с телестудии могут установить за ним слежку, и даже схватить его. Именно по этой причине он мне и Снежича передал. И вот теперь у меня прямо сердце разрывается. Что если Володеньку действительно схватили...
   Тогда Гоготалов сжал кулаки, и проговорил:
   - Надо брать телестудию штурмом!
   Костя улыбнулся, но голос у него был совсем невесёлым:
   - К сожалению, мы не киборги-штурмовики, и нас повяжут как только мы ворвёмся в холл. Тут надо придумать какой-то другой, более тонкий подход.
   И тогда Зина произнесла:
   - Я знаю, что возле Володиного подъезда на лавочке всегда сидят бабки. Они всё видят, и обсуждают любые мелочи. И уж конечно они должны были заметить, если бы с Володей случилось что-нибудь необычное.
   - Быстрее - к его подъезду!
   К сожалению, бегать из-за присутствия хромого Кости не пришлось. К тому же и с Аней пришлось распрощаться, она сказала:
   - Ну вы идите - ищите своего Володю, а я домой пойду...
   Тогда Костя дрожащим от волнения голосом спросил:
   - Н-но в-ведь м-мы м-можем п-потом к-к т-тебе п- прийти?
   - Конечно, приходите. Буду вас ждать, - ответила Аня.
   
   * * *
   
    Итак Костя, Володя и Зина подошли к подъезду, в котором жил Володя. Скамеечка пустовала, но бабки прохаживались поблизости, по асфальтированной дорожке, и шумно что-то обсуждали.
    Зина подошла к ним и спросила:
   - Извините, а вы Володю Ухина знаете?
   - Это у которого дома зверинец? - уточнила похожая на Бабу-Ягу бабка.
   - Ага, - кивнула Зина.
   - Конечно, знаем, - заворковали сразу несколько бабок.
   Тогда Зина уточнила:
   - Ну и никто из вас не видел сегодня чего-нибудь странного, связанного с Володей.
   Бабки переглянулись и начали меж собой переговариваться:
   - Беда стряслась! Точно - беда...
   Затем одна бабка пояснила Зине:
   - Конечно, видели мы странное. Видели, как вышел твой Володька из подъезда, так оглянулся и заметил человека в плаще чёрном, да в шляпе широкополой, которая тоже чёрной была. И так уж испуганно Володька на этого человека посмотрел, и пошёл ведь не в сторону школы, а в сторону автобусной остановки.
   Тут ещё одна бабка в разговор вступила:
   - И я видел - стоял Ухин на автобусной остановке, а тот - в плаще чёрном рядом с ним стоял, да газету читал...
   - Ну а дальше то что было?! - воскликнула Зина.
   - В автобус они сели да уехали, - ответила бабка.
   - А какой был номер автобуса? - спросила Чайкина.
   - Так и не помню, - покачала головой бабка. - Только помню, что ёлки на нём нарисованы были.
   Тогда в разговор вмешался Генка, который стоял рядом и всё слышал:
   - Знаю я - это шестьсот шестьдесят шестой маршрут. Он как раз возле парка проходит...
   - И что ж с Володькой то случилось? Мо ж милицию вызвать? - заворковали бабки.
   - Нет, нет - ничего страшного, - заверил их Костя.
   Затем ребята отошли в сторонку, и там продолжили обсуждение последних событий.
   Зина говорила:
   - Я Володю хорошо знаю, и понимаю, чего он этим своим поступком хотел добиться: хотел преследователей подальше от школы, и от нас, стало быть, отвести. И направился он наверняка в парк.
   - Стало быть, именно в парке его и надо искать, - заметил Генка.
   - А помогут нам в этих поисках Константин Павлович и Игнат Полифермович, - добавил Костя.
   И они, как могли быстро направились в сторону лесного хозяйства.
   
