<<Назад
   
"Рай и Ад"


    Спокойный, нежно-золотистый свет разлит повсюду. Стройные деревья вздымаются высоко-высоко, но совсем не заслоняют лазури неба, но до этой лазури можно дотронуться, можно вдохнуть её. Потому что это место и есть Небеса. А ещё в воздухе - тончайшие, незримые нити музыки. Не создать человеческому композитору такой музыки, нет на земле таких деревьев, в каждом из которых собралась вся грация земных деревьев. Можно насладиться благоуханными плодами на деревьях, но не нужны эти плоды бестелесным душам, которые витают в этом блаженнейшем месте.
    И на маленькую полянку, под сени благоуханной вишни опустился такой белоснежный дух. Единственное, что отражал его лик - это блаженство, и спокойствие. Он замер, и в течение нескольких часов поглощал порождённую Богом музыку. И пролетели эти часы для него, как одно мгновенье.
    А потом произошло такое, чего он совсем не ожидал, и что сразу наполнило его светлейшую душу смятением. Вздрогнула, расступилась земля, и повалил оттуда багровый, смрадный дым. А затем высунулась из трещины сильно обожённая рука, и лик, кожа на котором слезла, а на красном блестящем мясе шипело и пузырилось масло. Глаза у этого чудовища были выпученными и алыми.
    И прохрипело чудовище:
   - Я знал, что сразу тебя встречу.
   И тогда светлейший дух спросил:
   - Но кто ты?
   - Неужели не узнал? - вкрадчиво спросило чудище.
   - Нет. Мы никогда прежде не встречались.
   - О, ну, конечно же, - хмыкнуло чудище. - Ведь это так естественно: позабыть плохое, и жить исключительно блаженством. Но я о тебе не забыл!
   - И всё же, кто ты? - прошелестел сияющий дух.
   - Я - это ты.
   - Что?!
   - Неужели ты забыл о своей земной жизни?
   - Забыл. Иначе ненужные воспоминания терзали бы меня, и не было бы райского блаженства.
   - Так вот. Смею тебя заверить, что в твоей земной жизни много было дурного. Грешил ты. Но и хорошие дела тоже совершал. А потом умер. И пред Богом ты предстал как светлейший непорочный младенец, на котором много чёрной сажи греха было. Счистил Он эту сажу, и в ад кинул, ну а тебя, такого непорочного, сюда, в рай направил. А что же с сажей? Ведь она тоже живая. В ней столько чувств, хоть и порочных, заключено. И из сажи этой я родился, и стал ещё одним из обитателей Ада. Уж такие я там муки пережил, что об одном упоминании о них, у тебя помутилось бы сознание!
   - Но как тебе удалось вырваться из Ада?
   - О, за это я дорого заплатил. Я карабкался вверх по усеянному шипами стволу, и при каждом движении сдирал с себя плоть, которая тут же нарастала на меня снова. На мне кипело и сейчас кипит не остывающее масло.
   - Сколько же это продолжалось?
   - Смею тебя заверить: гораздо дольше, чем продолжается человеческая жизнь. Столетия, быть может, тысячелетия. Я не старился, я не терял рассудка - подобная роскошь не для обречённых на вечные мученья. Но всё это время я упорно карабкался сюда. И вот, наконец-то свершилось...
   - Но всё же, что тебе от меня надо?
   - Мне нужен ты.
   - Я? Но что ты будешь со мной делать?
   - То единственное, что могу сделать, чтобы избавиться от вечной муки. Я сольюсь с тобой, чтобы вновь стать человеком. И в этом человеке будет заключён и грех и добродетель. И добродетель должна будет растворить в себе этот грех.
   - Ты что же меня из Рая, обратно на Землю вернуть хочешь?
   - Именно так.
   - Ничего у тебя не получится.
   - Почему же.
   - А вот почему!
   Воскликнув так, светлейший дух воздел руки к небу, и оттуда спустилась к нему радуга. Он хотел ухватиться за эту радугу, и с её помощью перенестись поближе к Божьему дворцу. Но, однако ж, не успел.
   Существо из ада плюнуло на радугу, а она тут же вспыхнула, и обратилась в пепел. И хмыкнуло чудище:
   - Ты что же думаешь: Бог остановит меня?
   - Я в этом не сомневаюсь. Ведь он всё видит, всё чувствует.
   - О, да - он действительно всё видит, и всё чувствует. И он видел, как я все эти столетия карабкался к тебе, и испытывал при этом адскую боль, и не знал не секунды покоя. Почему же Он, такой всемогущий не остановил меня, почему не скинул в бездну?
   - Мне не ведом промысел Божий, - смиренно ответил светлый дух.
   - Зато мне ведом! - рявкнуло чудище. - Он видел мои страдания, он видел мою жажду переродиться, и поэтому он мне не помешал и не помешает. Быть может, меня, страдальца, Он даже больше чем тебя любит.
   - Греховно так думать.
   - А я и есть грех. Один сплошной грех. И я пришёл, чтобы слиться с тобой!
   Чудище бросилось на полупрозрачного духа, и слилось с ним. Появился ещё не рождённый младенец. Полупрозрачная сфера окружила этого младенца, и понесла его вниз, к Земле.

КОНЕЦ.
02.11.03