Миры Творчества
Новости Искусство Архитектура Живопись Стекло, металл Книги Космос Солнечная система Звёзды, галактики... Астрономия Космос в искусстве Природа Животные Красота природы Музыка Биографии Интервью Фотографии Моё творчество Мои новости Произведения Публикации Ссылки





"Возвращение"

   И вот Ольга в Венеции.
   Как же давно ждала она этой поездки, как же мечтала оказаться в этом древнем городе! Даже и сны ей снились такие Венецианские: будто она плыла по улочкам-каналам на гондоле, и чувствовала, что приближается к Средиземному морю.
   И вот, наконец, свершилось! Она заранее уже обо всем договорилась и, заплатив немалую сумму, сняла отдельную комнату в старом, самых изысканных форм доме, на первом этаже, как раз над каналом.
   Вот она бросила на диван свой массивный туристический чемодан, сами метнулась к окну, распахнула его, да же и воскликнула, смеясь:
   - Ах, какая прелесть!
   До вод канала было не больше трёх метров. И Ольга едва сдержалась, чтобы сразу же не броситься в них...
   Она посмотрела на соседний дом: тоже старинный, тоже изящный - он поднимался из вод на расстоянии десяти метров от неё. Все ставни в том доме, кроме ставен в одной квартире на третьем этаже, были закрыты. А на третьем этаже вышел на балкончик загорелый, атлетически сложенный мужчина. Он миролюбиво мурлыкал какую-то песенку и брил себе подбородок.
   Заметив Ольгу, мужчина улыбнулся и представился:
   - Антонио, капитан одного небольшого кораблика.
   Ольга неплохо знала итальянский и поэтому сразу ответила:
   - А я Ольга, из Москвы. Занимаюсь изучением древних культур, и в особенности - мифологии. Сейчас готовлю очередную книгу.
   Они ещё немного поговорили, после чего Антонио сослался на то, что ему надо спешить к его кораблику, напоследок пообещав, что они ещё обязательно встретятся.
   