   * * *
   
    И Константин Павлович и Игнат Полифермович очень огорчились, когда узнали, что и в этот день им не удастся поучаствовать в творческом процессе - то есть, в съёмках фильма.
    Ребята не стали рассказывать им, что Володю, возможно, похитили. Ведь тогда бы пришлось сознаваться и в своих ночных похождениях, а этого им делать совсем не хотелось. Они сказали только, что Володя, скорее всего, заблудился в дальней части парка, и попросили о помощи.
    Константин Павлович нахмурился, и вымолвил:
   - Дальняя часть парка в большой лес переходит. Там действительно можно серьёзно заблудиться. Так что пойдёмте. Быть может, удастся его найти...
   И они отправились в ту отдалённую часть парк, где ребята прежде никогда не гуляли. Зато Константин Павлович и Игнат Полифермович знали там буквально каждую тропку.
   Они искали Володю и час, и два часа, однако ж никаких его следов не нашли. И даже Снежич, который активно принюхивался, так ничего и не нанюхал.
   Тогда ребята стали громко кричать - звать Володю по имени, но только лишь эхо им отвечало.
   Константин Павлович молвил:
   - Эта часть парка - очень большая, и чтобы переходить по всем тропкам, какие здесь есть, потребуется несколько дней. Так что, думаю, надо возвращаться домой, и надеяться на то, что Володя тоже вернулся...
   Но ребята настояли на том, чтобы продолжать поиски, и продолжали их до самых сумерек.
   Так и не нашли они никаких следов Володи. Зашли домой к Косте, и оттуда позвонили Володе. Генка спрашивал:
   - Извините, а Володя ещё не появлялся?
   - Нет, - отвечала на противоположном конце провода Володина мама, и спросила. - А вы не знаете, куда он мог подеваться?
   - Нет, - вздохнул Генка, и добавил. - Но вы не волнуйтесь - он скоро должен вернуться.
   Затем Гоготалов повесил трубку, и совсем не свойственным ему печальным голосом проговорил:
   - Вот попытался его родителей утешить, и не знаю: надо ли было утешать? Быть может, действительно лучше - если бы они милицию вызвали...
   - Не знаю, не знаю, - прошептала Зина, и закрыла лицо ладонями.
   Она хотела скрыть слёзы, но у неё ничего не получилось...
   
   * * *
   
   Итак Володя обернулся от упавшей ели, которая перегородила ему дорогу, раскрыл глаза и увидел белку, которая сидела на снегу, и сжимала в передних лапках шишку.
   - Ну, здравствуйте. Приехали, - пробормотал Володя.
   Белка выронила шишку и убежала.
   Володя начал рассуждать: "А ведь, вполне возможно, что тот человек в чёрном пальто вовсе и не из телестудии, и вовсе он меня не преследовал. Так что сейчас моя задача - это поскорее выбраться в город, и пойти в школу.
   Володя Ухин как мог быстро пошёл по той маленькой тропке, которая привела его к рухнувшей ели.
   Он думал, что сможет найти обратный путь по своим следам. И ему казалось, что действительно видит свои следы. Так прошёл он довольно много, и несколько раз сворачивал с тропки на тропку, а потом понял, что те следы, на которые он ориентировался - это вообще не человеческие следы, а следы какого-то зверя.
   Тогда Володя остановился и подумал: "Ну, ничего страшного. В любом случае - здесь город поблизости. Надо только определить, где шумят машины, и идти на этот шум".
   Он прислушался, и ему показалось, что действительно слышит шум машин. Правда, звуки эти доносились издалека, и были едва слышными.
   Итак, Володя поспешил в сторону этих звуков, но вскоре, к немалому своему разочарованию, вынужден был констатировать, что больше не слышит машин, а только разве что - частые удары сердца в своих висках.
   И Володя произнёс:
   - Главное - соблюдать спокойствие, и я обязательно что-нибудь придумаю. Ведь это, в конце-концов, не тайга... Хотя бы какого-нибудь человека встретить...
   И тут Володя увидел того человека в чёрном пальто и в широкополой шляпе, от которого он бежал. В голове полыхнула мысль: "Неужто правда из телецентра?"
   Мальчик тут же рухнул в сугроб, и лежал не двигался. А человек в чёрном пальто шёл по тропке на противоположной стороне оврага, и выглядел весьма растерянным. Вот он остановился, пристально посмотрел в ту сторону, где укрылся за сугробом Володя, и выкрикнул, жалобно:
   - Э-эй, есть здесь кто- нибудь?!
   А Володя подумал злорадно: "Ну, конечно - буду я тебе показываться! Размечтался!"
   Так что этот человек ушёл дальше, а Володя вылез из сугроба, и поспешил в противоположную сторону.
   Уже нахлынули на парк сумерки, а голодный и испуганный Володя шагал по какой-то совершенно ему незнакомой тропке.
   И тут он услышал рокот машин, который доносился спереди. Обрадованный мальчик бросился туда, и вскоре выскочил на оживлённое шоссе. Прямо на него нёсся многотонный грузовик. Володя едва успел отскочить обратно в придорожные кусты.
   Но затем он всё-таки выбрался, и встал на обочине, там он проголосовал следующий грузовик.
   - Куда? - спросил водитель.
   - В город, - устало ответил Володя.
   На его счастье, водитель ехал именно в тот город, где жил Володя, а иначе увёз бы в какое-нибудь отдалённое поселение.
   Володя уже и не помнил, как он добрался до своего дома. Честно говоря, он так утомился, что даже и есть ему уже не хотелось. А то единственное, чего он жаждал - это спать, спать и ещё раз спать.
   На расспросы матери он пробурчал, что их просто задержали в школе. Затем он проковылял к себе в комнату. Оттуда он позвонил своим друзьям, и сообщил им, что у него всё хорошо, и что на следующий день они непременно продолжат съёмки.
   
   
   
   
   
   

Глава 15
"Последний день съёмок"

    На следующий день, прямо с утречка, друзья уже поджидали Володю возле его подъезда.
    Зина проговорила самым решительным тоном:
   - Нам надо всем месте держаться, и тогда нам никакие телевизионщики не будут страшны!
   Этот решительный тон сохранился у неё ещё со вчерашнего вечера. Тогда она имела серьёзный разговор со своей матерью, которая опять собиралась запереть её в комнате.
   На это Зина ответила самым решительным тоном:
   - В таком случай я дверь вышибу!
   Мать поверила ей, и разрыдалась. Зина как могла утешила её, а в конце-концов сказала:
   - Лучше бы ты всё- таки не пыталась меня удерживать.
   Тогда мама неожиданно смягчилась и вымолвил:
   - Э-эх, и совсем ты уже у меня взрослой стала...
   Итак, все они направились в парк, где снимали увлекательные сцены о том, как Снежич пробирается в город к принцессе Анне.
   Вот, например, бежит Снежич по маленькой тропке, среди тающих, последних сугробов, а впереди его - ручей, который человек вполне может перепрыгнуть. Однако для крысы - этот ручей - настоящая широкая и опасная река, переправа через которую чревата летальным исходом.
   А на берегу ручья сидят Зина и Володя - мастерят из школьной тетради кораблик. Подбежал к ним Снежич, и запищал тоненько.
   Зина всплеснула ладошками и воскликнула:
   - Ой, Володя, ты только посмотри - какая крыса красивая.
   А Володя, как и было задумано по сценарию, вымолвил:
   - А на голове у этой крысы корону вижу. Должно быть - это крысиный король.
   Тут стоящий за камерой Костя пропищал самым тоненьким голоском, на какой только он был способен:
   - Да! Я крысиный король! Перевезите меня, пожалуйста, на противоположный берег!
   Тогда ребята усадили его в бумажный берег, и переправили на противоположный берег ручья.
   Следующую сцену решили смонтировать из нескольких эпизодов. Ещё по пути в парк засняли какую-то кошку, которая бежала по каким-то своим кошачьим делам.
   А теперь доснимали ещё один эпизод - будто бы Костя хватает ветку, замахивается ей и кричат:
   - Уйди отсюда!
   Таким образом, он якобы отгонял кошку. Планировалось соединить эту сцену с первой, и со следующей, где перепуганная кошка уже драпала...
   Ну а затем они направились в лесное хозяйство, где их, согласно с заранее составленным договором, уже поджидали Константин Павлович и Игнат Полифермович.
   Ещё накануне они обещали подготовить какой-то особенный сюрприз, и вот теперь этот сюрприз предоставили.
   Они принесли с собой два весьма искусно сшитых кошачьи костюма, в которые и облачились, и при этом издавали такие угрожающие рычащие звуки, что случайно проходившая поблизости дворняжка поджала хвост и припустила бежать.
   И на крошечной полянке, снимали чрезвычайно эмоциональную сцену.