   * * *
   
    Прошло несколько минут. Ольга сидела и неотрывно смотрела в воды канала. Какая-то диковинная песнь подымалась из её груди, но она все никак не решалась раскрыть рта, не решалась запеть.
    И вдруг она тихо вскрикнула и отдернулась: под водой, но так близко, что Ольга могла её разглядеть, плыла девушка. Точнее человеческой была только верхняя половина её тела, от пояса же начиналась чешуя, которая переходила в сильный и, по меньшей мере, двухметровый хвост. И глаза у этого создания были нечеловеческими - малахитовым, завораживающим светом сияли. Когда это создание протянуло к Ольге руки, то Ольга отскочила вглубь комнаты, и несколько минут не решалась выглянуть в окно. Ну а когда все-таки посмотрела в эти воды, ничего уже там не увидела...
   Ещё через некоторое время Ольга осуществила свою мечту: она плыла на гондоле по узким улочкам-каналам, любовалась на старинные дома и думала, что то удивительное создание, которое она увидела из своих окон - это просто какой-то розыгрыш для доверчивых туристов.
   И Ольга обратилась к гондольеру:
   - А нельзя ли подплыть поближе к морю?
   На что гондольер ответил:
   - Можно, но все же не слишком близко. Сегодня обещали сильное волнение... Почти шторм. Так что сами понимаете...
   - Да, да, конечно я понимаю, и все же - подвезите меня насколько можно ближе к морю...
   За одной улочкой-каналом следовала следующая, и так их много было, что девушка подумала, что без этого гондольера она бы заблудилась и никогда бы не нашла выхода...
   И вот они оказались в таком месте, где скрещивались три канала. Окружали это место высокие стены домов, но не было в этих стенах ни одного окна, и вообще - ни одного человека не было видно поблизости.
   Высоко над головами сияло яркое южное небо, но в этом внутреннем дворике, из-за теней, бросаемых домами, царил сумрак, располагающий к чему-то таинственному, мистическому.
   И тогда желание спеть ту неведомую песнь, которая рвалась из девушки, сделалось непреодолимым, к тому же, если не считать гондольера, никого поблизости не было. И Ольга подумала, что вряд ли в ближайшее время ей представиться лучший шанс спеть.
   Она уже приоткрыла рот, когда гондольер выронил весло и резко обернулся к ней. В его глазах читался ужас, его побледневшие губы подрагивали. И он не заговорил, а застонал:
   - Я не могу понять, что происходит, сеньора. Но мне очень страшно. Я никогда не испытывал такого ужаса. Господи, я чувствую что-то ужасное рядом! Господи, спаси меня!
   Ольга хотела сказать, что она то ничего такого ужасного не чувствует, но вместо этого из неё вырвалось так долго сдерживаемое пение. Ни один человек, и ни одно из известных ученым существ не могло издавать таких звуков. Это были ноты, подобные стрелам, в них был холод космоса и пламень звёзд, в них была страсть томления, ни дней, ни лет, но тысячелетий; в них было вдохновение, ненависть и любовь, которые не мог выдержать ни один человек.
   Эти ноты-стрелы метнулись к стенам, отразились от них, и вернулись, избрав своим средоточием голову гондольера. Тот обезумел.
   Он весь затрясся, из глаз его хлынули слёзы, изо рта вместе с пеной полились бессвязные обрывки слов, и он бросился к Ольге.
   Девушка с нечеловеческой ловкостью увернулась, и увидела, как рядом промелькнуло лицо безумца. Тот свалился в воду.
   Ольга стояла возле борта гондолы и ждала. Она была уверена, что гондольер попытается выплыть, но он, как канул в воду, так больше и не показывался. Зато Ольга увидела, как под водой стремительные, словно рыбы, проплыли два существа с телами дев и с длинными рыбьими хвостами. Ольга смотрела в воду несколько минут. И все это время она не двигалась. И вдруг поняла Ольга, что на самом-то деле она должна очень бояться. Она должна просто обезуметь от страха, вопить, звать на помощь. Но... ей не было страшно.
   Она просто испытывала интерес: куда это так быстро подевался гондольер, и что за странное пение вырвалось из неё?
   Но пока что она не находила ответов на эти вопросы. Тогда Ольга подобрала весло и с неожиданной для самой себя ловкостью и скоростью направила гондолу по каналу. Вскоре она причалила к пристани, и потом ещё немало покружила по узким, извилистым улочкам, пока не нашла дом, в котором снимала комнату.
   