   В этой сцене Костя нёс Снежича к дому принцессы Анны, но его путь заступил кот Василий собственной персоной (напомню, что эту роль исполнял Игнат Полифермович). Он со свистом рассёк своей когтистой лапой воздух, и прорычал:
   - Эй ты, мальчишка! У ну-ка отдавай сюда крысу!
   - Не отдам! - твёрдым голосом заявил Костя, и отступил на шаг.
   - Отдашь! - прорычал второй кот, под которого был загримирован Константин Павлович.
   Он подступил к мальчику сзади, и вцепился в его плечи.
   Тогда Костя из всех сил рванулся вперёд, рухнул на землю, ему удалось вытянуть руку вперёд, и выпустить Снежича. Он закричал:
   - Беги скорее! Я их задержу!
   Поваливший Костю замахнулся на мальчика лапой и прорычал:
   - Ну - всё! Сейчас на кусочки разорву!
   А Игнат Полифермович, он же - кот Василий, попытался схватить Снежича. Прыгнул на него, повалился на снег, однако неустрашимый крысиный король проскочил прямо между его когтями.
   Затем снимали следующий дубль: Снежич карабкался по стволу наполовину расщеплённой молний сосны. Вот он добрался до места разлома, и начинает подтачивать своими острейшими зубами едва держащийся ствол.
   Следующим кадром засняли перекошенную от ужаса физиономию кота Василия, который глядел куда-то вверх. На это место в дальнейшем следовало наложить скрежет падающей сосны, и, наконец, засняли, как два кота, придавленные упавшей сосной, уже лежат на снегу, барахтаются, пытаются встать, но ничего у них не получается.
   Ну, а освобожденный Костя тут же поднялся, подхватил Снежича, и побежал дальше, довольно-таки громко говоря:
   - Что ж - теперь совсем не далеко до принцессы Анны осталось...
   И на этом месте решено было прекратить съёмки. За этот день они сняли достаточно.
   Теперь Константин Павлович говорил:
   - Ну вы, ребята, молодцы! Действительно, я уж чувствую - здорово у вас получается! А завтра то какую сцену снимать будем?
   - Завтра - дома у принцессы Анны. Как она излечивается...
   - А-а, так это уже без нас, - с едва уловимой печалью вымолвил Игнат Полифермович.
   Тут Генка поспешил его успокоить:
   - Ну, ничего. Вы не волнуйтесь. Мы ведь после этого фильма сразу следующий снимать начнём. Ну и вас обязательно на одну из ролей позовём. Так что...
   В общем они распрощались.
   И надо же было такому случиться - прямо на улице встретились они с Аней, которая как раз возвращалась из школы.
   И девочка вымолвила, обращаясь к Косте и Генке:
   - А наша классная руководительница собралась вам сегодня домой звонить.
   - Что такое?! - встревожился Генка.
   - А то, что вы в последнее время через много заданий прогуливаете! - ответила девочка.
   Костя и Генка переглянулись. От отличного настроения почти ничего не осталось...
   Но тут Аня вымолвила:
   - Впрочем, приглашаю вас в гости. Пойдёмте прямо сейчас, и я вас угощу ватрушками собственного изготовления.
   
   * * *
   
    Аниных родителей не было дома, и поэтому ребята чувствовали себя привольно. И даже та скованность, которая обычно охватывала Костю в присутствии Ани, отступила.
    Они подключили видеокамеру к телевизору, пили крепкий час с ватрушками и смотрели отснятый материал. И оказалось настолько здорово, что Генка не мог удержаться от гогота.
    А Зина в конце похлопала в ладоши, и произнесла:
   - Все молодцы!
   Кстати, и Анины ватрушки были настоящим произведением кулинарного искусства, так что вскоре все они перекочевали в желудке.
   После просмотра видео, случайно включили телепрограмму. Генка зевнул и вымолвил:
   - О-ох, да выключите вы это поскорее! Терпеть не могу телевизор!
   Но в это время диктор произнёс:
   - А сейчас вы увидите интервью с дрессировщиком Тихоном Боярским, который он любезно согласился дать специально для нашей программы...
   Тут Костя аж подскочил. Он воскликнул:
   - Да как же я мог забыть! Ведь у Снежича на лапке колечко, на которой написано: "Крыса Снежич. Собственность дрессировщика Боярского". Ни в коем случае не выключайте...
   А на экране появилась очаровательная журналистка, которая стояла перед старым кирпичным домом, и говорила:
   - Дрессировщик Тихон Боярский, не слишком хорошо известен публике, но именно он воспитал зверей для таких фильмом, как...
   И последовал перечень весьма известных фильмов.
   - ...Тихон Боярский ведёт затворнический образ жизни, но недавно он сам связался с нашей телестудией и попросил об интервью, которое обещало быть очень интересным. Именно поэтому мы и согласились...
   Следующим кадром показывали широкую обитую жёлтым войлоком дверь. Позвонили в неё раз и другой. Но тут открылась дверь в соседней квартире, выглянула пожилая женщина, сказала:
   - Тихон Святославович предупреждал. Вы ж с телевидения, да?
   - Да...
   - Так ведь очень Тихон Святославович заболел. Сам встать не может, но мне поручил дверь вам открыть и проводить к нему...
   Следующим кадром показывали уже комнату Тихона Боярского, про которую можно было сказать, что она была меньше комнаты Володи Ухина, но всевозможных зверей в ней присутствовало гораздо больше, чем во всей Володиной квартире.
   Они сидели в клетках, в террариумах, на жёрдочках, а также ползали, ходили, и перелетали с места на место.
   А сам Тихон Боярский лежал на кровати. Это был беловолосый и белобородый, худенький старичок с востреньким носом. Он заговорил тихим, но приятным голосом:
   - А-а, ну проходите гости дорогие...
   Затем Боярский немного рассказал о своей профессии. После этого он прокашлялся и вымолвил:
   - Ну и о последних событий расскажу вам. Специально для студии...
   Тут он назвал ту телестудию, которую пыталась похитить у ребят Снежича...
   - ...Взялся я воспитывать белую крысу. Они собирались использовать её в какой-то новой детской программе, под названием "Крысиный король". Много времени, много сил потратил я на воспитание крысы, которую назвал Снежичем. И я добился поразительных результатов - он стал почти таким же умным, как человек. Вот только разговаривать не умел. И привязался я к Снежичу как к своему родному сыну. Разговаривал даже с ним... Ведь я человек одинокий. Никого у меня нет... И решил: не отдам своего Снежича ни в какую передачу. Пускай они себе другую крысу и другого дрессировщика ищут... Но приключилась беда: однажды Снежич прогуливался по подоконнику. Тут подлетел ворон чёрный, схватил его да и полетел прочь. И с тех пор я больше своего Снежича не видел. Но сердцем чувствую - жив он! Знаю, какой он ловкий - смог от ворона вырваться, да и укрылся где-нибудь. Да хотя бы в каком-нибудь сугробе... Люди добрые, если вам известно что-нибудь о том, где сейчас Снежич находится, так сообщите мне об этом, пожалуйста... Видите - плохо мне? И один только Снежич мне помочь может. Он мне как сын родной...
   Тут по щеке Тихона Боярского побежала слеза, и он прошептал:
   - Пожалуйста... очень вас прошу...
   Далее появился номер телефона, по которому можно было связаться с Тихоном Боярским . Зина быстренько этот телефон записала.
   - Ну, что делать будем? - спросил Генка.
   - Естественно - звонить, - ответила Зина.
   - А как же Снежич? - жалобно спросил Генка.
   - Придётся с ним распрощаться, - ответил Володя.
   - А как же наш фильм? - простонал Генка.
   - А что тебе дороже - наш фильм или жизнь человека? - вопросом на вопрос ответил Костя.
   Генка смущённо потупился и вымолвил:
   - Да ладно, чего уж там - звоните...
   