   * * *
   
    И вот Ольга вновь в своей комнате, и вновь смотрит в воды канала. Теперь она даже и не боялась появление тех подводных существ. И, если бы они вновь появились, то Ольга бы спросила: "Что со мной происходит? Почему я не боюсь, почему жду вас?.."
    Незаметно пролетело время, наступил вечер.
    По небу плыли тучи, иногда гудел ветер, и, казалось, вот-вот начнется дождь. Канал был отделен от моря многочисленными препятствиями, но все же какие-то отголоски тамошнего волнения дошли до него: по каналу ходили невысокие, но угрюмого и грозного вида волны.
    Ольга и не заметила, когда началась у неё эта боль в ногах. Но, чем больше проходило времени, тем сильнее эта боль становилась. Однако у неё и мысли не было, чтобы вызвать врача - она решила выдерживать эту боль и ждать, что будет дальше.
    Она чувствовала, что близятся какие-то очень важные события, но была почти спокойна.
    Вот вернулся в свою квартиру капитан Антонио, сначала покудесничал на кухне, а затем вышел на балкон, держа в одной руке тарелку со спагетти, а в другой - бокал с вином.
    Увидев Ольгу, он улыбнулся, но потом, приглядевшись к ней внимательнее, спросил:
    - Что-нибудь случилось, сеньора?
    Ольга покачала головой и ответила:
    - Вовсе нет. А в чем дело?
    - Да вид у вас какой- то...
    Антонио запнулся. Вообще-то у этого человека язык был хорошо подвешен, но теперь он просто не знал, что сказать. Этот Антонио совершенно не верил в мистику, но сейчас, глядя на эту красивую девушку, которая по пояс высовывалась из первого этажа соседнего дома, он испытывал именно мистический страх. Он пытался заверить себя в том, что чувства эти - просто глупость, но он ничего не мог с собой поделать: он боялся это девушки, сердце подсказывало ему, что она может сделать нечто ужасное.
    А Ольге вновь очень захотелось петь. Эта страшная неземная песня рвалась из неё, а она испытывала даже некий интерес, что вот этот самоуверенный капитан, так как и гондольер потонет. Она не чувствовала к нему жалости. Этот человек казался Ольге ничтожным. И она спросила:
    - Хочешь, я спою?
    Антонио чувствовал, как растёт его страх. Он знал, что в любое иное время только обрадовался бы предложению девушки спеть для него. А тут он замотал головой и неожиданно громко выкрикнул:
    - Нет! Не надо!
    Ольга хищно улыбнулась и произнесла:
    - Ну почему же не надо?.. Я все-таки спою.
    И из неё вновь рванулись эти нечеловеческие ноты-стрелы. Антонио закричал, зажал уши, но - слишком поздно. Яд этой музыки уже проник в него.
    Как и безумный гондольер рванулся он к Ольге, и со своего третьего этажа упал в темные, неспокойные воды канала. Он даже не пытался выплыть - он сразу исчез.
    Между тем боль в нижней части тела Ольги стала настолько сильной, что она застонала. Хотела посмотреть, что там с её ногами, и тут увидела, что то больше и нет.
    Вместо ног протирался по полу мокрый, чешуйчатый рыбий хвост. И вновь Ольга не испугалась. Почему-то этот рыбий хвост казался ей более естественным, чем человеческие ноги.
    Вновь посмотрела она в воды канала и увидела уже по меньшей мере дюжину этих созданий с хвостами рыб и с телами дев. Малахитами сияли их глаза, они не размыкали ртов, но в своей голове Ольга отчётливо слышала их голоса: "Приди к нам. Скорее. Тебе нужна морская вода, а иначе с каждой минутой боль в твоем теле будет только усиливаться".
    Среди этих лиц Ольга увидела одно новое лицо с малахитовыми глазами. И поняла Ольга, что это лицо - это её отражение.
    Тогда она бросилась из окна вниз, в канал.
   
   * * *
   
    Вместе со своими сёстрами - сиренами плыла она прочь от Венеции, - тёмные глубины Средиземного моря манили её.
    И теперь она вспомнила всё. Ведь не Ольгой её звали - настоящее её имя не смог бы произнести ни один человек. Она была рождена морскими духами, задолго до того, как Одиссей начал своё плавание от Итаки к дому...
    Многое она повидала за эти тысячелетия, многих людей увлекла своим пением в морскую пучину. А незадолго до этого нашла в одной из глубочайших трещин морского дна самую крупную жемчужину, выпавшую из ожерелья Посейдона.
    Она вернула жемчужину Посейдону, и тот спросил - чего же она хочет в награду. И сирена ответила, что ей один год хотелось бы пожить среди людей в человеческом обличии.
    - Хорошо, своей властью я исполню твоё желание, - кивнул древний морской бог, - Но на этот год ты лишишься своей памяти, чтобы не было тебе соблазна раскрыть людям наши тайны. И этот год ты проживешь в далёкой северной стране. И хотя ты не будешь помнить своего прошлого, но твое сердце, твой дух будет влечь тебя сюда, к морю. И ты все силы приложишь на то, чтобы через год вернуться.

КОНЕЦ.
31.05.2005