   
   
   
   
   

Глава 16
"Тихон Святославович"

    Ребята не стали откладывать дела в долгий ящик - не стали ждать до завтра. Они понимали, что Тихон Боярский очень из-за потерявшегося Снежича страдает, и им совсем не позволяла тянуть это дело. Более того - они даже угрызения совести испытывали из-за того, что не занялись поисками этого дрессировщика раньше.
    В общем, тут же набрали записанный с телевизионного экрана телевизионный номер.
    Трубку подняли довольно-таки быстро, и Тихон Боярский спросил своим приятным голосом:
   - Ведь вы насчёт Снежича звоните?
   - Да, - вымолвила Зина. - Но откуда вы знаете?
   - Дело в том, что мне целыми месяцами никто не звонит. Иногда сам удивляюсь - зачем оплачиваю телефон? А после этого объявления по телевизору, ради чего, кроме как Снежича могут мне звонить. Так он у вас?
   - Да..., - ответила Зина.
   Тут голос Боярского дрогнул, и чувствовалось, что он очень волнуется. Он произнёс:
   - Так вы хотите за него некую сумму? Предупреждаю - я очень стеснён в средствах...
   - Нет, нет, ну что вы! - воскликнула Зина. - Даже и не говорите ничего такого. Мы принесём вам Снежича немедленно, и, конечно же, не будем брать у вас никаких денег, даже если вы их нам сами будете предлагать. Мы ещё извинимся, что не вернули его раньше. Так можно мы к вам придёт?
   - Да, конечно. Приходите. Очень вас жду! - проговорил Тихон Святославович.
   Затем он назвал им свой точный домашний адрес, и они договорились, что в самом скором времени подъедут.
   Костя вымолвил очень серьёзным голосом:
   - Ну, Аня, спасибо за ватрушки, а нам пора ехать.
   И тогда Аня ответила:
   - Вы знаете - а ведь я, пожалуй, вместе с вами поеду, - и тут же пояснила. - Никогда не была в доме у настоящего дрессировщика, и вот хочу посмотреть...
   Но на самом то деле, она говорила это потому, что ей очень не хотелось расставаться с ребятами, и особенно с Костей Линеечкиным.
   
   * * *
   
    Как и условились, ребята прежде всего зашли к соседке Тихона Боярского, и она дала им ключ от его квартиры.
    И вот они стоят в его комнате дрессировщика, наполненной голосами, и запахами (вполне, кстати, сносными), самых разных зверей.
    Снежич совершил акробатический прыжок - перелетел с плеча Кости на грудь Боярского, да и остался там, забавно размахивая хвостиком, и радостно вереща.
    Дрессировщик поднял руку, и осторожно погладил Снежича. Затем он вымолвил:
   - Вот ты и вернулся... Дитятко моё...
   Затем он обратился к ребятам:
   - Ну, рассказываете о своих делах. Ведь я же знаю, что с такой крысой, как Снежич, нельзя было просто сидеть и ничего не делать...
   И тогда ребята рассказали о всех последних событиях: и о съёмках фильма, и о связанных с телестудией приключениях.
   Тихон Боярский внимательно их выслушал, и сказал:
   - Вот теперь я точно не решил, что не отдам им своего Снежича. Ведь они прежде всего о деньгах думают, а не об искусстве. А у Снежича очень тонкая и чувствительная душа. Он бы сразу почувствовал неправду.
   - Вы верите, что у животных есть душа? - спросил Генка.
   - Конечно, - ответил Тихон Святославович. - А ведь как же может быть иначе? У каждой живой твари есть душа.
   - Даже и у светлячка? - полюбопытствовал Генка.
   - И у светлячка, - ответил Тихон Святославович...
   А затем дрессировщик вымолвил:
   - Я бы вас чаем напоил, да сами видите - в каком я положении. Мне ведь соседка, добрая душа, помогает...
   Тут Костя прокашлялся, и вымолвил, печально:
   - Что ж, не будем вас больше отвлекать...
   - А вы меня и не отвлекаете, и не мешаете, - ответил Тихон Святославович.
   В общем, они остались у Тихона Боярского в гостях, и по его указанию сварили на кухне отменный чай, и пили его с бубликами и баранками.
   Боярский рассказывал своим негромким, приятным голосом различные, очень даже занимательные истории из своей жизни, а потом ещё просил ребят рассказать подробности про их съёмки.
   Так, совершенно незаметно, пролетели несколько часов, и наступил вечер. К Тихону Святославовичу зашла его соседка - занесла ему продукты из магазина. Боярский поблагодарил её, а ребятам сказал:
   - На сегодня я распрощаюсь с вами, ну а завтра вновь приходите. И, думаете, зачем вас приглашаю?
   - Э-э... не знаем, - отвечали ребята.
   - Выдам вам Снежича, - ответил Тихон Святославович.
   - Вот здорово! - обрадовались, и даже захлопали в ладоши друзья.
   Ну а Тихон Боярский мягко улыбался и говорил:
   - Ведь я почувствовал, сколь много для вас значат эти съёмки. Ведь вы и новые фильмы с участием Снежича уже замышляли?
   - Ага, - кивнул Костя.
   - Ну, вот и будете их снимать. И эти ваши Константин Павлович и Игнат Полифермович - они тоже замечательные люди. И что ж они стесняются? Пусть ко мне в гости приходят. Вместе мы обсудим творческие планы... Э-эх, если бы я молод, то тоже столько бы сделал - горы бы свернул. А весна всё-таки замечательное время года, правда?
   Конечно, ребята были с ним согласны.
   Итак, они распрощались, а через минуту, радостные - выбежали на улицу.
   - Ну, что сейчас будем делать? - спросил Володя.
   - Пойдём в кино? - спросил Костя, и посмотрел на Аню.
   - Ой, а на какой фильм? - спросила девушка.
   - А не всё ли равно. Главное, чтобы хорошим был, - ответил Костя.
   Аня кокетливо улыбнулась, и ответила:
   - Ну хорошо. Пойдём.
   И всей компанией они направились в кино, и по дороге ещё и мороженое купили...
   
   
   
   
   
   

ЭПИЛОГ

    На следующий день они всё-таки явились в школу, где выслушали длинную наставительную лекцию относительно того, как плохо прогуливать. Затем они приступили к занятиям, и так усердствовали, что вскоре наверстали упущенное.
    Ну а после последнего звонка, конечно же побежали к Тихону Святославовичу. В этот раз он сам открыл им дверь, и, улыбаясь, сказал:
   - Вот видите, как Снежич мне помогает. Я уже на поправку пошёл. Но не буду вас разговорами своими отвлекать. Берите Снежича да к съёмкам скорее приступайте, ну а вечером верните его мне...
   И Снежич перебежал с ладоней Тихона Святославовича на ладони Кости. Ребята поблагодарили дрессировщика и поспешили домой к Ане, где и сняли сцену исцеления принцессы, которая наблюдала за забавнейшими фокусами и выкрутасами крысиного короля Снежича.
   Затем они бросились к Тихону Святославовичу. Он встретил их очень радушно, и сам чай разлил, пончиками угостил. Он спросил:
   - Ну, а какие у вас на завтра планы?
   Ребята сказали, что надо снять последние сцены в парке: то, как принцесса Аня находит своего кота Василия, и он, от одного её прикосновения, принимает прежние свои кошачьи формы.
   Костя закончил такими словами:
   - Ну, а последние кадры - это как крысиный народ оживает пред очами Снежича.
   - Как же вы это заснять собираетесь? - спросил Тихон Святославович.
   Зина ответила:
   - Снимаем, как солнечный свет заливает всю поляну. В нашей камере есть такая функция - плавного усиления освещения. И, когда станет так ярко, что ничего, кроме света уже не будет видно, зритель услышит крысиный писк. Ну, а комментатор скажет...
   Тут Костя проговорил:
   - Вот так счастливо закончилась эта история. Конец!
   - Молодцы, - похвалил их Боярский. - И вот что скажу, ребятки. Чтоб вам лишний раз ко мне не бегать - возьмите лучше Снежича сразу к себе. А завтра, после съёмок, занесите мне его. Ну, договорились?
   Конечно, ребята были согласны...
   
   * * *
   
    Итак, на следующий день съёмки были завершены, но теперь надо было бы подумать над тем, как смонтировать отснятый материал. И тут на помощь пришла принцесса Анна. Оказывается, у неё была подруга, у которой дома стоял мощный компьютер, на котором вполне можно было оцифровывать и обрабатывать видеоизображение.
   - Осталось только научиться пользоваться программами, для обработки видео, - заметил Генка.
   Но тут Володя заметил:
   - Нам ещё многому-многому надо научиться, а прежде всего - стать хорошими актёрами.
   - И это здорово! - улыбнулся Костя. - Впереди ещё столько всего интересного. Впереди - целая жизнь.
   
   

КОНЕЦ.
22.03.04



Необходимо выставить права 777 на папку 72673484 .